21 октября, понедельник

Отступать некуда — позади 28 панфиловцев

13 июля 2015 / 00:01
публицист, историк

В который уже раз за последние 25 лет ведется один и тот же бой — за «правду о 28 панфиловцах».

На деле, нет особых сомнений, что сама история в каноническом изложении медиа-фейк. И нет оснований сомневаться в героизме бойцов-панфиловцев в принципе. Но спорят-то не об истории, спорщикам важны современные идеологические маркеры.

Споры об отечественной истории традиционно становятся особенно ожесточенными, когда речь идет не о «преданьях старины глубокой», а об эмоционально окрашенных для дискутантов эпизодах и героях. Общественная дискуссия о роли Иосифа Сталина, например, давно приобрела характер площадной ругани между «сталинистами» и «антисталинистами», к первым из которых нередко примыкают многие наши граждане, ассоциирующие себя со словом патриот. Таким образом, получается не спор об истории, а исключительно о политике.

Похожая и не менее эмоциональная дискуссия на днях разразилась преимущественно в интернет-пространстве по поводу «подвига 28-ми панфиловцев». Отчасти спровоцировал полемику Государственный архив Российской Федерации, выложивший в первых числах июля один документ в открытый доступ. На сайте архива говорится: «В связи с многочисленными обращениями граждан, учреждений и организаций размещаем справку-доклад главного военного прокурора Н. Афанасьева „О 28 панфиловцах“ от 10 мая 1948 года по результатам расследования Главной военной прокуратуры, хранящуюся в фонде Прокуратуры СССР (ГА РФ. Ф. Р-8131)».

Доклад широко известен специалистам, никакого секрета из него последнюю четверть века никто не делал. Смысл доклада: история про подвиг 28 панфиловцев была сфабрикована журналистом «Красной звезды» Кривицким. Собственно, специалисты делают из данной записки два противоположных вывода. Первый: история действительно сфабрикована. Второй: история правдива, сфабрикован — в целом или в деталях — сам доклад, который должны были использовать в готовящемся деле против Георгия Жукова. Именно Жуков был одним из самых активных сторонников героизации панфиловцев.

Последнее, вероятнее всего, правда, но не дезавуирует то, что изложил Афанасьев в докладе. Просто Жданов посчитал, что развенчание панфиловцев по каким-то причинам для травли «маршала Победы» не годится. И отправил бумагу в архив.

Однако это все споры специалистов, а когда на просторы отечественной истории врываются сетевые мыслители, дискуссия теряет академическое спокойствие и превращается в поле боя между условными «либералами и патриотами».

«Их не было, вот документ, ваши подвиги — дерьмо, а двое перешли на сторону фашистов!!!» — доказывают «либералы». «Вы сами дерьмо, сколько крови пролито, бумажку эту в архив Мироненко по заказу Госдепа подкинул, а вы не уважаете, на Госдеп пашете, и вообще Сталина на вас нет!!!» — отвечают «патриоты». Это не художественное преувеличение — аргументация с обеих сторон виртуальных баррикад примерно такова.

А некоторые еще и сомневаются в подлинности документа, сетуя на отсутствие в нужных, как им кажется, местах подписи, номера входящего и исходящего и прочих вещей, свойственных документообороту. С последним все как раз объяснимо: доклад, вполне вероятно, носил неофициальный характер, как и само расследование, тем более если финальной целью его было дискредитировать (то есть, в конечном счете, посадить или расстрелять) Жукова.

На деле, как представляется, есть несколько очевидных моментов, дискуссию содержательно обессмысливающих. Во-первых, к чему стоит действительно придираться, а к чему — нет? Главная претензия доклада Афанасьева заключается в том, что награждены были не те — это серьезное преступление. Но нам из того уже мало что можно извлечь: ошибки случаются. Проблема претензий к подвигу, зато, сужается: она уже заключается не в претензии к подвигу или панфиловцам, основным становится штамп про «28 панфиловцев». Уберите числительное, и проблема решится сама собой (улица на севере Москвы, например, носит имя «Героев-панфиловцев» без указания численности). И вот представляется, что именно число «28» — точно выдумка.

Судя по всему, история «Красной звезды» выдумана почти от начала до конца. Это чистая история про масс-медиа и даже уже — про масс-медиа в условиях большой войны. Принцип «хочешь убедительнее изложить — придумай неровное число — будет похоже на правду» — не вчера журналистами придуман. «100 панфиловцев» — как «300 спартанцев» — сразу видна тяга приукрасить. Но 28 панфиловцев (или «26 бакинских комиссаров» — по вкусу) — это же явная правда, нет же смысла придумывать именно 28.

Сам принцип подделки фактуры и материала заложен в природе СМИ. Первые газеты современного типа часто состояли из одного человека — он же издатель, он же главред, он же коррсеть. И буквально на коленке он придумывал «новости» и такие, чтобы читатель верил. О заморских принцах, свадьбах, убийствах, сокровищах.

Да и сегодня периодически мир сотрясают скандалы, когда очередного репортера, «работавшего» в Сербии, Ираке или Афганистане, ловят на том, что свои «репортажи под обстрелом» он писал, не выходя из собственного дома в Канаде или США. Почему «Красной звезде» времен Великой Отечественной не руководствоваться примерно такими же принципами — мне решительно непонятно. Корреспонденты рассказывали не о том, что было, а о том, что могло бы быть, о том, что происходило повсюду. Такой немного средневековый принцип. Оправдывается же данная конкретная публикация не необходимостью выплаты ипотеки, а высшей целью — речь-то шла о войне на истребление (или так, как минимум, казалось обеим сторонам).

Целью был подъем боевого духа. Это, разумеется, военная пропаганда — а что вы в тех условиях хотели? Танковые армии противника в ста километрах от столицы и рвутся к Москве. Месяцем раньше (бой у Дубосеково состоялся, согласно статье 16 ноября 1941 года) в Москве была большая паника с неприятными последствиями в виде расстрелов паникеров, случаями мародерства и тому подобным. Население было уверено — Москву сдают фашистам. Это же не романтика — это военная действительность. Именно в этих обстоятельствах появляется фейковый рассказ в газете. Что позволяет, скорее, согласиться с выводами Афанасьева — данного конкретного боя, описанного в «Красной звезде» никогда не было. И весьма вероятно, что никогда политрук Клочков (он как раз был, это точно) не произносил «отступать некуда, позади Москва».

Это уже по итогам публикации было решено в политических опять-таки целях героев наградить, фейковая история получила документальное развитие и тогда участники боев уже «вспоминали» о легендарных (от слова «легенда») словах политрука. Ведь «в газетах врать не будут».

С другой стороны, сомневаться вообще во всем — глупо на основании того, что «журналисты наврали». Бои в том районе были, ожесточенные, вела их действительно та дивизия. То есть герои-панфиловцы существуют. Не существует 28-ми именно тех, погибших именно в тот день при именно таких обстоятельствах. Но есть, вероятно, сотни других, отдавших жизнь примерно там же примерно в то же время. Подвиг их коллективен, они часто и похоронены в братских могилах. Некоторые так и вовсе до сих пор не похоронены.

Предмета для спора тут вроде бы нет. Уберите из уравнения число «28» и он испаряется. Человека, отрицающего подвиг защитников Москвы в принципе, представить сложно, по крайней мере их число исчезающе мало. Человека, который считает, что подвиг известных и безымянных героев — суть заслуга лично военного гения товарища Сталина, и на этом основании утверждает правдивость всех без исключения слов советской печати, представить проще, но это тоже маргиналия.

Но почему-то именно эти идиотские крайние позиции становятся мейнстримом сетевых дискуссий. И тут глава ГАРФа Мироненко внезапно превращается в «предателя Родины» за публикацию документа, а сторонники версии о подлоге быстро договариваются до тезиса «лучше было сдать Москву». И, разумеется, в споре немедленно возникает Владимир Путин, то ли лично оборонявший Москву от фашистских орд, то ли персонально писавший пропагандистские репортажи в «Красной звезде» — тут кому уж что по вкусу.

Возникает вопрос: а стоило ли устраивать словесные баталии до «последнего патрона»? Сетевым стратегам вроде есть куда отступать — позади далеко не Москва. Но нет, учиться слышать «идеологического противника» — не то, что у нас принято. А потому не раз еще сойдутся в битве и под разъездом Дубосеково, и под Прохоровкой, и под Сталинградом «борцы за историческую правду». И вновь мы услышим: «Подвига не было, только госпропаганда и вранье!!! — Сталина на вас нет!!!»


тэги
читайте также