22 октября, четверг

Кровавый олигарх

Книга Данилина П.В.

22 марта 2013 / 16:23

Глава 10. Они обвиняют Ходорковского

Мое мнение, что убийство мужа нужно было только Ходорковскому, больше никто не мог. Но надо понимать, что Ходорковский сам это делать не будет. Все в городе говорили, что он собрал вокруг себя Швондеров и Шариковых, а сам приезжал к нам запугивать: вот он, король ЮКОСа.

(Фарида Исламова, вдова мэра Нефтеюганска Владимира Петухова)

* * *

Я уверен, что оба покушения на меня были организованы одними и теми же людьми. Единственная версия случившегося — это мои производственные, коммерческие дела, связанные с компанией ЮКОС. Я убежден, что именно некоторыми сотрудниками ЮКОСа были заказаны оба эти преступления.

(Евгений Рыбин, управляющий австрийской компанией «Ист Петролеум Ханделс»)

* * *

В ресторане «Джан Карло» ко мне подошел с пистолетом очень известный в Москве человек и сказал, что я буду следующим, если не прекращу работать против ЮКОСа? Просто надо понимать, что происходило в то время с этим делом. Или господин Алексанян (начальник правового управления нефтяной компании ЮКОС), который приехал ко мне в офис и сказал, что Рыбин не жилец.

(Александр Добровинский — адвокат, руководитель московской
коллегии адвокатов «Александр Добровинский и партнёры)

* * *

Некто Сильван Бессон написал статью на эту тему (о ЮКОСе). Платон Лебедев тут же вызвал Сильвана Бессона в Москву и стал ему угрожать. И ему намекнули: «Ты когда будешь улицу переходить, то по сторонам осмотрись. Мы на тебя досье заведем и будем следить за каждым твоим шагом». В «ЮКОСе» существовала такая служба, полицейская служба, которая влезала в дела чужих людей, даже иностранцев. Швейцарскому журналисту намекнули, что они будут выяснять, откуда у него деньги, дорогая машина «Феррари» и так далее. Но Сильван Бессон не испугался. Он написал такую статью, что плохо не покажется. Не сумев справиться со швейцарским журналистом, ЮКОС взялся за меня.

(Елена Коллонг-Попова, экс-глава оффшорных компаний, подконтрольных ЮКОСу)

* * *

Подъездные мордобои не были в ЮКОСе редкостью. Никаких заявлений в милицию от потерпевших, естественно, не поступало. Счастливый член дружной корпоративной семьи выплевывал зубы, вытирал сопли и благодарил за науку… Спи спокойно, дорогая общественность. Зачем тебе знать столько лишней информации? О том, как происходили крестины Пичугиным сына Гориных, о роли ретивого батюшки, пичугинского духовника, в обработке родственников покойных. О том, что дела, связанные со службой безопасности ЮКОСа, пропадали, а свидетели садились в тюрьмы или попросту исчезали.

(Ольга Костина, член Общественной палаты РФ)

* * *

Летом 2005 г. мне стало известно о ещё одном покушении на жизнь моей жены и других членов моей семьи — отравлении ртутью, совершенном, по мнению экспертов, во втором полугодии 2004 г. неустановленными лицами путём закладки значительного количества ртути в автомобили, используемые мною и моей женой в Москве. В результате был нанесён ущерб здоровью моей жены, моего сына, племянницы моей жены, а также сотрудника, использовавшего мой заражённый ртутью автомобиль по доверенности. Впоследствии мне стало известно, что подобные отравления получили ещё несколько бывших руководителей подразделений НК ЮКОС, у которых имелись серьёзные противоречия и конфликты с СБ Группы Менатеп и с Л.Невзлиным

(Алексей Голубович, начальника инвестиционного управления банка Менатеп, директор по стратегическому планированию и корпоративным финансам ЮКОСа)

* * *

Версия о том, что Горин мог «заказать» Валентину Корнееву — выдумка!. Он не в своих интересах вел переговоры о продаже помещения ЮКОСу, каким же его личным интересам могло послужить ее убийство?

(Дмитрий Корнеев, муж убитой Валентины Корнеевой)

* * *

Я абсолютно точно знаю, что в службе безопасности ЮКОСа есть работник, которому вменено в обязанность искать контакты с преступными группировками с целью возможного воздействия на должников, для решения каких-то других острых оперативных вопросов — захвата заложников, рэкета и т. д. И я также знаю, что идея введения такой штатной единицы принадлежит господину Невзлину. Я абсолютно точно знаю, что такие контакты с преступным миром установлены и они имеют место.

(Евгений Рыбин, управляющий австрийской компанией «Ист Петролеум Ханделс»)

* * *

Люди, которые хорошо представляют себе, как работала служба безопасности ЮКОСа, отнюдь не исключают, что Леонид Борисович был человеком склонным к, мягко говоря, радикальным решениям. Невзлин хотел быть директором ФСБ в конце 1990-х гг. Уже одно это отражает его стремление концентрировать в своих руках серьезный силовой ресурс и манипулировать им. Директором ФСБ он, правда, не стал. Но, если бы все развивалось по инерции 1996 года, чем черт не шутит, может и стал бы.

(Станислав Белковский, политолог)

* * *

C Невзлиным иногда было страшно разговаривать. Он просто помешан на сверхвеличии и сверхвозможностях спецслужб. Его кредо: самый эффективный способ управления людьми — это страх. Однажды он так мне и сказал, это было в отеле «Балчуг», мы там пили кофе. «А не боитесь с такой идеологией врагов себе нажить?» — спросила я. «Что?! — Невзлин повысил голос и даже привстал со стула. — Это меня будут бояться, а не я!» На нас стали оглядываться… Рассказала мужу (о взрыве у квартиры — прим. ред.), а муж, он раньше тоже в «ЮКОСе» работал, вдруг замер и говорит: «А ведь это Невзлина рук дело»…

(Ольга Костина, член Общественной палаты РФ)

* * *

Сформировав для себя ясное мнение о методах работы представителей высшего руководства и СБ Группы Менатеп и НК ЮКОС (которые представлялись мне в первую очередь — аморальными, а также — сомнительными в правовом отношении), я уже в 2000 г., т. е. — после завершения консолидации 100% акций дочерних компаний на балансе ЮКОСа (что было главной целью моей работы) начал предпринимать попытки уйти из компании. [После покушения на жену] я принял решение не обращаться в правоохранительные органы, опасаясь, что развитие конфликта с Менатеп, как с влиятельной и, возможно — криминальной организацией, приведёт к ещё большим неприятностям (сыграло свою роль и то, что к этому времени покушение на Рыбина так и не было расследовано).

(Алексей Голубович, начальника инвестиционного управления банка Менатеп, директор по стратегическому планированию и корпоративным финансам ЮКОСа).

* * *

Я, мой партнер по бизнесу, члены моей семьи отравились ртутью, остатки которой были найдены в машине. Как впоследствии мне стало известно от сотрудников ЮКОСа, они сталкивались с подобными проблемами… Могу предположить, что за всем этим стоит служба безопасности ЮКОСа.

(Ольга Миримская, генеральный директор ОАО «Русский продукт», супруга Алексея Голубовича)

* * *

Я не оправдываю зятя, но с такими людьми, как Ходорковский и Невзлин, надо бороться. Нельзя нормальному человеку за такой короткий срок заработать всю страну.

(Галина Дедова, теща Сергея Горина)

* * *

Мы сидели за одним столом на приеме у Ельцина в Кремле. Судьбе было угодно сделать так, что я перепутала столики и села не к артистам, а к олигархам. За столом сидели Потанин, Вексельберг и Ходорковский. Я удивилась и воскликнула: «Михаил Борисович!». Тогда он спросил, как меня зовут, я ответила — вы с трех раз угадайте. «Ой, простите, я не знал, что это вы!» Вот так было. «А что вы сейчас делаете?» — «Заведую небольшой нефтяной скважиной». А Менатеп уже был кончен… Я сказала ему: «Михаил Борисович, если у вас будет такое окружение, вы очень плохо кончите свою жизнь».

(Светлана Врагова, народная артистка РФ)