23 апреля, вторник

Информационные войны от Трои до Бахмута. Лекция 12. Пропаганда эпохи холодной войны. Советский Союз

26 марта 2024 / 13:01
историк, политолог, генеральный директор Центра политического анализа, доцент Финансового университета при Правительстве России

Центр политического анализа и социальных исследований продолжает публикацию курса лекций «Информационные войны от Трои до Бахмута: как противостоять деструктивной пропаганде».

История информационных войн от первых шагов человечества до современности, особенности использования пропаганды в наши дни, как распознавать пропаганду и как противостоять ей - обо всем об этом говорится в курсе лекций политолога, директора АНО Центр политического анализа и социальных исследований, доцента Финансового университета при Правительстве России, члена Общественной палаты Москвы Павла Данилина.

Проект реализуется при поддержке Президентского фонда культурных инициатив.

Эпоха холодной войны — время глобального противостояния двух систем — СССР и его союзников и США с их союзниками. Это эпоха локальных конфликтов по всему земному шару, но еще и эпоха борьбы двух хорошо организованных пропагандистских машин.

Обе стороны стремились не просто ангажировать собственных сторонников и сплотить их в идеологической борьбе, но и переманить на свою сторону агентов в стане потенциального противника. Использовались в этом процессе все возможные ресурсы - как технологические и организационные, так и идеологические. Весьма велика роль в этом процессе была роль внешних разведок разных стран, средств массовой информации всех типов.

Стоит вспомнить знаменитое выступление Уинстона Черчилля в Виндзорском колледже в США и получившем название Фултонская речь, которая представила взгляд Запада на начинавшееся противостояние между СССР и капиталистическими странами. Черчилль в своей речи сформулировал идею «железного занавеса» и отметил: «Никто не знает, что Советская Россия и ее международная коммунистическая организация намереваются сделать в ближайшем будущем и каковы пределы, если таковые существуют, их экспансионистским и верообратительным тенденциям»[1]. Этот документ стал своего рода философией стран капиталистического Запада в начинающейся холодной войне - экспансию СССР надо сдержать любыми средствами. В том числе, разумеется, и средствами пропаганды, которой предстояло сыграть одну из определяющих ролей в глобальном противостоянии.

 

СССР

Если у британского политика представления о намерениях Советской России (по крайней мере риторически) не было, то у его американского коллеги - «архитектора холодной войны» и советника посольства США в Москве в 1945-46 годах — Джорджа Кеннана и определенное представление, и рецепты противодействия были.

Кеннан в своей знаменитой «длинной телеграмме» отдельно касается средств, которые СССР может использовать на «при воплощении в жизнь советской политики на неофициальном, или подпольном, уровне, за который советское правительство не несет ответственности».

Американский дипломат перечисляет следующие ведомства задействованные в осуществлении политики на данном уровне: «1. Центральное руководство коммунистических партий в других странах. В то время как многие официальные лица, попадающие в данную категорию, состоят на ряде других государственных должностей, в действительности они тесно сотрудничают в качестве подпольного оперативного управления мирового коммунизма - тайного Коминтерна - под чутким руководством Москвы. Важно помнить, что это внутреннее ядро в действительности работает в подпольном режиме, несмотря на легальность партий, с которыми оно ассоциируется. 2. Рядовые члены коммунистических партий. Здесь проводится различие между этими рядовыми членами и лицами, опреде­ленными в пункте 1. Это различие в последние годы стало более заметным. Если раньше зарубежные коммунистические партии представляли собой любопытное (а с точки зрения Москвы зачастую неудобное) сочетание конспиративной и легальной деятельности, то сейчас конспиративный элемент четко сконцентрирован внутри партии и выполняет распоряжения подпольно, тогда как рядовые члены - которых больше не информируют относительно реального положения дел в коммунистическом движении - выставляются как добросовестные приверженцы определенных политических течений в своих странах, которые не имеют отношения к конспиративным связям с иностранными государствами. Только в некоторых странах, где большая численность коммунистов, они регулярно проявляют себя и действуют как организация. Как правило, их используют для проникновения либо оказания влияния и установления контроля, в зависимости от ситуации, над другими организациями, которые в меньшей степени рассматриваются как орудие советского правительства, с целью осуществления своих задач через организации, а не посредством прямых действий в качестве отдельной политической партии. 3. Широкое разнообразие национальных ассоциаций или ведомств, которые могут попасть под контроль или влияние подобного рода инфильтрации. Это профсоюзы, молодежные лиги, женские организации, национальные сообщества, религиозные организации, общественные организации, культурные группы, либеральные журналы, издательства и т. д. 4. Международные организации, в которые легко можно вне­дриться в результате влияния на их национальные подразделения. Среди них особая роль отводится профсоюзным, молодежным и женским организациям. Особое и крайне важное значение имеет в этой связи международное рабочее движение. В нем Москва видит возможность заведения в тупик западных правительств в мировых вопросах и построения международного лобби, способного вынудить правительства предпринимать действия, выгодные для советских интересов в различных странах, и парализовать действия, нежелательные для СССР. 5. Русская православная церковь, ее зарубежные филиалы, а через них и все Восточные православные церкви. 6. Панславизм и другие движения (азербайджанское, армянское, туркменское и т. д.), основывающиеся на национальных группах в составе Советского Союза. 7. Правительство или правящие группы, в той или иной степени готовые подчиниться советским целям, такие как нынешнее болгарское и югославское правительство, политический режим Северного Ирана, китайские коммунисты и т. д. Не только пропагандистский аппарат, но и фактическая политика этих режимов может быть широко предоставлена в распоряжение СССР», - пишет Кенннан[2].

Анализ Кеннана был до некоторой степени верен. Но у Советского Союза были и иные механизмы воздействия на людей во всем мире. Сама победа СССР над нацизмом подхлестнула рост просоветских и левых настроений по всей планете. Тогда как у Кремля в арсенале были и отработанные в ходе войны технологии и опыт использования различных институций (от Коминформа до Еврейского антифашистского комитета), и огромный авторитет в международном левом движении, и набор передовых по тому времени медиа-инструментов. Кратко остановимся на основных из них.

Один из центральных органов советской пропаганды — Телеграфное агентство Советского Союза (ТАСС). Уже к началу холодной войны ТАСС ежедневно готовил и передавал 300-320 внутрисоюзных и международных сообщений, а его Главная редакция информации для заграницы (ГРИДЗ) готовила специальные материалы для 115 стран мира (то есть для 73% стран) на 6 языках (русском, английском, французском, немецком, португальском и арабском).

Правда, по мнению В. Битюцкой, первоначально пропаганда ТАСС была излишне топорной. Например, на редакционной летучке 8 января 1957 г. журналист В. Паллон отчитывался: «Хочу сказать относительно материалов, отправляемых на РИДЗ (редакция информации для заграницы). За этот период мы передали 35 корреспонденций. Все они грешат одним делом — освещение делегаций, о выпуске новых машин, дежурные темы, как переписка друзей. А тем, рассказывающих о жизни Советского Союза, нет, мы их не освещаем»[3].

Позже акценты в работе при распространении «тассовок» сместили. Перед РИДЗ ставили новые задачи: пропагандировать более настойчиво в западной прессе социалистическое государство и образ жизни советского человека. Все еще длилась холодная война, и необходимо было не только информировать западного читателя о достижениях СССР в различных отраслях, но и завоевывать симпатию и доверие читателя за «железным занавесом». Амбициозную задачу мог выполнить только ТАСС. Как отмечают сами журналисты, работавшие в то время в ТАСС, западные коллеги первоначально относились к советской информации настороженно, считая ее идеологизированной и подчиненной требованиям цензуры. Мнению о том, что информационные сообщения ТАСС не что иное как «красная пропаганда», способствовал и тот факт, что первоначально информация была бесплатной. Чтобы переломить сложившуюся ситуацию, руководство ТАСС обратилось к западным приемам подачи материала. Так в 1960-е гг. в редакции ТАСС появилось пособие «Как писать для Ассошиэйтед Пресс»[4].

Еще один ключевой инструмент информационной политики СССР - Советское информационное бюро (Совинформбюро), созданное 24 июня 1941 года при СНК СССР и ЦК ВКП (б) согласно постановлению СНК СССР и ЦК ВКП (б) «О создании и задачах Советского информационного бюро». Оно руководило работой по освещению в периодической печати и по радио международных, военных событий и событий внутренней жизни страны. Бюро составляло сводки для радио, газет и журналов о положении на фронтах, работе тыла и о партизанском движении. В 1944 году в составе Совинформбюро было организовано специальное бюро, занимавшееся пропагандой на зарубежные страны. После войны информация Бюро распространялась через 1171 газету, 523 журнала и 18 радиостанций в 23 странах мира, советские посольства за рубежом, общества дружбы, профсоюзные, женские, молодежные и научные организации. Через Совинформбюро читатели и слушатели узнавали о борьбе советского народа против нацизма, а также об основных направлениях внутренней и внешней политики Советского Союза. В 1961 г. Совинформбюро переименовалось в Агентство печати «Новости» (АПН).

Девиз АПН – «Информация на благо мира, на благо дружбы между народами» - как нельзя лучше отражал внешнюю направленность информационного потока, создававшего из СССР витрину будущего справедливого развития человечества, притягательную для миллионов людей по всему миру. Функционируя под вывеской общественной организации, АПН удачно использовало ореол независимости от государства, установив с зарубежными СМИ разные формы распространения и обмена информации на коммерческой основе. Агентство сотрудничало с телеграфными агентствами, газетами и журналами, телерадиокомпаниями, издательскими домами почти 120 государств, предоставляло свои материалы в 110 стран мира, выпускало для зарубежных читателей журналы и газеты на 45 языках и распространяло их в 130 странах (83% стран мира на тот момент), причем общий годовой тираж таких изданий доходил до 2,2 млн. экземпляров.

Целью создания АПН провозглашалось «распространение за рубежом правдивой информации о СССР и ознакомление советской общественности с жизнью народов зарубежных стран». Оно стало ведущим информационным и публицистическим органом советских общественных организаций.

В авторском активе агентства было более 7 тысяч человек. Агентство издавало 60 иллюстрированных газет и журналов на 45 языках мира разовым тиражом 4,3 миллиона экземпляров и более 200 книг и брошюр общим тиражом около 20 миллионов в год. За рубежом на материалах АПН выходили 50 иллюстрированных журналов, 7 газет и свыше 100 информационных бюллетеней. Фотослужба АПН готовила для прессы ежегодно более 120 тысяч фотосюжетов (свыше 2 миллионов отпечатков). Редакция теленовостей в сотрудничестве с иностранными телекомпаниями снимала телефильмы об СССР.

Бывший зампред АПН Николай Ефимов вспоминал в интервью, что зарубежная журналистика в то время была «на два шага впереди» советской прессы, но сотрудники АПН работали не хуже западных коллег. «Как мы ликвидировали неграмотность, как мы создавали промышленность, с чего начинали, вот такого рода материалы шли на ура. А ведь это была сущая правда. В Индии, к примеру, наш журнал Soviet Land выходил на многих индийских языках, и его общий тираж был больше, чем любого индийского журнала», - говорил Ефимов[5].

Советская «мягкая сила» активно работала и через миротворческое движение. Участие во Всемирном конгрессе сторонников мира стало отправной точкой для институционализации советского движения за мир в рамках Советского комитета защиты мира, который был образован в 1949 году. Несмотря на официальный статус представителя СССР во ВКСМ (с 1950 г. – Всемирный совет мира), СКЗМ не был единственным каналом связи с этим международным движением и не являлся единственной советской организацией, борющейся за мир. От других акторов его отличала титульная репрезентации миротворческой проблематики и ориентация на максимально широкий состав участников. Такое положение СКЗМ снижало его возможности как субъекта миролюбивой политики: внутри страны и вне ее он сталкивался с конкуренцией государственных и партийных органов СССР, Комиинформа, Всесоюзного общества культурной связи с заграницей (с 1958 г. – Союза советских обществ дружбы и культурной связи с зарубежными странами), Комитета советских женщин и др.[6]

В этом же ряду необходимо упомянуть и 6-й фестиваль молодежи и студентов, прошедший в Москве. Еще в 1945 году в Лондоне собралось первое в истории собрание демократической молодёжи мира. Была создана Всемирная федерация демократической молодёжи (ВФДМ), которая приняла решение начать проведение всемирных фестивалей молодёжи и студентов. Следом фестивали проходили раз в два года в разных странах Европы. В 1957 году фестиваль принимал Советский Союз.

Это было грандиозное событие. На него приехали 34 тысячи молодых людей из 131 страны. Для свободного посещения были открыты и парк Горького, и Московский Кремль. Для участников фестиваля организовали свыше 800 мероприятий. Символом фестиваля стал Голубь мира Пабло Пикассо. Во время открытия на стадионе «Лужники» в небо было запущено белоснежное живое облако: 40 тыс. голубей вырастили к этому дню. Освещение фестиваля осуществляло свыше 2 тыс. журналистов, 743 из которых представляли зарубежные страны.

Гимном фестиваля стала песня, написанная композитором Василием Соловьёвым-Седым и поэтом Евгением Долматовским «Если бы парни всей Земли». Текст ее выражал сам дух фестиваля:

Парни, парни, это в наших силах
Землю от пожара уберечь.
Мы за мир, за дружбу, за улыбки милых,
За сердечность встреч.

Но больший эффект произвела песня «Подмосковные вечера», написанная в 1956 году композитором Василием Соловьёвым-Седым на слова Михаила Матусовского. В 1957 году песня «Подмосковные вечера» в исполнении Владимира Трошина стала торжественной песней Московского фестиваля молодёжи и студентов, хотя изначально критики считали песню «вяловатой». Песня была переведена на множество языков, включая иврит, вьетнамский и китайский. В 1962 года кавер на эту песню в исполнении группы «Джазмен» на месяц стал номером два в списке популярных композиций в Великобритании в топе 100 самых популярных песен, в США кавер на «Подмосковные вечера» также занял второе место.[7]

По оценке В. Горлова, «фестиваль 1957 г. стал не только первым событием мирового масштаба в СССР в западном понимании этого слова, но и стал примером того, как такого рода мероприятия использовались советским руководством в качестве инструмента культурной дипломатии. Московский фестиваль показал, что Советский Союз готов начать цивилизованный диалог с западными государствами, продемонстрировав открытость и искренность своей государственной политики»[8]. А молодежь из разных стран (надо понимать, что это не абы какая молодежь, а будущая культурная и политическая элита своих стран) собственными глазами увидела достижения Советского Союза и преимущества советского строя — в том виде, как им хотели их показать советские власти.

С этой же целью решением правительства СССР 5 февраля 1960 года был основан Университет дружбы народов. 22 февраля 1961 года ему было присвоено имя Патриса Лумумбы – одного из символов борьбы народов Африки за независимость. Решение учредить в СССР Университет дружбы народов было принято советским руководством в ответ на пожелания правительств и общественности стран, освободившихся от колониальной зависимости. Основной декларируемой целью университета было оказание помощи в подготовке высококвалифицированных и воспитанных в духе дружбы между народами национальных кадров для стран Азии, Африки и Латинской Америки, предоставление молодежи этих стран, прежде всего, из малообеспеченных семей, возможности получить образование.

Прием студентов осуществлялся через общественные организации и правительственные учреждения, а затем посольства и консульства СССР. Учредителями университета стали Всесоюзный Центральный совет профессиональных союзов (ВЦСПС), Советский Комитет солидарности стран Азии и Африки, Союз советских обществ дружбы и культурных связей с зарубежными странами (ССОД). Университет развивался быстрыми темпами и уже в 1975 году подготовил около 5600 специалистов, в том числе 4250 выпускников для 89 зарубежных стран[9]. Большая часть студентов возвращалась работать в свои страны и привозила назад идеи превосходства Советского союза и социализма над капиталистическим миром.

На протяжении всего периода холодной войны СССР отбирал граждан для обучения в Университете из 141 государства, при этом граждане 101 страны активно участвовали в программах. Из этого количества стран, около 60% всех студентов относились к низшим слоям населения, 30% – к средним слоям населения и только 10% – происходили из семей высших государственных чиновников, собственников и духовенства. По мнению правительства СССР, как пишет Цветкова Н., «эта новая элита или элита технократов, которая, получив солидное техническое образование в СССР, займет место политической элиты в тех странах, которые сохранили политическую независимость от СССР (например, в странах Ближнего Востока, Азии ил Африки), или поддерживать политический просоветский режим, созданный СССР ранее (например, в странах Восточной Европы). Другими словами, дипломы инженеров оценивались советским правительством как средство для создания просоветских влиятельных групп в социальной иерархии за рубежом»[10].

Приведем один конкретный пример, как работала советская «мягкая сила» в неприсоединившихся к двум блокам странах на практике. Палахан Н. и Громова Л. анализируют работу советских пропагандистов в Таиланде. Совинформбюро с самого начала своей работы в стране активно сотрудничало с местной прессой и активистами, особенно с левыми изданиями. Сотрудничество с главной газетой КПТ «Махачон» при активном движении Всетаиландского комитета защиты мира в выступлениях против империализма и союза властей Таиланда с США в Корейской войне закончилось во время массовых репрессий против Комитета защиты мира в 1952 г., когда был арестован первый тайский переводчик Совинформбюро Супат Суконтапиром. Несмотря на репрессии и наблюдение со стороны властей, Совинформбюро активно сотрудничало с разными группами ученых и интеллигенции Таиланда.

А в марте 1956 г. правительство провело расследование о распространении среди студентов Университета имени короля Чулалонгкорна пропагандистских материалов, в которых студенты приглашались в посольство для подачи заявления на бесплатное обучение в СССР. Среди агитаторов был студент-филолог Джит Пумисак, ставший впоследствии главным символом борьбы за коммунизм после его убийства в 1965 г. А в 1957 году ведущий писатель левых сил Таиланда Кулаб Сайпрадит был приглашен в СССР на парад на Красной площади в честь юбилея Октябрьской революции. После этого визита он написал воспоминанияо визите в СССР «Пай Сахапап Совет» («В Советский Союз»)[11].

Позже отношения Таиланда и СССР существенно усложнились, после того, как местные власти сделали ставку на Китай, с которым у СССР отношения были практически враждебными, и маоизм в качестве идеологии. Против советских медиа начались настоящие репрессии. Тут уже ставку делали на контрпропаганду. Так в 1975 г. СССР обвинили в холодном приеме артистов тайского балета в Москве, АПН сопровождало все эти публикации подготовленными материалами со стороны СССР о теплом приеме тайских артистов[12].

Советский образ жизни СССР рекламировали как по линии коммунистических и социалистических партий в разных странах, так и посредством культурной дипломатии. Последняя играла крайне важную роль в советской пропаганде за рубежом. Еще в 1925 году было образовано Всесоюзное общество культурной связи с заграницей. Оно занималось организацией международных выставок (в частности, выставок зарубежных книг в Москве), организацией участия советского искусства в зарубежных фестивалях и конкурсах, поездок в СССР делегаций зарубежных обществ дружбы и культурной связи с СССР, а также отдельных видных деятелей науки и культуры (Поль Ланжевен, Ромен Роллан, Мартин Андерсен-Нексё, Рабиндранат Тагор и мн. др.).

В 1959 году по инициативе министра культуры СССР Екатерины Фурцевой был возобновлен (первый раз он проводился в середине 30-х годов) Московский международный кинофестиваль. Именно с этого года отсчитывается его официальная хронология. Девизом I ММКФ стала фраза «За гуманизм киноискусства, за мир и дружбу между народами». Пост председателя жюри занял советский кинематографист Сергей Герасимов, а победила картина Сергея Бондарчука «Судьба человека». Участие тогда приняли делегации из 25 стран, что свидетельствовало о международном значении кинофестиваля. Уже на II ММКФ в 1961 году одной из гостий стала итальянская актриса Джина Лоллобриджида. Именно в это время произошла ее знаменитая встреча с героем Советского Cоюза, летчиком-космонавтом СССР Юрием Гагариным.

Юрий Гагарин стал первым человеком, побывавшим в космосе, и мощнейшим, по определению М. Новикова и А. Морозова, «культурным магнитом». После своего легендарного полета Юрий Гагарин посетил порядка 30 стран. Например, в Великобритании советский космонавт был удостоен встречи с королевой Елизаветой II. По всему миру молодежь стала активно вступать в общества дружбы с СССР, так, только 12 апреля 1961 года, в Комитет советско-чехословацкой дружбы вступило 5000 новых членов[13]. А во время визита Гагарина в Японию они с женой посетили Токио, Киото, Осаку и другие города. Гагариных встречали криками «банзай, Гагарин!» и гимном, специально написанным в честь космонавта. В тексте, в частности, были слова: «Хорошо, хорошо, Гагарин! Прибыл сюда наш друг, показавший будущее мира, открывший славный путь в космос».[14]

Советская культурная дипломатия — один из важнейших успехов в советской пропаганде. «Успех культурной дипломатии – это успех яркой, чарующей, самобытной и уникальной российской культуры, которая привлекала, заинтересовывала и влюбляла в себя иностранного зрителя даже в самые трагические моменты холодной войны», - справедливо отмечают М. Новиков и А. Морозов. И эффект этой мягкой силы остается до сих пор, несмотря на попытки отмены русской культуры на современном Западе. Ведь Гагарина, как русский балет или Толстого с Достоевским и пьесы Чехова отменить нельзя.

 

Продолжение следует.

 

 

 

[1] Фултонская речь Уинстона Черчилля в Вестминстерском колледже, г. Фултон, штат Миссури, США, 5 марта 1946 г. URL: https://proza.ru/diary/garin1/2020-05-18

[2] Кеннан Дж. Длинная телеграмма. URL: http://www.coldwar.ru/bases/telegramm.php

[3] Битюцкая В.В. Советская информация за границей: особенности работы ТАСС в условиях «железного занавеса» // Вестник СПбГУ. Язык и литература. 2017. Т. 14. Вып. 4. С. 643– 649.

[4] Там же.

[5] Ветераны АПН рассказали о работе и ответах на нападки Запада. РИАН, 21.02.2019 URL: https://ria.ru/20190221/1551167812.html

[6] Раева Т.В. Особенности институциональной организации советского миролюбия в эпоху холодной войны // Управление в современных системах. 2016, №4.

[7]    Новиков М. В., Морозов А. С. Культурная дипломатия СССР в странах Запада в годы холодной войны // Верхневолжский филологический вестник. 2020. № 2 (21). С. 264-270.

[8]    Горлов В. Н. Фестиваль молодёжи в 1957 г. изменил СССР: первый прорыв «железного занавеса» // Вестник Московского государственного областного университета. Серия: История и политические науки. 2021, № 1.

[9]    Российский университет дружбы народов. РИАН, 05.02.2020 URL: https://ria.ru/20200205/1564190889.html

[10] Цветкова Н. А. Оценка эффективности международной образовательной политики СССР и США в годы «холодной войны» // 200 лет российско-американским отношениям: наука и образование. Под ред. А. Чубарьяна и Б. Рубла. М., 2007. С. 378-394.

[11] Палахан Н., Громова Л.П. Особенности реализации советской пропаганды в Таиланде в период холодной войны // Вестник РУДН. Серия: Литературоведение. Журналистика. 2020. Т. 25. № 4. С. 734–745.

[12] Там же.

[13] Новиков М. В., Морозов А. С. Культурная дипломатия СССР в странах Запада в годы холодной войны // Верхневолжский филологический вестник. 2020. № 2 (21). С. 264-270.

[14] Денисов Н. Хорошо, хорошо Гагарин! М., Московский рабочий, 1963.


тэги
читайте также