26 сентября, воскресенье

Мой европейский манифест

14 мая 2021 / 16:16
философ

Кое-кто еще помнит, с каких слов начинается Манифест Коммунистической партии: "Призрак бродит по Европе - призрак коммунизма. Все силы старой Европы объединились для священной травли этого призрака: папа и царь, Меттерних и Гизо, французские радикалы и немецкие полицейские".

Разве слова Маркса не позволяют нам и сегодня сказать, чем в общественном мнении является "Европа"? "Призрак бродит по Европе - призрак европоцентризма. Все силы старой Европы и нового мирового порядка объединились в Священный союз, чтобы выследить этот призрак: Борис Джонсон и Путин, Сальвини и Орбан, проиммиграционные антирасисты и сторонники традиционных европейских ценностей, латиноамериканские прогрессисты и арабские консерваторы, сионисты с Западного берега и коммунистические "патриоты" КНР".

У каждого противника Европы есть свое представление о Европе. Премьер-министр Великобритании Борис Джонсон реализовал Brexit, потому что видит в брюссельской бюрократии супергосударство, препятствующее суверенитету Великобритании и свободному движению капитала. Но в то же время некоторые фракции Лейбористской партии также выступали за выход из Европейского союза (ЕС), убежденные в том, что брюссельская бюрократия находится на службе международного капитала, препятствуя принятию законов и проведению финансовой политики, защищающих права трудящихся.

Латиноамериканские левые приравнивают европоцентризм к белому колониализму, а Владимир Путин пытается саботировать ЕС, чтобы дать России возможность распространить свое влияние за пределы бывших советских республик. Радикальные сионисты возмущены тем, что Европа, по их мнению, слишком благосклонна к палестинцам, а некоторые арабы считают одержимость Европы антисемитизмом уступкой сионизму. Лидер итальянской ультраправой Лиги Севера Маттео Сальвини и премьер-министр Венгрии Виктор Орбан рассматривают ЕС как мультикультурное сообщество, которое угрожает подлинным традиционным европейским ценностям и широко открывает свои двери для иммигрантов из других культур, а иммигранты считают Европу крепостью белого расизма, который не позволяет им полностью интегрироваться. И этот список можно продолжать.

Пандемия придала новое измерение этой критике с самых разных сторон. Считается, что европейский индивидуализм является причиной большого количества случаев заболевания в Европе по сравнению с относительно меньшим количеством заболевших, зарегистрированных в азиатских странах, где чувство общественного интереса сильнее. ЕС был признан неэффективным, неспособным быстро организовать кампанию по вакцинации, до такой степени, что Европа постепенно впала вакцинационноый национализм. В то же время, континент обвиняют в том, что он отдает предпочтение собственному населению в ущерб бедным странам третьего мира... В этом отношении Европе следует признать, что задержки с вакцинацией - это цена, которую ей приходится платить за верность своим принципам: ЕС стремится обеспечить справедливое распределение имеющихся вакцин между странами-членами.

Защитники Европы также раздираемы аналогичными противоречиями: есть "технократический" образ Европы, рассматриваемой как одна из наиболее эффективных конструкций мирового капитализма; либеральный образ Европы, как пространства свободы и защиты прав человека; консервативный образ Европы, как прочного союза национальных идентичностей...

Как разобраться в таком хаосе? Было бы слишком удобно сделать упрощенную сортировку хорошего и плохого, отвергнуть Европу, которая была колыбелью современного колониализма, расизма и рабства, и поддерживать только Европу прав человека и открытости к другим. Это напоминает нам слова одного американского политика, которого во времена сухого закона спросили о его позиции в отношении вина: "Если под вином вы подразумеваете напиток, который скрашивает вечера с друзьями, то я только за. Но если под вином вы подразумеваете этот яд, который провоцирует насилие в семье, который унижает людей и лишает их работы, то я категорически против!"

Да, Европа - сложное понятие, чреватое напряженностью, но мы должны сделать ясный и простой выбор: может ли "Европа" по-прежнему быть тем, что Жак Лакан называл "господствующим означающим", одним из тех слов, которые способны выразить борьбу за эмансипацию?

Именно сейчас, когда Европа находится в упадке и когда множатся нападки на плоды ее рук, мы должны встать на ее сторону. Ибо главной мишенью этих атак является не расистское, сомнительное и т.д. наследие Европы, а та беспрецедентная эмансипаторная сила, которой является Европа светского Модерна, Просвещения, прав и свобод человека, солидарности и социальной справедливости, феминизма. Мы должны защищать слово "Европа" не только потому, что в нем больше хорошего, чем плохого, но прежде всего потому, что европейское наследие дает лучшие инструменты для анализа того, что не так с Европой. Осознают ли критики "европоцентризма", что язык их критики вытекает именно из этого европейского наследия?

Несомненно, что наиболее заметная угроза этой эмансипаторной силе исходит изнутри, от нового правого популизма, который намерен уничтожить это наследие освобождения, и для которого должна существовать только Европа национальных государств, занятых сохранением своей особой идентичности. Во время своего визита во Францию несколько лет назад Стив Бэннон [бывший стратегический советник Дональда Трампа] завершил свою речь так: "Америка превыше всего, да здравствует Франция!"

"Да здравствует Франция", "Да здравствует Италия", "Да здравствует Германия"... но не Европа. Остерегайтесь, потому что подобные представления ведут к полному пересмотру нашей политической карты. В одном из своих редких выступлений во время предвыборной кампании мужа Мелания Трамп осудила "социалистическую повестку дня" Джо Байдена - а как насчет Камалы Харрис, которую принято считать более левой, чем умеренный Байден? Дональд Трамп не стал скрывать: "Она коммунистка. Она не социалистка, она далеко за пределами этого. Она хочет открыть границы, чтобы впустить в нашу страну преступников, убийц, насильников", - с каких это пор открытые границы являются характерной чертой коммунизма, спросите вы.

Дискредитация Джо Байдена и Камалы Харрис на основании того, что они являются социалистами/коммунистами, - это не просто риторическое преувеличение. Дональд Трамп не случайно допустил подобные слова, которые, как он сам прекрасно знает, не соответствуют действительности. Его "преувеличения" являются прекрасной иллюстрацией того, что я бы назвал "реализмом понятий": понятия - это не просто слова, они структурируют политическое пространство и в этом смысле обладают перформативным эффектом. По мнению бывшего президента США, прогрессивный центр исчезает. Как говорит его друг Виктор Орбан, прогрессисты - это не что иное, как коммунисты с вузовским дипломом. Другими словами, осталось только два реальных политических полюса: с одной стороны - популисты-националисты, с другой - коммунисты.

Должны ли мы, таким образом, бросить все силы на воскрешение либеральной демократии? Нет, потому что в некоторых отношениях Трамп и Орбан правы: подъем нового популизма - это симптом недостатков либерального и демократического капитализма, о которых говорил Фрэнсис Фукуяма в своей статье "Конец истории" в 1989 году. С Трампом и его единомышленниками история вернулась, и чтобы спасти то, что стоит спасать в либеральной демократии, мы должны двигаться влево, к тому, что Орбан, Трамп и другие называют "коммунизмом".

В книге "Заметки к определению культуры" (1948) поэт и драматург Т. С. Элиот, выдающийся консерватор, заметил, что бывают времена, когда единственный выбор - это выбор между ересью и неверием, и единственный способ сохранить веру - это раскол. Это наш единственный шанс сегодня: только расколовшись против классической версии либеральной демократии, защищаемой европейским наследием, только разорвав то, что прикрепляет нас к разлагающемуся телу старой Европы, мы можем сохранить европейское наследие живым. Сам Джо Байден, хотя и является центристом, идет по этому пути: его министр финансов Джанет Йеллен предложила минимальное налогообложение транснациональных корпораций в глобальном масштабе, за что также выступает экономист Томас Пикетти.

Глобальные действия, которые не сосредоточены на Европе - помощь Индии и другим странам в вакцинации, глобальная мобилизация против глобального потепления, организация глобального здравоохранения и т.д. Только так мы сегодня можем вести себя как настоящие европейцы.

Le Monde


тэги
читайте также