9 декабря, пятница

Мир Большинства: за справедливую глобализацию

17 октября 2022 / 13:58
писатель, публицист

Истоки и последствия специальной военной операции вписываются в процессы справедливого перераспределения в пользу Мира Большинства добавленной стоимости и переделов глобальной экономики, которые многие десятилетия несправедливо перекошены в сторону Запада как прямой результат его доминирования.

Это предопределяет и остроту спецоперации, и столь удивившие Запад позиции в ней крупнейших стран Мира Большинства.

В канун и во время проведения Восточного экономического форума – 2022 в отечественном публичном экспертном поле, которое, к слову, куда более плюралистично, чем у самоназвавшейся «демократической» стороны, вышло несколько работ, посвящённых упадку глобализации и актуальности развития Дальневосточного и Сибирского регионов – как «окна в Азию» и приоритетного направления нашей внешней, экономической и политической, деятельности. В частности, в «Известиях» опубликована статья Анастасии Лихачёвой «Признание самоценности».

Вступая в дискуссию, хотелось бы подчеркнуть, что стратегические проблемы и вызовы, стоящие перед страной, обнажившиеся и закровоточившие в ходе СВО, были предопределены задолго до «Дня Z» – 24.02.22.

Развернём это в нескольких тезисах о стратегической переориентации с Европейского рынка как основного для России со времён Петра I.

Во-первых, думается, что пришла пора скорректировать публичный лозунг – «поворот России на Восток», к Китаю и АТР, как узкий в пользу более широкого – «поворот России на Восток и на Юг». Поворот ещё и к Ирану, Индии, Пакистану, Саудовской Аравии, ОАЭ и дальше, дальше, «дорубая окно» до Африки. Очевиден широкий спектр и масштабы российских продукции и услуг, остро востребованных сегодня в этих странах. В первую очередь, наших безусловных козырей – продовольствия, энергоресурсов, обеспечения суверенитета над критической инфраструктурой, не забывая и включая ЧВК, помощь сил и средств МЧС России в различных ситуациях. В сумме это кратно больше нынешнего с ними товарооборота.

Во-вторых, важно поддержать и продолжить концепцию освоения Сибири, год назад предложенную Сергеем Шойгу. Тогда пикейные эксперты свели идеи Шойгу к примитивному тезису – «создать в Сибири пять мегаполисов-миллионников», который сами же в пух и прах «раскритиковали». Однако прорывная суть и оригинальная идея концепции в ином.

Неосвоенные территории Сибири, Тихоокеанского побережья и Арктики – конкурентное преимущество России. Тут большие запасы всего: земли и воды, ископаемых (потенциально большие запасы лития и редкоземельных металлов) и энергии, мест для экологически чистого расселения, ценность чего в мире (в котором чего не хватишься, то в дефиците) и сейчас высока, но продолжит стремительно расти в наступающую эпоху взаимосвязанных глобальных кризисов – климатического, энергетического, продовольственного, миграционного, геополитического, включая завершение пятисот лет доминирования Запада и тридцати лет гегемонии США.

Почему?

а) Современные технологии (беспилотники всех видов, автономные системы жизнеобеспечения, включая энергетику и производство продовольствия, умное домостроение, беспроводнаяи космическая связь, возможности удалённой работы, образования и многие другие) позволяют обеспечить новым десяткам миллионов жителей Сибири не только цифровое равенство с европейской частью России, но и коммунальное, транспортное, логистическое, образовательное, энергетическое равенство. А новые концепты городов и поселений на этих территориях при инвестиционном участии капитала дружественных стран станут футуристическими по сравнению с современными городами центральной части страны.

б) Современные технологии позволят с меньшими затратами и высоким уровнем безопасности для людей и экологии строить и эксплуатировать необходимую инфраструктуру в Сибири, добывать ресурсы, развивать сельское хозяйство, в том числе с использованием роботизированных систем.

В-третьих, во время глобальных кризисов, особенно затяжных и системных, а нынешний кризис именно такой, преимущество получают те страны, которые могут себя – граждан и экономику – обеспечить базовыми, необходимыми каждый день, ресурсами: энергией, продовольствием, чистой водой, основными ископаемыми. В мире таких стран немного, а если из их числа вычесть те, которые ещё и могут свои – но необходимые всем – базовые ресурсы защитить, то останутся три: Китай, Россия и США. Как сказал в ходе дискуссии на ВЭФ президент Путин: «Россия едва ли не единственная страна в мире, которая способна полностью обеспечить себя природными ресурсами».

Четвёртый и главный тезис, для раскрытия которого надо привести цитату из упомянутой выше статьи Анастасии Лихачёвой, где дан абрис происходящих сегодня тектонических перемен в глобальной экономике, из-за которых противостояние Мира Большинства с Западом и приняло столь радикальные формы с высочайшими ставками: «Один из сложных сюжетов – борьба с товарно-номенклатурным снобизмом, презрительным отношением к поставщикам сырья (и на уровне риторики, и на уровне распределения стоимости и прибыли). Последние годы корпоративная логика была железной: приложение по доставке продуктов могло стоить в десятки раз дороже компаний-поставщиков этих самых продуктов, не говоря о компаниях-производителях. Но для десятков стран становится реальностью другой императив – неважно, насколько удобно приложение по доставке продуктов, если не хватает хлеба».

В точку! На самом высоком уровне обобщения в глобальной экономике можно выделить четыре передела: «Разработка», «Сырьё», «Производство», «Продажи». (В «Сырье» – все базовые продукты, необходимые для жизни и производства каждый день – от углеводородов и редкоземельных металлов до продовольствия и леса). Именно между этими четырьмя переделами и распределяется вся добавленная стоимость (маржа) мировой экономики. Главный вопрос: как распределяется?

Ответ поищем в законе конкурентных сил американского профессора Майкла Портера (см.: «Анализ пяти сил Портера»). Он постулирует, что маржа (от сырья до продажи конечному пользователю) любого товара распределяется между участниками производственной цепочки не равномерно, не по затратам, не по количеству работников и тем более не по гипотетической «справедливости», а в соответствии с конкурентной силой участников цепочке. Чем выше сила, тем выше доля в марже. Подтверждение закона можно увидеть в любой товарной нише. В том числе это касается, например, и создания знакомого всем iPhone.

Apple продаёт свои смартфоны на глобальном рынке за 800–1000 долларов. Если же «разобрать» iPhone на составные части, определить их стоимость при массовом производстве, а потом суммировать, то получим, что все комплектующие и софт стоят 250–300 долларов, где самая дорогая часть – сенсорный дисплей. (У последних моделей 2021–2022 гг. этот показатель выше – 400 долларов и более, но это прямое следствие логистических разрывов производственных цепочек и дефицита в производстве микроэлектроники из-за COVID-19). Вклад же собственно компании Apple в эту сумму – десяток долларов: ОС, дизайн процессора и ряд сервисов. Вопрос: сколько получает за каждый собранный iPhone китайская компания Foxconn, где на потогонном конвейере, как в чаплиновских «Новых временах», работники сходят с ума? Правильный ответ: передел «Сборка» получает около 10 долларов или 1 процента от цены конечной продажи, что в 60–70 (!) раз меньше того, что получают переделы «Разработка» и «Продажи» в лице Apple.

На наш взгляд, закон Портера универсален: он применим не только к отдельным товарным рынкам, но и интегрально – к глобальному рынку в целом. И тогда то, что ситуация, когда на переделы, которые сегодня в основном сосредоточены в руках (в компаниях) Запада – а это «разработки/технологии» и «глобальные продажи/маркетинг/бренды», – приходится непропорционально большая, несправедливая, доля маржи глобальной экономики, не случайность. Не следствие «превосходства демократии и либерализма», как нас пытаются убедить политики и экономисты Запада. Не следствие неких особых сверхумений и уникальной культуры народов Запада. Это прямое следствие «конкурентной силы» Запада – экономический профит от его глобального и абсолютного (после самораспада СССР) доминирования.

Благодаря тому же доминированию за тридцать лет создана и неоколониальная система глобальных регуляторных механизмов, закрепляющая изменения кривой маржинальности глобальной экономики в пользу Запада: финансовых рынков, мировой торговли (ВТО), авторского права, интернета и так далее.

Ещё три важных замечания относительно того, как именно Запад распорядился своим доминированием, чтобы несправедливо изменить кривую маржинальности под себя.

Первое. Запад выбрал для себя переделы «Разработки» и «Продажи», не случайно, а осознанно. Не потому, что в странах Запада мало «сырья» (в тех же США «сырья» большинства типов – от углеводородов до продовольствия – более чем достаточно, и себе, и на экспорт), а в том числе потому, что именно эти два передела:

  • создают относительно меньший экологический ущерб там, где выполняются (пример: электромобили, безусловно, экологичны там, где эксплуатируются, но не там, где для них вырабатывается электроэнергия, производятся или утилизируются батареи), посему экологически «грязные» переделы («Производство») были максимально выведены за пределы стран Запада, на первом этапе – в Китай;
  • требуют относительно мало рабочей силы (причём именно рабочих специальностей) и затрат на дорогостоящую инфраструктуру добычи сырья и производства; это, помимо прочего, нивелирует угрозу левопопулистских марксистских сил на политической арене и стабилизирует за счёт роста среднего класса политическую систему, устраняет «призрак коммунизма» из числа ключевых рисков системы.

Второе. Во многом именно это – получение несправедливо большой доли маржи глобальной экономики, выведение за свои границы экологически грязных и трудоёмких переделов – и обеспечивали более высокий уровень жизни и экологии в странах Запада, цитируя президента Франции Эммануэля Макрона, «изобилие, предсказуемость, беспечность». Всё это, что так нравится западному и незападному обывателю, достигается посредством того, что Запад доминирует и крепко держит в руках «приводные ремни» глобальных регуляторов.

Вклад же «демократии» в изобилие, на наш взгляд, переоценён, причём сознательно – он фокусирует внимание избирателя западных стран на внутренних «проблемках», а не на глобальной несправедливости, нависающей над их уровнем жизни дамокловым мечом. Кстати, переоценён вклад демократии и в улучшение и повышение уровня ответственности политической и управленческой элиты. Результаты масштабного эксперимента – для всех стран Запада – за тридцать лет недвусмысленно показывают: качество и ответственность национальных элит повсеместно снизилась. Пропадает какая-либо персональная ответственность за national prosperity – краеугольный камень политического успеха в демократиях прежней эпохи.

Третье. Удивительна кому-то сверхжадность Запада или нет, но в последние десять-пятнадцать лет Запад решил использовать своё глобальное доминирование, чтобы ещё более перераспределить в свою пользу маржинальность глобальной экономики, сохранить через это наивысший уровень жизни и установившуюся и удобную элитам либерально-демократическую модель.

По большому счёту, именно на это были направлены:

  • Предложения США по Транстихоокеанскому партнёрству (ТТП) и Трансатлантическому торговому и инвестиционному партнёрству (ТТИП). Если совсем кратко, их цель – дополнительно (до абсолюта) увеличить конкурентную силу мировых технологических лидеров – компаний и стран. А поскольку большинство таких лидеров – это американские компании, то реализация ТТП и ТТИП, согласно универсальному закону Портера, неизбежно привела бы к дальнейшему перераспределению глобальной кривой маржинальности в их и только в их пользу.
  • Предложения ЕС по зелёной экономике, правила которой для всех будут написаны Западом, а их выполнение также будет проверяться Западом. И тут для роста своей доли маржи в ЕС предложили самый простой инструмент – собирать с остального, заведомо «чумазого», мира «углеродный налог». Прямо в бюджеты стран ЕС. К слову, если бы в ЕС по-настоящему думали о глобальной экологии и климате на планете, то делали бы наоборот: финансировали бы из бюджета ЕС решение наиболее острых экологических проблем по всему миру.

Однако ни у США с ТТП и ТТИП, ни у ЕС с «углеродным налогом» не сложилось. А после «Дня Z» можно констатировать – не сложилось уже навсегда.

Теперь рассмотрим вопрос с другого угла. Если Запад за счёт своего доминирования получает несправедливо большую долю маржи глобальной экономики, значит, страны Мира Большинства (это 7 миллиардов человек), где сосредоточены или куда осознанно перенесены оставшиеся два передела («Сырьё» и «Производство»), получают её несправедливо малую часть.

И это позволяет по-новому взглянуть на то, почему ревизионисты «международного порядка, основанного на правилах» (Китай как глобальный лидер передела «Производство» и Россия как глобальный лидер передела «Сырьё»), хотят завершить или как минимум сократить доминирование Запада вместе с гегемонией США. Получается, что неизбежным результатом этого станет, в том числе, рост уровня справедливости в глобальной экономике. А именно:

  • Перераспределение глобальной добавленной стоимости («изменение кривой маржинальности») в пользу переделов «Сырьё» и «Производство», что принесёт экономические выгоды, дополнительные доходы, национальное богатство и повышение уровня жизни не только Китаю и России, но и всем странам Мира Большинства.
  • Более равномерное, а значит, более справедливое распределение по миру переделов «Разработка» и «Продажи», что снизит технологическую зависимость от Запада и в итоге обеспечит технологический суверенитет. С другой стороны, на Западе это вскроет социальные проблемы и застарелые болезни, которые сегодня не решаются, а заливаются деньгами, что освежит общество Запада, сведёт его с порочного пути последних шестидесяти лет построения «общества сверхпотребления». Впустит в западную политику новую кровь – новых лидеров и новые идеи.

Поэтому «борьбу за справедливость» Китая и России поддерживают и будут поддерживать страны Мира Большинства. Кто-то пока тайно, опасаясь постоянных угроз и «кольта у виска» от «демократического» Запада. А кто-то уже открыто: не присоединяясь к санкциям против России и Китая, а, напротив, выстраиваясь в очередь на вступление в ШОС и БРИКС. Потому, что «глобализация по западным правилам» всё больше воспринимается и проговаривается на уровне внутриполитического дискурса от Латинской Америки до Персидского Залива как перманентно нарастающие риски и издержки при постоянно девальвирующихся выгодах.

Отдельно хочется отметить, что текущий кризис доверия к «глобализации по западным правилам» демонстрирует обратную силу фундаментального тезиса экономического и технологического развития, о том, что по мере углубления открытости и свободы торговли нарастает углубление глобального разделения труда. В России многие либеральные экономисты и консультанты первой величины, десятилетиями обслуживавшие государственной корпоративный сектор, и высшие органы власти уповали на эту аксиоматику, указывая что наличие национальной промышленности верхних переделов с ограниченным национальным спросом (гражданский авиапром, двигателестроение, микроэлектроника и другие) есть «губительное наследие социализма» и огромная нагрузка на экономику, которая всё никак не хочет вписаться в мировое распределение труда с небольшими, но знаковыми ролями.

Сейчас же начинается кардинальный пересмотр отношений с Западом как с единственным поставщиком технологий и организационных практик, приоритетным рынком сбыта сырья и промышленной продукции. Для нас он более резок и суров – в силу привычного для России военного пути разрешения противоречий, но именно применённые против России «адские санкции» показали перспективу для стран и элит всего Мира Большинства – от Китая до Саудовской Аравии. Заморозки государственных резервов и личных активов, вплоть до яхт и бизнес-джетов. Технологические санкций в целях сдерживания национального развития, как уже происходит с запретом поставок в Китай чипов. Ограничение цен на сырьевые товары: если механизм будет отработан на российской нефти, то в один клик под него может попасть и нефть Саудовской Аравии. Расистские по сути «отмены» по национальному признаку в спортивной, культурной, научной, образовательной сферах. Всё это не может не ускорить, вплоть до лавинообразной, эрозию отношений, сложившихся у Мира Большинства с Западом за три десятилетия гегемонии США. Становится очевидно, что именно ориентированность на внутренний, региональные и блоковые (с теми странами, кто также стремится к суверенности – и это скрепляет блоки крепче любых договоров) рынки сбыта сырья, продукции, технологий, капитала, взаимовыгодная кооперация, в том числе в создании, владении и использовании технологий, является актуальной, эффективной и менее рискованной стратегией для всех стран, которые сегодня ищут возможностей суверенного развития в национальных интересах, а не в интересах Запада.

Именно в этом выборе России с ориентацией на региональные (ЕАЭС) и блоковые (БРИКС+) рынки, их единые для всех правовые нормы (а не неизвестно кем и когда написанные «правила») и будет заключаться правильная перспектива нового этапа глобализации. Это глобализация, которая не отменяется, а видоизменяется, чтобы сообща и справедливо решать общие задачи развития и будущего планеты, которая сегодня имеет столь ярко выраженный антиколониальный характер освобождения от доминирования Запада и гегемонии США, не справившихся с решением ни одной общей задачи развития.

Статья подготовлена в соавторстве с членом Совета по внешней и оборонной политике Андреем Иониным.

Источник


тэги
читайте также