4 апреля, суббота

Скважина стабильности

Российский фактор на нефтяном рынке

8 мая 2013 / 19:44

I. Возвращение

Чтобы стать самостоятельным игроком на рынке нефти, России было необходимо для начала обрести финансовую и политическую самостоятельность. На 2000 год Российская Федерация как государство ни политическим, ни экономическим суверенитетом не обладала. Достаточно сказать, что параметры российского бюджета и формат его исполнения должны были утверждаться в Международном валютном фонде (МВФ), безнадежным должником которого была наша страна на рубеже тысячелетий.

27 апреля 1992 года МВФ проголосовал за принятие нашей страны в эту организацию, и через год Россия стала членом МВФ, Международной финансовой корпорации (МФК) и Международного банка реконструкции и развития (МБРР). В соответствии с уставом МВФ, Россия брала на себя ряд финансовых обязательств по устранению валютных ограничений, обязывалась ввести плавающий курс рубля и предоставить Фонду полную информацию о положении в экономической и финансовой сферах. Помимо этого, при выделении кредитов выдвигались и другие, в том числе политические, условия. Всего за время заимствований, МВФ выдал России семь кредитов на общую сумму в 22 млрд долларов. Кредиты выдавались под огромные проценты и связывались с обязательствами Москвы по проведению согласованной с фондом политики.

Евгений Бородин, консультант АксионБКГ9, свел воедино требования, предъявлявшиеся МВФ к России. Если сконцентрироваться именно на политических обязательствах России, то в сухом остатке получается следующее:

Политические требования МВФ при кредитовании России


Для увеличения кликните по картинке.

Во многом кризис 1998 года и последовавший дефолт были обусловлены жестким следованием рекомендациям МВФ. По сути дела, Фонд заставлял ельцинские правительства проводить политику, подрывавшую репутацию власти, с одной стороны, и, с другой — провоцировал все большие и большие заимствования в госбюджет из внешних источников. Аналогичная ситуация продолжалась и в 1999 году. Иностранные займы стали тогда единственным шансом избежать банкротства страны. Вот как описывал ситуацию тогдашний спецпредставитель президента России по связям с международными финансовыми организациями Михаил Задорнов: «До конца года, если будут выполнены все условия МВФ и МБРР, мы получим около $4 млрд, то есть примерно столько, сколько нам и надо выплатить по внешним долгам. $1,9 млрд поступит от МВФ и почти столько же — в совокупности от Мирового банка и правительства Японии. Очевидно, что эти деньги дадут возможность ЦБ более спокойно работать на валютном рынке, не тратя валютные резервы на погашение нашего внешнего долга... Правительство уже с начала текущего года исполняет бюджет, который лег в основу этой программы и как минимум с мая двигается в рамках денежно-кредитной программы, уже согласованной с МВФ»10.

Очевидно, что в ситуации, когда МВФ контролировал каждый шаг правительства, трудно было говорить хоть о какой-то финансовой самодостаточности и политическом суверенитете. Россия вошла в 2000 год в долгах как в шелках. Серьезной проблемой было то, что приходилось по существующим долгам платить совершенно не рыночные проценты. Как указывают специалисты, эта проблема встала из-за того, что власти СССР и новой России брали взаймы в ситуациях, близких к катастрофическим, а потому кредиторы банально поднимали процент. Александр Жуков, будучи вице-премьером Правительства РФ, отмечал: «Деньги у Парижского клуба брало советское правительство, когда без иностранных кредитов обойтись было нельзя, и нам выкручивали руки, давая деньги под очень высокие проценты»11. И можно с уверенностью сказать, что подобная практика была характерна не только для Парижского клуба. Из приведенной внизу таблицы следует, что на оплату процентов страна вынуждена была выделять большие средства, чем на погашение основной части долга.

График погашения и обслуживания
внешнего долга России в 1999-2005 г.г.
12
(в миллиардах долларов США)

Для увеличения кликните по картинке.

Политические условия, которыми опутал МВФ Россию, во многом препятствовали стране получать достаточный доход от собственных ресурсов. При этом, цены на нефть с 1998 года поднялись хоть и не драматически, но значительно — с 10 долларов за баррель на рубеже 1998-1999 годов, достигнув 25 долларов к 2000 году.

Динамика цен на нефть Brent, сентябрь 1998 — январь 2000 г.г.
(в долларах США)


Для увеличения кликните по картинке.
_________________
По данным Яндекс.котировки

Поэтому, наряду с договоренностями о реструктуризации задолженности с Лондонским и Парижским клубом, перед Россией стояла основная насущная задача — расплатиться по долгам с Международным валютным фондом с тем, чтобы не зависеть от этой организации и не координировать с ней собственную политику, а также — развязать себе руки для более активной государственной политики в нефтегазовой сфере. Поэтому задолженность перед МВФ сокращалась в первую очередь, и уже к 1 января 2003 года составляла всего лишь 6,5 млрд долларов, а к 31 января 2004 года Россия избавилась от долга перед МВФ целиком и полностью, используя средства, только-только поступившие в созданный 1 января того же года Стабилизационный фонд.

Государственный долг Российской Федерации в 2000–2007 г.г.
перед нерезидентами, данные на 1 января каждого года
13
(в миллиардах долларов США)

Для увеличения кликните по картинке.

Параллельно избавлению от финансово-политического ярма МВФ, руководство страны поставило перед собой цель вернуть государству права на российские недра. Очевидно, что сделать это, будучи неплательщиком и зависимым от международных финансовых организаций, требующих абсолютной либерализации внешней торговли нефтью и газом, было крайне проблематично. Именно поэтому первые шаги в направлении утверждения российского суверенитета над российскими же недрами Москва начала предпринимать лишь убедившись, что финансовое положение с одной стороны и геополитическая ситуация — с другой — позволяют пойти на усиления национальной политики в энергетике.

Что касается финансовой политики, то о ней было сказано выше — жесткое бюджетное администрирование и благоприятная внешнеэкономическая конъюнктура позволяли довольно безболезненно проводить текущие выплаты, а также создать Стабилизационный фонд для минимизации рисков из-за потрясений на мировых финансовых рынках.

Если же говорить о геополитической ситуации, то на начало «нулевых» она была для России довольно благоприятна. Позитивные отношения с Соединенными Штатами были налажены еще в Любляне на личной встрече Владимира Путин и Джорджа Буша 16 июня 2001 года.

Российско-американские отношения еще более укрепились после теракта 11 сентября, когда США приняли решение о вторжении в Афганистан. Талибы, угрожавшие южному подбрюшью нашей страны, никогда не пользовались поддержкой Москвы, поэтому Кремль пошел на сотрудничество с Соединенными Штатами, передав налаженные связи с моджахедами и Северным Альянсом, досье на афганских политиков, а также иную развединформацию, собранную нашими специалистами. Геополитический интерес России здесь был понятен — оттеснив талибов и установив маломальский контроль над Афганистаном, США приложат все усилия для того, чтобы не допустить прокладки трубопроводов из Ирана через земли, контролируемые Кабулом.

В то же время начали улучшаться отношения между Россией и Великобританией. Премьер-министр этой страны Тони Блэр, прибыв в Москву 5 октября 2001 года, был «очарован» Владимиром Путиным. И хотя на повестке встречи была борьба с международным терроризмом, глава британского правительства не мог не «порадеть» за компанию «Бритиш Петролеум», которая активно рвалась в то время на российский нефтяной рынок.

Фактически, Россия в 2001 году получила определенное признание и оценку со стороны мирового сообщества, хотя развитые страны все равно еще не рассматривали Россию в качестве равноправного партнера.

В свою очередь, наша страна должна была взять на себя роль стабилизирующего фактора на мировом рынке нефти, а также обеспечить возможность вхождения в капитал российских предприятий иностранного крупного бизнеса. Оба этих предложения совпадали с интересами России — и стабильность нефтяных цен, и приобретение российскими компаниями иностранных инвесторов. Поэтому последовательно растущая добыча и четко осуществляемые поставки позволили зафиксировать нефтяные цены с волатильностью в коридоре 20-30 долларов за баррель с мая 2000 года по январь 2003 года.

Однако оказалось, что наши «партнеры» совершенно иначе видели роль России, чем представляла себе Москва. В частности, по их мнению, речь шла о том, чтобы за счет российских гигантских запасов обеспечивать низкие цены на нефть, а также о том, чтобы не просто войти в Россию в качестве инвесторов, но и поглотить российские вертикально интегрированные нефтяные корпорации (ВИНК). Объектами поглощения стали ТНК, ЮКОС и «Сибнефть». Также одной из целей западных транснациональных корпораций было получение практически бесплатно огромных объемов нефти и газа в рамках соглашений о разделе продукции (СРП). Также резко активизировались проекты по строительству трубопроводов в обход России. Все это очевидно угрожало национальным интересам нашей страны.

_________________
9  — Бородин Евгений. Международный валютный фонд. МВФ и Россия — http://www.bkg.ru/library/articles/?ELEMENT_ID=3185
10  — Займы МВФ надо сокращать // «Коммерсантъ». 07.08.1999. Выделения в цитате наши — ЦПА.
11  — «Эхо Москвы». 24.06.2006.
12  — С.Семенов, Н.Пальцев. Россия в финансовой петле МВФ — http://www.thewalls.ru/facts/vs_mvf.htm
13  — Центральный банк Российской Федерации — http://www.cbr.ru/

Вернуться назад и продолжить чтение

Материал подготовлен Центром политического анализа для сайта ТАСС-Аналитика