15 ноября, пятница

О процессе обсуждения городских проблем

18 августа 2016 / 09:54
президент фонда «Петербургская политика»

Страсть к собственному городу — мощное объединяющее начало. Поэтому хотя элементы снобизма нормальны в любом социуме, острота проблем там не так велика, как могла бы быть в таком сложном городе, как Петербург.

Написал вчера пост про скучную и бесконфликтную повестку столичных СМИ и внезапно обнаружил любопытное продолжение. Никогда такого не было — и вот опять… Прошу прощения, что опять получилось длинно. Исправлюсь.

Несколько дней назад оказался на заседании экспертного клуба «Вечерней Москвы» (представляете — она еще выходит!), посвященном городской ситуации. Разговор получился хороший, видео есть здесь http://vm.ru/….ogo-neraven…

Расскажу о своем выступлении — заранее прося прощения за самоповторы, в том числе с фейсбуком.

Ведущий начал с вопроса о том, насколько противостояние патрираршепрудных и бирюлевских возможно в Петербурге.

Мой ответ в изложении: В сравнении с Москвой в Петербурге очень велика общегородская идентичность. То, что режет ухо москвича (лозунг «Я люблю Москву») — для петербуржца органично. Страсть к собственному городу — мощное объединяющее начало. Поэтому хотя элементы снобизма нормальны в любом социуме, острота проблем там не так велика, как могла бы быть в таком сложном городе, как Петербург.

Если переходить к Москве, у темы есть два важных момента. Первый — потребность жителей Москвы обсуждать ситуацию в Москве. Есть запрос на городскую повестку, интерес говорить о Москве — и катастрофически засушенная, бесконфликтная повестка дня. Происходит деградация информационных каналов — уходит острота, уходит то, что интересное, что происходит в городе, нарастают элементы провинциализации повестки дня и иллюзия бесконфликтности. Хотя многие из нас помнят пример опыт как раз петербургской программы «600 секунд» — которые когда-то открыли, что в городе может быть интересно. Сегодня у москвичей эмоциональна япотребность говорить про Москву есть — но слов, каналов, традиций, языка нет.

Вторая проблема — у горожан есть потребность в территориальной идентичности, насыщении смыслами собственных территорий, районов. Школьники часто дают такую идентификацию по районам, микрорайонам — потом такая идентичность исчезает, а потребность остается. В силу того, что чиновники мэрии почти никогда не употребляют названий улиц, районов, территорий, территориальные газеты носят административный характер, традиции местного самоуправления в городе не сложились — традиции говорить о собственной территории как о чем-то уникальном не возникли, а говорить об этом хочется. Все это выливается в фейковые диалоги про Патриаршии пруды и Бирюлево.

Вопрос ведущего: Социальная ситуация в Москве движется в неправильном направлении или в правильном?

Двойственное ощущение. Есть энергетика больших городов — они имеют свою экономику, до конца не объясненную — и здесь все неплохо. Если говорить об отношении граждан и власти, то в целом плохо. Во-первых, речь идет о разрушении тех основ самоорганизации, которые есть в городе, вмешательство не всегда корректное и удачное. И второе — про язык ненависти, о котором говорили. У людей есть понятная потребность ненавидеть — но им не предлагается достаточно эмоциональной повестки, поэтому вербализация этой эмоции может однажды коснуться и самой городской власти.

Были яркие реплики и у других коллег. Запомнились слова Алексея Мухина о том, что ситуация в городе напоминает строительство Вавилонской башни. Она возводится, вопрос состоит в том — смешались ли уже языки или она еще простоит века.

Не сказать, что это было мое лучшее в жизни выступления — вполне спокойное и даже где-то обтекаемое. Но в итоговой версии газеты все, мягко говоря, лаконично и своеобразно. Потребность москвичей в районной идентичности названа «детской» и добавлены загадочные фразы вроде «Нет городской инентификации». Что касается прочих мыслей, то для неусложнения картины мира читателей «Вечерней Москвы» их в итоговый текст решили не включать.

Цитирую по http://vm.ru/…mestu-prozhivaniya-330047...

«В этом смысле в Санкт-Петербурге, например, дела обстоят намного проще, — считает политолог, президент фонда „Петербургская политика“ Михаил Виноградов, — там высока городская идентичность, как следствие — восприятие города как единого целого. Что же до Москвы, то тут бы я выделил два момента. Первый — есть потребность у жителей столицы обсуждать свои проблемы, но при этом полностью отсутствует традиция такого разговора. Второе — возникновение у людей „детской“ потребности в территориальной идентичности. Им хочется быть бирюлевскими, бибиревскими, кузьминскими, замоскворецкими. И это выливается в ничем не оправданный апломб и дискуссии. Нет городской идентификации».

Конец цитаты.

Как-то так.

Источник


тэги
читайте также