17 ноября, суббота

Как построить цифровую экономику в России: шесть главных проблем

11 апреля 2018 / 10:40
экономический аналитик

В 2017 г. Правительством России была утверждена программа «Цифровая экономика Российской Федерации».

17 сентября 2018 года председатель правительства РФ Дмитрий Медведев провёл заседание президиума Совета при президенте Российской Федерации по стратегическому развитию и национальным проектам, посвящённое, среди прочего, цифровой экономике. Недавно, 16 октября 2018 года, вице-премьер Максим Акимов в рамках форума «Открытые инновации» принял участие в презентации новой редакции национальной программы «Цифровая экономика» и провёл заседание президиума Правительственной комиссии по цифровому развитию, использованию информационных технологий для улучшения качества жизни и условий ведения предпринимательской деятельности.

В данном исследовании рассмотрены некоторые экономические аспекты и проблемы правового регулирования развития цифровой экономики в России. Эти проблемам пока не уделяется должного внимания, поэтому наше исследование представляет несомненный интерес для представителей госструктур, специалистов и всех тех, кого тема цифровой экономики не оставляет равнодушным.

 

Масштабы и темпы развития цифровой экономики превосходят самые смелые прогнозы. Уже сегодня глобальный рынок цифровой продукции составляет около 5 трлн долларов США. В России всё больше приходят к пониманию того, что цифровая экономика – это не просто новое направление экономического развития, а новая эпоха в развитии экономики и цивилизации. А успех четвёртой промышленной революции в России и, значит, будущее России, во многом будут зависеть от успешного развития российской цифровой экономики.

Становится всё более очевидным, что цифровая экономика объективно приводит к кардинальным изменениям в глобальной экономике и обществе. Многие происходящие в России по этой причине процессы и явления экономического и общественного характера являются объектами правового регулирования. К числу объектов правового регулирования цифровой экономики, которые требуют большего, по сравнению с другими, внимания и  детализации, относятся, в частности, экономические, имущественные, трудовые отношения.

В своём выступлении на VIII Петербургском международном юридическом форуме 16 мая 2018 года, посвящённом проблемам правового регулирования цифровой экономики, Дмитрий Медведев сказал о том, что существует «колоссальная задача для юридического сообщества – адаптация нормативного регулирования целых секторов экономики к цифровым технологиям".

Тем самым, глава правительства РФ определил одно из приоритетных направлений работы экономистов и юристов в условиях современной экономики: это синтез цифровой экономики и современного права.

Опытные специалисты в области права, экономики и IT, занятые в сфере цифровой экономики и hi-tech, ознакомлены с механизмом взаимного влияния друг на друга экономики и права и уже понимают, что правовое регулирование может не только способствовать экономическому развитию страны, но и стать тормозом развития экономики. Поэтому в профессиональных сообществах и аудиториях тема правового регулирования цифровой экономики является злободневной и актуальной.

Официальная политика правительства РФ изложена в программе «Цифровая экономика Российской Федерации» (2017). Однако детальный анализ и обсуждение программы в профессиональной среде показали, что всё же имеется ряд пожеланий и предложений к её содержанию и что есть необходимость уточнения некоторых её положений и направлений. По мнению многих специалистов, программа «Цифровая экономика Российской Федерации» должна всё же затрагивать гораздо больший спектр проблем, вопросов, процессов и отношений, чем это пока сделано.

Однако, несмотря на то, что программа «Цифровая экономика Российской Федерации» затрагивает вопросы правового регулирования цифровой экономики (см. раздел «Нормативное регулирование»), по мнению специалистов, многие проблемы при этом оказались нераскрытыми. К пяти базовым направлениям развития цифровой экономики в Российской Федерации на период до 2024 года относятся нормативное регулирование. Но оно содержит скорее только методики работы, но не конкретные задачи и не упоминает самые важные направления (известные юристам как объекты правового регулирования).

При этом специалисты подчёркивают, что важнейшее значение будет иметь не просто некое формальное правовое регулирование постоянно изменяющейся цифровой экономики, а максимально компетентное и гибкое. Ведь правовое регулирование – это элемент управления процессами в любой сфере деятельности.

Об адаптации правового регулирования и цифровой экономики Дмитрий Медведев также сказал: «С другой стороны, попытка вообще всё зарегулировать в цифровом мире является абсолютно контрпродуктивной и нереальной. Этот мир очень быстро меняется, и нам нужно иметь гибкое законодательство, которое определяет базовые термины, но не мешает развитию цифрового пространства. Найти этот баланс, наверное, самая сложная задача».

Поэтому крайне важно, чтобы правовое регулирование было адекватно требованиям постоянно изменяющейся цифровой экономики и помогло избежать рисков торможения развития цифровой экономики по причине несовершенства нормативной базы.

Следует отметить, что сегодня в России, как и во всём мире, формируются и развиваются профессиональные сообщества экспертов и специалистов в области права, экономики и IT, занятых в сфере цифровой экономики и hi-tech. Они уже сейчас тесно взаимодействуют друг с другом. С учётом предстоящего доминирования цифровой экономики в глобальной экономике очевидно неизбежное превращение этих профессиональных сообществ в достаточно влиятельные общественные группы.

По этой причине было бы перспективно и рационально выслушать мнение этих сообществ и представителей цифровых компаний, чтобы оперативно предпринять все возможные усилия и предотвратить риски возникновения несогласованности между развивающейся цифровой экономикой и её правовым регулированием. Например, избежать той негативной ситуации, что сложилась в СССР к 1991 году, когда командно-административная система управления и правовое регулирование СССР уже не соответствовали изменениям в экономике и обществе. Например, интересам и потребностям стремительно развивавшегося частного бизнеса в лице предпринимателей, роль и влияние которых тогда в СССР стремительно возрастали. Неадекватность правового регулирования и позиции органов государственной власти СССР привела к отсутствию взаимопонимания и доверия, конфронтации между государством и частным бизнесом, что сопровождалось расшатыванием экономических и административных устоев СССР. В итоге, этот экономико-правовой конфликт сыграл заметную роль в ослаблении некогда единой советской экономики, государства и общества, снизил авторитет правившей тогда партии (КПСС) и способствовал развалу СССР.

Сегодня вновь возникает риск того, что в отношении цифровой экономики России её взаимная адаптация с правом вновь столкнётся с серьёзнейшими проблемами, которые уже очевидны для специалистов.

Объясняется сложность правового регулирования цифровой экономики, в том числе, тем, что в цифровой экономике многие традиционные экономические понятия и механизмы приобрели новое содержание и нередко реализуются в  совершенно уже ином, порой, на первый взгляд, в иррациональном виде.

Экономисты отмечают, что причина состоит в том, что деятельность в сфере цифровой экономики имеет явные отличия от традиционной, ранее известной экономической деятельности. К их числу относятся, например: появление новых производительных сил и производственных отношений в сфере цифровой экономики; возникновение новых видов продукции и услуг (цифровых), отличающихся от традиционно известных; расплывчатость в критериях стоимостной оценки цифровой продукции; прозрачные границы для экспорта на глобальных рынках; принципиальная пока невозможность чёткого регулирования деятельности цифровых и hi-tech компаний; появление новых масштабных рынков сбыта цифровой продукции и т.д.

Как следствие, современная экономика уже создала и продолжает создавать много экономических парадоксов. В качестве примера можно привести то, что в США из числа выходящих на IPO цифровых компаний 76% являются хронически убыточными; но, тем не менее, они без проблем проводят IPO и привлекают крупные инвестиции (см., например, New York Times, 18 мая 2018, “Profit? Who needs it?”).

Эти парадоксы означают, что произошли существенные изменения в традиционной деловой логике и критериях эффективности бизнеса,  экономических и финансовых механизмах. Очевидно, что с учётом этих изменений теперь должны создаваться и функционировать также уже несколько иные, модифицированные правовые механизмы. Пока нет возможности решить возникающие экономические парадоксы с помощью существующих традиционных правовых норм.

Но ведь в таком случае, возникают и возрастают риски неправильного правового регулирования  процессов в цифровой экономике, потому что в условиях цифровой экономики многие традиционные экономические понятия и подходы принципиально изменились.

В таком случае вслед за экономическими парадоксами неизбежны будут возникать теперь уже и юридические парадоксы и нелепости.

В свою очередь, это неизбежно породит хаос терминов и понятий. Возрастает теперь уже риск принятия иррациональных управленческих решений. В итоге, могут возникнуть серьёзные  препятствия для создания эффективной стратегии развития цифровой экономики России.

Программа «Цифровая экономика Российской Федерации» не рассматривает возможность возникновения юридических и экономических парадоксов в сфере цифровой экономики и потому не предусматривает создание механизмов их предотвращения. Возможно, что  причиной этого стало то, что при всей тщательной проработке проблем и путей развития цифровой экономики, данная программа не учитывает весь спектр процессов и отношений, которые возникают и играют важную роль в развитии цифровой экономики.

Уже очевидно, что правовое регулирование цифровой экономики имеет гораздо более широкий характер, чем предполагалось ранее, когда создавалась «Программа». К тому же «Программа» откладывает конечные сроки решения некоторых вопросов на достаточно отдалённые периоды времени: 2020-2024 годы.

Если проблемы правового регулирования в сфере цифровой экономики удастся решить в России относительно раньше, чем в других странах, то, тем самым, в условиях острой конкуренции на глобальных рынках цифровой продукции, Россия сумеет получить определённые конкурентные преимущества.

Кроме того, очевидно, что стремительное развитие цифровой экономики открывает новые возможности для страны и её населения, создаёт новые направления и стимулы для быстрого экономического роста в России. Тем самым, в самые ближайшие годы удастся избежать назревающих конфликтов и проблем в рамках, например, проводимой пенсионной реформы. И молодое поколение граждан России сможет успешно реализовать себя в сфере быстро развивающейся цифровой экономики, а не только единственно претендовать на рабочие места и должности в традиционной экономике, занимаемые ныне старшим поколением.

В ходе дискуссий и обсуждений участниками профессиональных сообществ экспертов и специалистов в области права, экономики и IT был составлен перечень некоторых проблем правого регулирования цифровой экономики. К их числу относятся, например, следующие проблемы по объектам правового регулирования: (1) специфические механизмы цифровой экономики; (2) полный экономический оборот цифровой продукции; (3) особенности творческого характера деятельности при создании цифровой продукции; (4) интеллектуальная и творческая экономика; (5) новые трудовые отношения в  сфере цифровой экономики; (6) деятельность частных компаний в сфере цифровой экономики и их правовая защита; (7) создание интеллектуальной продукции в части, не охваченной Гражданским Кодексом РФ (часть 4), который регулирует только вопросы имущественных прав на интеллектуальную продукцию, но не на само её создание; (8) изменение роли и характера деятельности государственных органов в условиях широкого внедрения цифровых технологий.

Скорейшее внесение ясности в эти и аналогичны вопросы, касающиеся правового регулирования цифровой экономики, очень остро востребовано не только уже специалистами, но и молодым поколением страны. Собственно, востребовано в целом всем российским обществом.

По этой причине считаем необходимым провести масштабные консультации между профессиональными сообществами экономистов (в первую очередь, занятых в практической экономической деятельности) и юристов России по обсуждению направлений, возникших уже проблем, потенциальных проблем и рисков в сфере цифровой экономики. Нам представляется, что речь  должна идти о проведении форума под руководством не менее чем вице-премьера Правительства РФ.

 

Проблема правового регулирования специфических экономических механизмов создания цифровой продукции

Дмитрий Медведев очень точно и правильно отметил на VIII Петербургском международном юридическом форуме 16 мая 2018 года, что «Появляются ранее абсолютно неизвестные, а подчас и непонятные объекты прав, способы инвестирования в цифровые проекты».

Суть проблемы состоит в том, что в сфере цифровой экономики постоянно возникают и функционируют новые экономические механизмы, которые уже не имеют прямых аналогов. Поэтому правовое регулирование в сфере цифровой экономики уже не может использовать только традиционные подходы и нормы, а должно учитывать эти изменения.

Объектом правового регулирования являются экономические механизмы, лежащие в основе экономических процессов. Например, это механизмы формирования цены на продукцию или её себестоимости; формирования облика и структуры создаваемого нового цифрового продукта; постановки задачи и планирования цифрового проекта; реализации произведённой цифровой продукции; состав комплекта поставки и многое другое. Они во многом диктуются особенностями и отличиями цифровой продукции от традиционной промышленной и потребительской продукции, а также особенностями запросов и требований к ней со стороны потребителей цифровой продукции. Уже одно только это требует создания гибких и адекватных экономических механизмов.

В свою очередь, экономические механизмы возникают не стихийно, а создаются целенаправленно. Поэтому сегодня для глобальной цифровой экономики (и, в том числе, для России) первоочередной задачей является создание именно экономических механизмов (причём, в необходимом количестве, т.е. в зависимости от уровня экономических отношений: исполнитель, корпорация, национальный рынок, глобальный рынок).

Только после этого следует создавать соответствующую нормативную базу.

Особенности преимущественно нематериальной формы цифровой продукции, технологий создания, виртуальный характер применения цифровых технологий в промышленном производстве (особенно, 3D-printing) приводят к возникновению специфических экономических механизмов в сфере цифровой экономики. Экономические механизмы в сфере цифровой продукции не могут быть аналогичны тем, которые присущи традиционной экономике, включая порядок реализации цифровой продукции, её оценку, эксплуатацию, оценку, утилизацию и т.д.

Экономисты уже отметили, что цифровая экономика создаёт новые или существенно изменяет уже традиционные понятия в экономике. Цифровая экономика формирует уже новые подходы и новые механизмы, отличные от традиционных и уже известных правоведам. Например, изменяются этапы и технологии создания цифровой продукции, а формирование её стоимости также происходит уже по-иному.

Сегодня перед цифровой экономикой России также стоит задача создания правового регулирования полного жизненного (экономического) цикла цифровой продукции в разрезе его этапов: разработка цифровой продукции, её практическое создание, оценка, реализация (продажа), сопровождение эксплуатации (инсталлирование, обслуживание, обеспечение качественной работы цифровой продукции: совместимость и бесконфликтность использования с другими цифровыми продуктами – например, операционными системами и программами), защита от контрафактного использования (авторских прав разработчика и приоритета легального использования клиентами), модернизация (обновление, update), утилизация (аннулирование, деинсталлирование).

Программа «Цифровая экономика Российской Федерации» не вносит ясности и не даёт ответа на такие жизненно важные вопросы, как порядок создания экономических механизмов цифровой экономики, сочетание нормативной базы и госрегулирования, а также функционирование правовых механизмов в условиях постоянно развивающейся цифровой экономики.

Например - допускается ли убыточная деятельность цифровых компаний? Это - реальная проблема. Надо учитывать, что на Западе многие новые инновационные и IT-компании являются хронически убыточными. Но там поэтому созданы и механизмы, которые предотвращают банкротство таких компаний и позволяют им найти новых инвесторов, уже даже не обязательно выходя на IPO. В России таких механизмов пока не существует. Выход российских компаний на самоокупаемость может тогда затянуться на годы, что снизит их эффективность. Если убытки будут узаконены, то кто тогда возместит эти убытки и необходимость субсидировать (дофинансировать) такую деятельность и обеспечивать необходимый объём инвестиций? Иначе все российские инновационные и IT-компании выйдут на хронические убытки и «утонут» под горой судебных исков к ним со стороны кредитов и инвесторов.

По причине того, что цифровая продукция не имеет материальной формы и потому не имеет точных параметров своего описания, осложняется и её экономический оборот, то есть, её использование в случаях перехода к новым владельцам (реализации)  или возникновения в отношении неё различных имущественных прав. Например, принятие её в залог, аренду и затем с последующим возвратом владельцу. Кроме того, в современных условиях заложенная или арендованная цифровая продукция может в силу различных причин (например, научно-технического прогресса) быстро устареть, что принесёт не только её владельцу, но и залогодержателю непредвиденные убытки. Специалисты пришли к мнению, что в таком случае более правильным и обоснованным будет оценивать цифровую продукцию не по её балансовой (фактически, рыночной) стоимости, а, например, по экономическому эффекту и способности к её немедленной реализации (ликвидности). Однако такой способ надо легализовать, что пока не предполагается в рамках существующих правовых норм или положений Программы "Цифровая экономика РФ".

Например, возможно введение и применение новых терминов, характеризующих переход права собственности или ограничение этого права, как, например, «цифровой залог», «цифровой арест», «цифровая аренда».

Программа «Цифровая экономика Российской Федерации» не содержит ответов на многие вопросы о том, как в России будут регулироваться такие вопросы. Это создаёт риски относительно низкой глобальной конкурентоспособности России в сфере цифровой экономики. Кроме того, это создаёт почву также для потенциальных конфликтов и убытков субъектов цифровой экономики России.

В связи с изложенным, можно уверенно полагать следующее:

- Сегодня предметом и объектом правового регулирования в сфере цифровой экономики должны быть не столько отношения, права и обязанности субъектов цифровой экономики, сколько, в первую очередь, экономические механизмы цифровой экономики;

- Правовое регулирование цифровой экономики следует начинать только после создания экономических механизмов цифровой экономики и выработки подходов со стороны государства к понятию экономической эффективности цифровой продукции;

- Необходимо определить, какими государственными органами будут решаться в правовом поле возникающие проблемы при практической реализации этих отношений.

 

Проблема правового регулирования цифровой экономики для вовлечения цифровой продукции в активный экономический оборот

Правила бизнеса и логика рынка состоят в том, что максимальный успех сопутствует в первую очередь не обязательно тому, кто вывел на рынок самую качественную продукцию, а тому, кто пришёл на рынок первым и занял там лидирующие позиции.

Поэтому, проблема для России сегодня состоит в том, как с помощью правового регулирования цифровой экономики повысить конкурентоспособность российской цифровой продукции, обеспечить её эффективный экономический оборот, добиться её успешного экспорта и скорейшего выхода на глобальные рынки.

Для этого необходимо сначала определить наиболее приоритетные направления развития цифровой экономики России и с помощью правового регулировать стимулировать их максимально быстрое развитие.

Сегодня объём глобального рынка цифровой продукции составляет примерно 5 триллионов долларов США. Иными словами, таков объём платёжеспособного спроса на цифровую продукцию в мире.

Зарубежные аналитики уже отметили, что сегодня самой главной стратегической задачей ведущих стран мира является «захват» рынков цифровой продукции. Правительства западных стран и Китая сегодня делают это даже в ущерб традиционным отношениям в сфере обычной экономики, даже за счёт остальных секторов национальной экономики, на которые перераспределяются убытки цифровой экономики и которые являются источником инвестиции в цифровую экономику.

Например, зарубежные фондовые биржи не вводят столь же строгих ограничений и требований к цифровым компаниям, выходящим на IPO, или для их включения в листинг, как это происходит с обычными компаниями,

Зарубежным IT-компаниям фактически позволено совершать незаконные сделки на рынке. Ни на Западе, ни в Китае не предпринимаются никакие предусмотренные законом действия по пресечению по сути незаконных или притворных сделок М&A (слияния и поглощения), например, при приобретению IT-компаний, когда истинной целью является покупка базы данных или клиентуры поглощаемой компании, но не создание цифровой и интеллектуальной продукции. Налицо фактическая отмена строгих иммиграционных требований к приглашаемым на работу иностранным IT-специалистам. Кроме того, политика M&A (слияния и поглощения) на Западе в сфере цифровой экономики приводит к бесконтрольному созданию монополий. Западные правительства проводят политику поощрения увеличения размеров капитализации своих крупнейших IT-компаний (Facebook, Apple, Microsoft). Пока также не отмечены реальные антитрастовые меры западных правительств в отношении своих крупнейших IT-компаний.

Фактически отсутствует национальный контроль за экспортом и импортом цифровой и интеллектуальной продукции.

Цель политики startup в США и Китае – это покупка любых идей, включая даже те, которые при существующем уровне научного и промышленного развития пока ещё практически нереализуемы.

На IPO на Западе успешно выводятся и успешно проводят IPO хронически убыточные IT-компании. Как пишет о растущем влиянии в США компаний high-tech J. Walter Thompson, автор новой книги «Silicon States»: "Из-за того, что компании high-tech способны привлекать много денег, несмотря на отсутствие у них успехов в соответствии с традиционной системой таких ценностей, как, например, прибыльность, они уже способны позиционировать себя как компании, представляющие из себя, на что будет похоже будущее".

Действительно, они уже ведут себя как компании, которым принадлежит будущее.

Не случайно, что на современном этапе развития цифровой экономики на Западе и Китае на первое место сегодня вышли отнюдь не вопросы её правового регулирования. Зарубежные экономисты полагают (см. The Economist, 06 мая 2017 “The world’s most valuable resource”), что пока практически невозможно регулирование цифровой экономики в полной мере. Приоритетным они считают увеличение объёмов своей цифровой экономики, вовлечение в создание цифровой продукции максимально большего числа компаний и талантливых специалистов (включая иностранных). Конечной целью является захват и установление своего контроля на глобальных рынках цифровой продукции общим объёмом (на сегодняшний день) до 5 трлн. долларов США ежегодно.

Дмитрий Медведев на VIII Петербургском международном юридическом форуме также сказал: «С другой стороны, попытка вообще всё зарегулировать в цифровом мире является абсолютно контрпродуктивной и нереальной. Этот мир очень быстро меняется, и нам нужно иметь гибкое законодательство, которое определяет базовые термины, но не мешает развитию цифрового пространства». Поэтому для России приоритетными задачами в сфере цифровой экономики ведущие специалисты считают следующие: создание эффективных механизмов цифровой экономики; предоставление возможности немедленного вовлечения в экономический оборот произведённой цифровой продукции; беспрепятственный выход российской цифровой продукции на мировые рынки; создание большого количества эффективных российских IT-компаний; занятие ими лидирующих позиций на глобальных рынках цифровой продукции.

Надо снять ограничения с деятельности в сфере цифровой экономики, которые свойственны в традиционной экономике, но допустимы к временной отмене в отношении IT-компаний и IT-деятельности. Например, ограничения в оформлении экспортных сделок, при осуществлении экспортных поставок и расчётов, привлечении иностранных инвесторов, операциях с ценными бумагами и т.д.

У аудиторий вызывает большой энтузиазм следующее заявление Дмитрия Медведева на форуме: "Во всяком случае в цифровой среде, на глобальных рынках что-то сложно категорично запретить и обеспечить надлежащее исполнение этого запрета. Немедленно возникнут пути обхода запретов и предписаний, как мы видим в том числе с нормами по защите интеллектуальной собственности и целым рядом других правовых институтов. Действенность императивного регулирования в экономике имеет свои пределы. Издержки от введения такого регулирования очень часто перекрывают эффект, на который рассчитывают законодатели. Современное право в этом смысле должно быть более риск-ориентированным. Тут есть возможность создавать стимулы для определённых действий, предлагать выгодную и удобную модель, оставляя свободу действий".

В связи с этим возникает необходимость выбора основного критерия современного правового регулирования цифровой экономики, сделав выбор между двумя основными из них: результаты финансово-хозяйственной деятельности IT-компаний (их прибыль) или достижение целевых системных показателей цифровой экономики в масштабах России и мира (объёмы деятельности, доля контролируемого рынка, капитализация IT-компаний).

 

Особенности правового регулирования творческой деятельности в цифровой экономике

В своём заключительном слове на VIII Петербургском международном юридическом форуме Дмитрий Медведев образно охарактеризовал профессию юриста как форму искусства. Но представители и многих других профессий всё чаще приходят к мнению о том, что их профессиональный успех во многом зависит от творческой составляющей их деятельности. Это является устойчиво растущей тенденцией в глобальной экономике, и объясняется изменением характера и содержания современной экономики, которая всё больше приобретает, в частности, абстрактный характер.

Цифровая экономика привела к пересмотру традиционных взглядов на содержание труда в современном мире. Теперь элемент творчества в экономике является не только допустимым, но всё больше обязательным. Условием успеха развития цифровой экономики является наличие достаточно большого количества (числа) идей, которые в основном рождаются в результате творческого озарения, догадки, вдохновения. Поэтому создание в экономике и обществе в России максимального интеллектуального и творческого потенциала является уже не столько желательным, сколько обязательным условием успешного будущего страны. Таким образом, экономического роста России требует создания как экономических, так и правовых механизмов стимулирования творческой деятельности.

Позволю себе заметить, что в основе подлинного искусства всегда лежит творческая, а не механическая и бездушная деятельность. Тем самым, следует, что Дмитрий Медведев определил правовую деятельность как творчество, как деятельность, имеющую творческий характер.

Суть проблемы: для большей эффективности правового регулирования цифровой экономики следует определить порядок и основные направления правового регулирования творческой и интеллектуальной деятельности, которые лежат в основе цифровой экономики.

Одновременно с этим и современная экономическая деятельность также всё больше приобретает творческий характер. В условиях цифровой экономики приоритет принадлежит новым производительным силам - не столько физическому, сколько интеллектуальному труду. Однако до настоящего времени правовое регулирование не рассматривает механизмы интеллектуальной и творческой деятельности. Гражданский кодекс РФ (часть четвёртая) ограничен только вопросами имущественных прав на интеллектуальную собственность. В настоящее время цифровая экономика требует расширения правового регулирования и на сам процесс интеллектуальной и творческой деятельности.

Специалисты уверены, что ошибочно полагать, что творческая деятельность практически не может никак регулироваться. Разумеется, речь идёт не о запретах и ограничении на свободу творчества и творческого самовыражения, а наоборот, стимулировании творческой деятельности, но как, в первую очередь, составной части экономической деятельности.

В то же самое время, в основе высококачественного творческого результата лежит его интеллектуальная составляющая. Зарубежные специалисты признают существование как творческой, так и интеллектуальной экономики. Ведь цифровая продукция создаётся как цифровая реализация той или иной идеи. И успех сбыта цифровой продукции, как и её качество, определяется потребностями именно развития интеллектуальной составляющей деятельности общества, его интеллектуального потенциала. Если уровень интеллектуального развития в России будет недостаточен, то невозможно будет обеспечить условия для успеха цифровой экономики. В РФ принята «Программа развития цифровой экономики», но пока нет аналогичной программы в отношении интеллектуальной и творческой экономики. Соответственно, не ставится вопрос о правовом регулировании интеллектуальной и творческой экономики.

В связи с вышеизложенным, у специалистов и общественности возникают следующие вопросы, по которым пока не определена официальная позиция государства: является ли цифровая экономика составной частью интеллектуальной экономики? Необходимо ли, кроме цифровой экономики, распространять правовое регулирование также и на сферу так называемой «интеллектуальной экономики»?

На официальном уровне необходимо определить, является ли для России необходимым развивать и расширять, назовём так, "творческую и интеллектуальную" экономику. И если да, то какими должны быть пути и способы достижения их развития.

 

Проблема правового регулирования специфических трудовых отношений в сфере цифровой экономики

Цифровая экономика также принципиально изменяет характер и трудовых отношений. Это, в свою очередь, диктует также необходимость изменения правового регулирования в сфере трудовых отношений. Перед Россией стоит необходимость определить и создать наиболее эффективную форму трудовых отношений, которая наиболее точно отражала бы содержание и характер цифровой экономики.

Экономисты уже отметили, что создание цифровой продукции сопровождается дальнейшей эволюцией трудовых отношений в данной сфере. Цифровая экономика во многом отличается от традиционной экономики тем, что всё более возрастающее значение здесь имеет творческий труд, творческий поиск, озарение и вдохновение. Собственно, именно творческий труд и составляет основную часть себестоимости цифровой продукции.

Сегодня экономика передовых стран мира всё больше опирается в своём развитии на творческие стимулы. Теперь основной целью труда становится не стремление выжить или уступить принуждению к труду и подвергаться эксплуатации. На первое место выходит стремление реализовать определённые творческие замыслы и идеи, создать что-то новое и оригинальное, добиться уважения и признания со стороны общества уже не личных материальных и финансовых результатов, а личных творческих успехов и достижений.

То есть, творческая деятельность приобретает всё большее экономическое значение, поскольку прямо влияет на быстрые темпы развития экономики. А творческий же труд начинает составлять всё большую долю в общих затратах труда теперь уже даже в масштабах глобальной экономики.

Таким образом, стимулирование творческого труда, увеличение его объёмов и роста доли в национальной экономике является уже остро необходимым. Это, согласитесь, справедливо и для России.

Возвращаясь к теме цифровой экономики, можно утверждать, что это означает, что цифровая экономика стимулирует и создаёт совершенно новые трудовые отношения, еще непривычные для российских условий. Это уже не классические отношения наёмного работника и работодателя. Образно говоря, если в обычной экономике можно ещё сунуть работнику лопату в руки, наорать на него и тем самым заставить эффективно работать, то в сфере цифровой экономики это уже не сработает. Даже, наоборот, такие отношения между работодателем и работником, перенесённые в сферу цифровой экономики, могут вызвать негативное отношение и даже саботаж со стороны специалистов.

Творческие работники обладают иной психологией, чем наёмные работники, предъявляют более высокие требования к организации, уровню оплаты и условиям своего труда, чем наёмные работники. Творческий труд не может быть регламентирован и расписан столь же детально, как режим работы наёмного работника.

В настоящее время российское трудовое законодательство не регулирует такой вид трудовых отношений, как создание цифровой и интеллектуальной продукции.

В основе творческого труда лежит пока не контролируемое человеческой волей озарение и вдохновение, за которым следует возникновение новых идей. Поэтому творческий труд не может быть регламентирован распорядком трудового дня – идея может придти в голову в любое время суток и в любом месте; идея не зависит от того, находится ли человек в данный момент на своём рабочем месте; творческий труд, в основном, не может быть не может быть успешно стимулирован материальным вознаграждением, не может быть точно пронормирован, ограничен временными сроками выполнения работы, запланирован заданиями и соглашениями и т.д.

Поэтому в цифровой экономике невозможно традиционное применение таких понятий, как, например, «дисциплина труда", предусмотренное современным Трудовым кодексом РФ. Также известно, что наёмные работники в принципе не заинтересованы и потому не способны на плодотворный и эффективный творческий труд.

В условиях того, что мировая экономика сегодня стоит перед проблемой дефицита новых идей, для России будет экономически выгодно создать все комфортные условия для стремительного развития творческого труда в сфере цифровой экономики; дать возможность как можно большему числу людей раскрыть и применить свои способности в сфере цифровой экономики; создать целое поколение талантливых творческих работников.

До настоящего времени Трудовой кодекс РФ и всё трудовое законодательство практически не регулируют отношения, связанные с творческим трудом. Сохранение такого положения неминуемо приведёт к неурегулированности в данном вопросе, возникновению серьёзных конфликтов и, как итог, замедлению темпов развития цифровой экономики и экономики России в целом. Программа «Цифровая экономика» не рассматривает трудовые отношения в новом контексте и не учитывает возможность возникновения каких-либо проблем. В итоге, очень многое оказалось вне внимания, что вызывает большое недоумение и шквал критики со стороны специалистов и множество их вопросов.

Таким образом, несомненно, что цифровая экономика уже создала и продолжает развивать уже новый тип трудовых отношений, но пока мало распространённый в России, которые коренным образом отличаются от традиционно известных.

Это, в свою очередь, означает, что в России необходимо применять новые подходы к правовому регулированию трудовых отношений в сфере цифровой экономики или что имеющейся нормативной базы в сфере трудовых отношений (Трудовой кодекс РФ) уже недостаточно.

Следовательно, уже в самое ближайшее время необходимо рассмотреть целесообразность внесения дополнений в Трудовой кодекс РФ в части создания цифровой и вообще интеллектуальной продукции.

Вполне логично сделать вывод о том, что предстоит внести дополнения и изменения в пенсионное законодательство РФ, учитывающие особенности трудовой деятельности в сфере цифровой экономики.

 

Проблема правового регулирования деятельности частных компаний и бизнеса в сфере цифровой экономики

Мировой опыт свидетельствует, что на протяжении всего периода существования цифровой экономики в ней преобладают частные компании и частный  бизнес. Западные, японские и китайские компании, лидеры в цифровой экономике, все без исключения являются публичными или непубличными, но частными компаниями.

Частные компании и startups в глобальной цифровой экономике, как правило, не получают государственного финансирования и заказов. По мнению наших специалистов, скорее всего, они и не должны их получать. Как ни парадоксально, отсутствие финансовой поддержки со стороны государства, не ослабит, а усилит российские частные IT-компании. Тогда они станут обладать большей свободой инициативы и выбора направления деятельности, чем государственные компании. Это позволит частному бизнесу быстро реагировать на изменения на рынке цифровой продукции, учитывать новые тенденции и приоритеты, удерживать свои производственные издержки на предельно минимальном уровне.

Следует учитывать то обстоятельство, что творческий труд в сфере цифровой экономики неизбежно привёл в мире к такому явлению, когда многие ведущие IT-специалисты преимущественно становятся т.н. «business owners», то есть единоличными владельцами либо совладельцами бизнеса в сфере IT.

По мнению специалистов, в России в сфере цифровой экономики надо развивать именно частный бизнес. Но одновременно надо стимулировать российские частные компании работать преимущественно на экспорт. Выгоды для экономики России будут состоять в большей прозрачности границ и доступности глобальных рынков цифровой продукции для российского экспорта, низких производственных издержках частных компаний, а также в то, что частные компании будут полностью брать на себя все деловые риски и неудачи своего бизнеса. К этому надо прибавить их полную ответственность за свои  убытки и за обслуживание полного экономического цикла цифровой продукции.

Однако в условиях современной России пока очевидно доминирование государства в структуре собственников большинства компаний и организаций в сфере цифровой экономики.

Однако профессиональное сообщество уверено, что успех скорейшего и успешного развития в России цифровой экономики напрямую зависит от того, насколько высокой будет доля именно частных компаний и частного бизнеса в сфере цифровой экономики.

В связи с этим возникает необходимость на самом высоком официальном уровне в России рассмотреть следующие вопросы и определить по ним позицию государства:

- Будет ли правовое регулирование в сфере цифровой экономики строиться с учётом необходимости стимулировать со стороны государства скорейшее создание большого числа частных IT-компаний и стимулирование развития частного бизнеса?

- Будет ли при этом правовое регулирование деятельности частных цифровых компаний строиться на основе  максимально возможной степени свободы их экономической деятельности?

 

Изменение роли и характера деятельности государственных органов в условиях цифровой трансформации государства

Программа «Цифровая экономика Российской Федерации» предусматривает массовый перевод работы государственных структур с населением в цифровую форму и последующее предоставление услуг на основе государственной цифровой платформы. При этому неизбежно последует изменение для чиновников их традиционных функций, форм, роли и характера деятельности.

Так, технологии блокчейн (распределённого реестра) предназначены для обработки уже имеющихся традиционных информационных баз: налоговых, имущественных, кадастровых, персональных данных, автовладельцев и т.д. В России деятельность многих государственных структур и органов (ГИБДД, Росреестра, Росимущества, регистрационных палат, архивов, судебных, земельного и имущественного кадастра и т.п.) состоит в работе именно с этими информационными базами (формирование, ведение, обновление, рассмотрение запросов, выдача справок и сведений, хранение информации, недопущение её порчи и искажений и т.п.).

Исторически в общественном мнении уже прочно вошёл в понятие государства образ чиновника-бюрократа, который стоит между обществом и такими базами данных и фактически монопольно распоряжается ими, часто при этом ставя в зависимое положение обычного гражданина. Таким образом, предоставление возможности негосударственным структурам нарушить монополию госорганов на работу с информацией неизбежно внесёт изменения в характер их деятельности, в частности, снизит степень влияния государства и чиновников на общество.

Неизбежна легализация в России криптовалют, хотя бы для того, чтобы обойти с их помощью западные санкции. Однако криптовалюты являются частными денежными системами, обладающими высокой степенью независимости от государства. И это  вновь ослабит монопольное положение государства в финансово-кредитной сфере экономики.

Но насколько государственное управление в России готово к таким грядущим переменам – организационно и психологически? Не вызовет ли по этой причине развитие новых цифровых технологий противодействия и даже саботажа (явного или скрытого) со стороны чиновников? Пока неизвестно, сможет ли Правительство РФ обеспечить лояльность чиновников в данном вопросе.

Остаётся под вопросом, по какому пути пойдёт дальнейшее развитие госорганов, как будет по-новому будет организована их деятельность и на каких принципах: их эволюции, деградации или даже мутации.

Однако до настоящего времени официальная позиция государства не даёт чёткого ответа на вопросы общества:

- Будут ли изменяться (точнее, сокращаться) влияние и функции госорганов при внедрении цифровых продуктов, в частности, технологий «блокчейн» и различных криптовалют (digital currencies)?

- Как госорганы должны уже сегодня учитывать это неизбежное изменение баланса экономических интересов и отношений в экономике и обществе, а также отношений государства с субъектами экономики?

- Какой характер роли и функции государства должен на современном этапе иметь приоритет в отношении цифровой экономики: контроль, ограничения, запреты («не разрешено – значит, запрещено») или, наоборот, государственного протекционизма и либерализма («разрешено всё, что не запрещено»)? В таком случае, должно ли это требовать необходимости изменения права и нормативной базы? И если "да", то какими Вы видите эти изменения принципиально?

- Будут ли госведомства в данный период становления в России основ цифровой экономики лишены или ограничены в праве издавать нормативные акты в отношении деятельности в сфере цифровой экономики? Какими будут установлены границы разумных ведомственных ограничений в сфере цифровой экономики?

Специалисты уже подготовили свои экономически обоснованные предложения по многим проблемам правового регулирования развития цифровой экономики в России. Сегодня дело остаётся только за представителями государства, точнее, их желания прислушаться к мнению специалистов и экономистов по данной теме.


тэги
читайте также