21 февраля, среда

Информационные войны от Трои до Бахмута. Лекция 1. Пропаганда на Древнем Востоке

21 декабря 2023 / 15:48
политолог, генеральный директор Центра политического анализа

Центр политического анализа и социальных исследований представляет курс лекций «Информационные войны от Трои до Бахмута: как противостоять деструктивной пропаганде».

История информационных войн от первых шагов человечества до современности, особенности использования пропаганды в наши дни, как распознавать пропаганду и как противостоять ей - обо всем об этом говорится в курсе лекций политолога, директора АНО Центр политического анализа и социальных исследований, доцента Финансового университета при Правительстве России, члена Общественной палаты Москвы Павла Данилина.

Проект реализуется при поддержке Президентского фонда культурных инициатив.

Пропаганда, понимаемая как идеологическое воздействие, осуществляемое посредством слов и образов с целью формирования у масс определенного мировоззрения, существует с древнейших времен. Как только появились конкурирующие группы людей и более-менее сложно устроенные общества, задачи по влиянию на население внутри (племя, клан или большую семью) и вовне (на соседей-конкурентов) неизбежно должны были встать перед тогдашними лидерами или, если угодно, вождями.

Конечно, мы далеко не всегда можем верно интерпретировать наиболее древние свидетельства дописьменной эпохи. Не исключено, что даже у наскальной живописи первобытных людей была некая пропагандистская функция. По крайней мере, в среде антропологов существует версия, что пещеры с их живописью и иными свидетельствами активности древних homo sapiens были местом инициации соплеменников. В самом обряде инициации есть определенная пропагандистская составляющая — нет сомнения, что обряды призваны объединять социальную группу, индоктринировать молодежь в установленный этим обществом порядок. К сожалению, сегодня мы не можем однозначно сказать, какова была функция той же наскальной живописи.

 

Монументальная пропаганда

Но если переместиться во времени чуть ближе к нашим дням, то человеческая деятельность уже вполне поддается анализу, даже несмотря на отсутствие письменных источников. Взять, к примеру, мегалитические сооружения глубокой древности. Комплекс Гёбекли-Тепе в современной Турции[1] — по всей видимости, является древнейшим культовым центром, размах которого и сегодня впечатляет настолько, что многие наши современники убеждены, что он просто не мог быть построен людьми 12 тысяч лет назад. И действительно, глядя на ровные ряды гладких огромных каменных глыб, установленных с четким осознанием пропорций и сопромата, возникает мысль, что его могли построить только какие-то более продвинутые существа, находящиеся по уровню развития науки и техники куда ближе к нам, чем к плейстоцену.

Скорее всего, это культовое сооружение: колонны храмов украшены резьбой по камню в виде животных и абстрактных пиктограмм. Последние не могут быть системой письма, но отражают общеупотребительные сакральные символы своей культуры, известные и для других неолитических человеческих сообществ. Проблема в том, что отсутствие письменности у людей того времени или же отсутствие сохранившихся письменных источников оставили нам в наследство только сам храмовый комплекс. Это, конечно, мало говорит о восприятии подобных сооружений их строителями и современниками. То же касается и легендарного Стоунхенджа (рубеж 4 и 3 тысячелетий до н. э.) или мегалитических храмов острова Мальта (комплекс храмов, построенных с 5 по 3 тысячелетие до н.э). Мы не понимаем и вероятно никогда не поймем все функции этих комплексов до конца.

Пиктограмма «Камень стервятника» на колонне №43 здания D из комплекса Гёбекли-Тепе.

Но нет сомнений, что и функция пропаганды — утверждения величия инциаторов строительства, превосходства культа местных богов и духов над богами и духами соседей, входили в замыслы тех, кто задумывал и реализовывал эти титанические проекты. Если мы даже сегодня восхищаемся этими постройками, можно только примерно представлять, какое влияние они оказывали на современников.

В 1918 году Владимир Ленин, вдохновленный «Городом Солнца» Томмазо Кампанеллы, выдвинул идею пропаганды через памятники. Луначарский так цитировал Ленина: «Наш климат вряд ли позволит фрески, о которых мечтает Кампанелла. В разных видных местах на подходящих стенах или на каких-нибудь специальных сооружениях можно было бы разбросать краткие, но выразительные надписи, содержащие наиболее длительные коренные принципы и лозунги марксизма… Ещё важнее надписей я считаю памятники: бюсты или целые фигуры, может быть, барельефы, группы». Все вместе это Ленин охарактеризовал как «монументальную пропаганду»[2].

 

Поучения Мерикара

Учитывая, что наши предки были не глупее нас сегодняшних, можно с уверенностью утверждать, что монументальная пропаганда – это важнейшая составляющая строительства подобных мегалитических сооружений. И свидетельства уже письменной эпохи подтверждают это. Древние пирамиды Египта – формат как раз монументальной пропаганды величия фараонов, которые придавали воздействию на умы своих подданных особое значение.

В памятнике конца 3 тысячелетия до н.э. «Поучение гераклеопольского царя своему сыну Мерикара», фараон (предположительно Небкаура Хети) в первых же строках сообщает будущему преемнику, что необходимо контролировать лидеров общественного мнения, и постоянно заниматься контрпропагандой, или же уничтожать враждебных пропагандистов: «Наказывай… их за слова всякие. Это начало [мятежа]… Увеличиваются мятежники… Вредный человек – это подстрекатель. Уничтожь его, убей… сотри имя его, [погуби] сторонников его. Его подчиненные любят его. Мятежник для горожан – это смута, так как он создает из подданных два отряда молодых воинов… Подавляй толпу, уничтожай пламя, которое исходит от нее».[3]

Надо сказать, что автор «Поучений» жил в очень неспокойное время – война с Фивами, восстания на местах и борьба с кочевниками закалили фараона, который четверть века держал в своих руках Египет. Сам текст «Поучений» известен по трем иератическим папирусам середины Нового царства. Но практики управления государством, напоминают местами куда позднее творение за авторством Макиавелли.

Сообщив сыну, что борьба с вражеской пропагандой является первостепенной задачей, фараон переходит к описанию значения монументальной пропаганды: «Воздвигай памятники твои. Создавай прекрасные памятники для бога, живет в этом имя того, кто это делает».

Таким образом, мы имеем зафиксированный на папирусе факт того, что лидеры далекого прошлого прекрасно понимали, что особую роль в управлении государством имеет как строительство и поддержание культовых сооружений, так и возведение памятников с ликом властителя. Монументальная пропаганда в действии. Стоит заметить, что сын выполнил наказ отца. По приказу Мерикара была построена пирамида в Саккаре по образцу Древнего царства. Возможно, эта пирамида была найдена в 1920 году, поскольку рядом с ней находились мастабы (гробницы) сановников Мерикара. Правда, ему это не помогло – в отличие от Небкаура Хети Мерикара правил лишь шесть лет и на нем XI династия прервалась. Но имя его осталось в веках. В том числе, благодаря поучениям и той самой пирамиде.

Сегодня мы знаем, что под «памятником» египтяне в древности понимали капитальные строения культового характера: заупокойные сооружения, святилища, а также иные культовые постройки. И фараон справедливо для своего времени считал, что, снискав любовь жрецов, Мерикара, тем самым, получит и почтение подданных, и уважение и страх со стороны внешних сил. Автор «Поучения» так пишет об этом: «Делай ежемесячные жертвоприношения, бери белые сандалии, посещай храм, открывай сокрытое, входи в святая святых, ешь хлеб в храме. Наполняй жертвенники, увеличивай хлеба и жертвы. Это полезно для того, кто это делает. Укрепляй твои памятники согласно твоему могуществу, так как один день дает вечность, один час украшает грядущее. Знает бог того, кто творит для него. Перенеси свои статуи в далекие страны»[4].

В «Поучениях» есть и строчки, касающиеся непосредственно пропаганды. Вот что говорит фараон: «Будь искусным в речах, и сила твоя будет [велика]. Меч – это язык, слово сильнее, чем оружие». В Библии видна параллель с «Поучениями». Как Мерикаре говорит фараон, что «вредный человек – это подстрекатель. Уничтожь его, убей… сотри имя его, [погуби] сторонников его», так и в Ветхом завете о врагах говорится, что «истребит Господь все уста льстивые, язык велеречивый тех, которые говорят: «Языком нашим пересилим, уста наши с нами»» (Псалтирь 11:4-5). То есть, значение противодействия враждебной пропаганде прекрасно осознавалась и египтянами и иудеями в древности.

 

Хаммурапи и его стела

Появление письменных источников позволяет уже не просто обходиться догадками, что же имелось в виду под теми или иными сооружениями или памятниками, какую смысловую нагрузку они несли. Мы можем с достаточной определенностью говорить о том, каковы были цели и задачи строителей и писателей. В конце концов, если мы в состоянии расшифровать древние письмена, авторы того или иного произведения зачастую сами охотно сообщают нам о том, что, зачем и почему ими было создано. Поэтому пропагандистская функция памятников древности не вызывает сомнений и не требует догадок.

Одним из наиболее известных источников древности является свод законов царя Хаммурапи. Черный столб из базальта с текстом «Законов» был найден в 1901—1902 гг. французскими археологами в Сузах, столице древнего Элама. В верхней части лицевой стороны изображен сам Хаммурапи, молящийся «судье богов», покровителю справедливости и солнечном богу Шамашу, который вручает ему законы. Вся остальная часть столба с обеих сторон заполнена клинописным текстом, состоящим из трех частей: введения, собственно законов и заключения.

Хаммурапи - царь Вавилона (1792-1750 до нашей эры), незаурядный государственный деятель и удачливый военачальник, глубоко и искренне уверовавший в свою провиденциальную миссию — объединить Междуречье. Он открыто провозгласил восстановление единой месопотамской державы «Шумера и Аккада», некогда уничтоженной кочевниками. Около 1755 война завершилась успехом. Хаммурапи объединил всю Месопотамию, где подчинил, а затем и уничтожил союзное Мари, и даже западный Элам. После этой блестящей победы появились законы — как свидетельство окончательного триумфа и намерения объединить завоеванные земли общим законодательством.

Юристов этот памятник интересует как древнейший пример кодификации права, историков — преимущественно как памятник, который раскрывает многие стороны социально-экономической жизни Древнего Междуречья. Законы представляют собой свод правил и наказаний за различные преступления, регулируют массу бытовых ситуаций. В них приведены наказания за членовредительство, осуществляется регулирование разводов или радела наследства. Это - своего рода древний уголовный, уголовно-правовой и даже семейный кодекс.

Но нас более волнует первая и последняя часть текста, где свою мотивацию объясняет сам автор: «Я — Хаммурапи, пастырь, названный Эллилем, скопивший богатство и изобилие, сделавший все для Ниппура, связи небес и земли, заботливый попечитель Экура, могучий царь, восстановивший Эриду на своем месте, очистивший ритуалы Эабзу», сходу сообщает нам древний царь Вавилона. Далее перечень достижений царя продолжается — он и «Сокрушитель четырех стран света, возвеличивший имя Вавилона, удовлетворивший сердце Мардука, своего владыки», и «Смиренный богомолец, принесший изобилие в Экишнугаль», и «Благоразумный царь, послушный Шамашу», «Могучий, укрепивший фундамент Сиппара», «Герой, помиловавший Ларсу», «Владыка, даровавший жизнь Уруку, проведший обильную воду его населению», «Дракон среди царей», «Западня для врагов», «Ярый буйвол, бодающий врагов», «Бог царей, знающий мудрость», «Владыка, достойный жезла и короны», «Усердный», «Совершенный», «Определивший пастбища и водопой для Лагаша и Гирсу», «Герой царей, не имеющий равных в бою, который даровал жизнь городу Машканшабрим», «Первейший из царей, покоривший селения по Евфрату силою Дагана», «Пастырь людей, деяния которого нравятся богине Иштар», «Усмиритель мятежа»[5] и т. д.

Стела Хаммурапи. Париж, Лувр. Фото автора.

Все это не просто самолюбование. За каждым таким названием – кроется история для нас или информация для современника. К примеру, в городе Машканшабрим прозвище царя является напоминанием о милости Хаммурапи. Победитель, благотворитель, строитель – это тоже не просто слова. Это прямая пропаганда. К числу своих благодеяний Хаммурапи относит строительство и пожертвования для храмов различных богов, а к числу достоинств — особые отношения с разными богами. И упоминание богов, и участие Хаммурапи в священной жизни Междуречья – также дает нам понять, что посредством религиозных культов царь старался укрепить свое собственное положение на вершине власти.

Ведь даже законы царь дал людям не просто так — ему их вручили боги. Они же направляли его в деяниях: «Когда Мардук направил меня, чтобы справедливо руководить людьми и дать стране счастье, тогда я вложил в уста страны истину и справедливость и ублаготворил плоть людей». Поэтому и главное достижение царя — объединение страны – также дело богоугодное: «Я искоренил междоусобицы, улучшил положение страны, поселил людей в надежных местах и избавил их от страха. Великие боги меня призвали, и поэтому я — пастырь-миротворец, скипетр которого прям. Моя благая сень распростерта над моим городом, и я держу на своем лоне людей страны Шумера и Аккада. С помощью моей богини покровительницы они стали преуспевать, я привел их к благополучию и укрыл их своей мудростью». То есть, и факт завоеваний и факт объединения страны, и факт издание единых законов преподносится как божественное поручение, которое с успехом было реализовано богобоязненным царем. В свою очередь, это помогает жителям покоренных городов и областей признать новую власть и смириться с ней.

Интересно, что в заключении Хаммурапи излагает свои достижения уже в самом общем виде, обращаясь не к современникам, а к вечности: «Я — Хаммурапи, царь справедливости, которому Шамаш даровал правду! Мои слова отменны, мои деяния не имеют равных! Только для неразумного они — пустое, но мудрому они созданы для соблюдения. Если этот человек будет относиться с почтением к моим постановлениям, которые я начертал на своей стеле, не отвергнет моих законов, не исказит моих слов, не изменит моих указов, этот человек, — пусть Шамаш сделает долгим его скипетр, как мне, пусть он руководит своими людьми в справедливости».

То есть, Хаммурапи уверен, что его законы призваны увековечить славу правителя в будущем и предостеречь соседей от посягательств на его державу в будущем.

Позже именно эта - финальная часть заветов царя - была нарушена. Текст стелы поврежден: часть лицевой стороны столба была выскоблена. Эламиты захватили столб с «Законами» во время одного из своих набегов на Месопотамию и вывезли в свою столицу, а эламский царь-победитель приказал стереть часть текста, чтобы начертать на освободившемся месте победную надпись.

Таким образом, стела в очередной раз послужила орудием моментальной пропаганды — теперь уже как доказательство превосходства тех, кто победил последователей царя Хаммурапи.

 

Бехистунская надпись

Аналогичные обращения известны и из памятников более позднего времени. Например, Бехистунская надпись — трёхъязычный клинописный текст на скале Бехистун (Бисутун), юго-западнее Экбатан между Керманшахом и Хамаданом в Иране, высеченный по приказу царя Дария I и повествующий о событиях 523—521 гг. до н. э. Над текстом помещён рельеф: бог Ахура-Мазда, протягивая левую руку к Дарию, символически вручает ему царскую власть, а поднятой правой рукой благословляет царя. Дарий изображён в натуральную величину в царской короне. Правая рука его в молитвенном жесте простёрта к Ахура-Мазде, левой он опирается на лук. Левой ногой Дарий попирает поверженного мага Гаумату, захватившего престол ещё при жизни Камбиса. За Гауматой изображены ещё восемь мятежников, поднявших восстание при восшествии Дария на трон, и непокорный вождь сакского племени тиграхауда Скунха. Руки пленников связаны за спиной, они скованы одной длинной цепью. За спиной Дария — двое его воинов, копьеносец Гобрий и лучник Аспатин.

Начинается надпись с родословной Дария: «Я - Дарий, царь великий, царь царей, царь в Персии, царь стран, сын Виштаспы, внук Аршамы, Ахеменид. Говорит Дарий-царь: "Мой отец - Виштаспа, отец ВиштаспыАршама, отец Аршамы - Ариарамна, отец Ариарамны - Чишпиш, отец Чишпиша - Ахемен. Поэтому мы называемся Ахеменидами. Искони мы пользуемся почетом, искони наш род был царственным. Восемь [человек] из моего рода были до меня царями. Я - девятый. Девять нас были последовательно царями. По воле Ахурамазды я - царь. Ахурамазда дал мне царство»[6].

Дарий развернул широкую пропагандистскую деятельность на главных языках Персидской империи, велел перевести Бехистунскую надпись и на греческий язык, а также распространить её среди греческого населения малоазийских городов. До нашего времени в Элефантине, в Египте на границе с Нубией, и в Вавилоне сохранились арамейский и аккадский варианты этой надписи. Библейские источники также подтверждают, что Ахемениды писали «в каждую область письменами её» и «к каждому народу на его языке». Об этом упоминается и в самой надписи: «Говорит Дарий-царь: "По воле Ахурамазды вот надпись, которую я сделал. Сверх того она была [исполнена] по-арийски (?) и на пергамене, и на коже... Кроме того, я сделал [написал] мою родословную. И [все это] было написано и зачитано передо мной. После этого я разослал эти надписи повсюду. Народ повсюду был доволен».

 

Военная пропаганда

Прославление царей и угрозы соперникам — не единственные механизмы пропаганды, известные Древнему миру. Древние догадывались о необходимости ведения и военной пропаганды. Широко известный древнекитайский трактат «Искусство войны» традиционно приписывается легендарному военачальнику и стратегу Сунь Цзы (VI—V века до н. э.). Однако сегодня исследователи сходятся во мнении, что он немного более поздний. Тем не менее, автор трактата, предостерегая военачальников от совершения множества ошибок, говорит и о разного рода хитростях, которые помогут избежать поражения. Некоторые из них мы сегодня могли бы вполне классифицировать как военную пропаганду.

Автор трактата непосредственно говорит о необходимости дезинформации, как способа победить: «Война – это путь обмана. Поэтому, даже если [ты] способен, показывай противнику свою неспособность. Когда должен ввести в бой свои силы, притворись бездеятельным. Когда [цель] близко, показывай, будто она далеко; когда же она действительно далеко, создавай впечатление, что она близко. Для того, чтобы заставить врага выступить против его воли, завлекай его какой-либо [ясной] выгодой. Для того, чтобы предотвратить выступление врага, покажи ему [возможный] вред этого». Интересны высказывания Сунь-Цзы о необходимости влияния на менталитет врага: «Воспользуйся [его] ошибками, чтобы избежать вреда. Затрудни выполнение его стратегии. Проникни в его мысли. Извлеки выгоду из его страха»[7].

Приводятся в трактате и практические приемы военной пропаганды. Автор так пишет о необходимости сплочения своих воинов: «Гонги и барабаны, знамена и флаги - это средство слить воедино глаза и уши людей. Когда люди объединены, мужественные не смогут наступать в одиночестве, пугливые не смогут отступать одни. Вот правило управления большими силами. Поэтому в ночных битвах сделай гонги и барабаны многочисленными, а при дневных битвах сделай многочисленными знамена и флаги, чтобы изменить глаза и уши людей».

Косвенно говорится в трактате и о необходимости деморализации чужих сил. В трактате автор предостерегает полководцев: «Не нападай на воодушевленные войска». Для целей деморализации Сунь-Цзы рекомендует использовать шпионов: их автор делит на несколько групп. Одна из них «невозвратимые шпионы», они «используются для распространения дезинформации вне государства. Снабди наших [невозвратимых] шпионов [ложными сведениями] и пусть они передадут их агентам врага». Шпионы, дезинформация, запугивание – все это элементы когнитивной, информационной войны. И все они нужны для сбережения жизней ведь, как говорил Сунь-Цзы, «Лучшая победа — это победить, не сражаясь».

Примеры военной пропаганды были известны не только в Древнем Китае, но и в других частях Древнего мира. Задолго до китайского полководческого гения подробно о том, как использовалась военная пропаганда, рассказывает фараон 18-й династии Тутмос III в своих анналах. Дошедший до нас памятник состоит из многочисленных записей о кампаниях Тутмоса III в Сиро-Палестине, с 22-го (1458 г. до н.э.) по 42-й (1438 г. до н.э.) года правления. Эти записи можно найти на внутренних стенах помещения, в котором находится «святая святых» в великом Карнакском храме Амона в Карнаке. Пространство, содержащее эти надписи, имеет размеры всего 25 метров в длину и 12 метров в ширину. И это – наиболее подробные отчеты о военных подвигах всех египетских царей из найденных на сегодня.

Примечательный пример военной пропаганды дает описание битвы у крепости Мегиддо (в Палестине), которая имела важное стратегическое значение. Перед долгой осадой был короткий и опасный бросок к крепости, позволивший выйти в тыл врага, испугать его и рассеять, заставив бросить все добро и бежать в город. Так вот, перед началом сражения, которое определило дальнейшие успешные действия фараона, египетские военачальники так мотивировали своих воинов: «Тогда там был разбит стан его величества. И дали предписание всему войску, сказав: «Готовьтесь, готовьте ваше оружие, так как утром сойдутся, чтобы сражаться с тем жалким врагом...» Расставили войсковой дозор и сказали им: «Будьте стойки-стойки, будьте бдительны-бдительны!»»[8]. Перед нами классический пример психологического воздействия на своих солдат – объяснение ничтожности и слабости противника мотивирует военных на наступательные действия. Необходимость поддерживать боевой дух собственных войск понимали уже в Древнем Египте.

Фараон Тутмос III в Анналах всегда описывается великим и сильным: «Воссиял царь утром. Когда было уведомлено все войско..., его величество отправился на золотой колеснице, украшенный своим боевым оружием» - это превознесение своего правителя противопоставляется низости и слабости противника. И что самое важное – в Анналах нам дают понять, что настенная надпись, повествующая о тех событиях – это всего лишь часть большой пропагандистской кампании по возвеличиванию фараона: «Все, что его величество совершил против этого города, против того жалкого врага и его жалкого войска, было увековечено в соответствующий день под его наименованием, под наименованием похода и под именами военачальников. Увековечено на кожаном свитке в храме Амона в этот день». Иными словами — успешный поход был тут же отражен в соответствующем «военном бюллетене», помещенном в храме. Славный военный поход должен был сразу же стать известным богам и подданным царя, а затем – сохраниться и для будущих поколений. То есть, пропагандистская функция информирования населения о происходящих военных событиях вполне осознавалась фараонами. И свои «Левитаны» у фараонов также уже были – ими являлись жрецы.

Сдача Мегиддо через полгода осады описана в самых превосходных тонах: «и вот владетели этой страны приползли на своих животах, чтобы поклониться мощи его величества, чтобы испросить дыхание для своих носов, потому что велика его сила, потому что велика власть Амона над всеми чужеземными странами.., и вот, все владетели были приведены пред мощь его величества с их данью серебром, золотом, лазуритом, бирюзой, доставляя зерно и вино, быков и мелкий скот для войска его величества, причем один отряд отправился с данью на юг. И вот, его величество назначило владетелей заново»... Исходя из приведенного описания следует, что палестинские вожди правильно осознали мощь египетского фараона и сдались ему на милость. Милость фараон оказал, сохранив им жизни и даже утвердив их снова правителями своих поселений (всего против Тутмоса III выступили 119 городов и сел Передней Азии). Для населения Египта было крайне важно осознавать, что их правителю подчинились северные «варвары», а тот – милостиво позволил им дышать.

 

Политическая пропаганда

На примере кодекса Хаммурапи и поучений Мерикара мы убедились, насколько важную роль уделяли пропаганде древние, когда им необходимо было добиться подчинения или понимания со стороны собственного или завоеванного населения. Но были и специальные тексты, касающиеся психологической работы как с массами, так и с государствами и объединениями государств.

В древней Индии был создан текст, названный Артхашастра, или «Наука политики» («Наука о государственном устройстве»). Это — великий политико-экономический трактат древней Индии, составителем которого считается Каутилья (Кауталья или Вишнагупта) — главный советник императора Чандрагупты Маурьи (321—297 года до н. э.). В числе прочего, в нем перечислены практические рецепты управления недовольством сановников или подданных — фактически средства формирования общественного мнения. Есть там и рекомендации по пропагандистской деятельности в стане врага.

Вот, например, что необходимо делать шпионам и агентам влияния, в случае, если против твоего государства складывается союз из нескольких игроков: «Они должны посеять раздор последовательно тщательно подготовленным образом, говоря, например: «вот такой-то клевещет на тебя». Такие (подстрекательства) должны производиться в отношении обеих сторон (которые желательно поссорить). Когда между членами объединения будет посеяна вражда, то (шпионы) под видом учителей должны создать повод к (многочисленным) мелким ссорам, имеющим объектом знание, искусство, игру и увеселение. Также возможно, чтобы подстрекатели путем неподобающих восхвалений в таких местах, как публичные дома и кабаки, вызвали среди главенствующих лиц объединений ссору. Они также могут разжечь ссору путем поддержки тех, кто поддается их увещеваниям»[9].

Насколько многогранно описана здесь работа по оказанию влияния на противника! С одной стороны, речь идет о выявлении в среде врага возможных сторонников и продвижение их «поддержки тех, кто поддается увещеваниям». С другой – речь идет о контрпропагандистской деятельности по дискредитации противника: «посеять раздор» говоря, например: «вот такой-то клевещет на тебя». Ну и – небывалое для Древнего мира описание инструментов Soft Power: воздействие посредством влияния на «знание, искусство, игру и увеселение» и использование для этого воздействия «учителей» - то есть, лидеров общественного мнения.

Не обходит вниманием Артхашастра и собственное население. Для подданных рекомендуется проведение особой проверки лояльности, которую осуществляют специальные шпионы, а далее - рекомендуется рассорить недовольных. Этому посвящена, в частности, глава «Наблюдение в своей стране за партиями людей преданных и людей, предательски настроенных»: «Довольных пусть царь еще больше почтит, недовольных пусть он ублажает для их удовлетворения щедротами и приветливым обращением. Или пусть он разъединяет их между собой и с пограничными правителями, вождями лесных племен, родственниками царя или подавленными им. Если они все-таки будут недовольны, пусть царь поручением им применения наказаний и взысканий п вызовет ненависть населения к ним. Вызвав к ним ненависть, пусть он с ними покончит или тайной казнью, или возмущением населения».

Недовольных трактат делит на несколько категорий, с каждой из которых предлагается работать по-своему. Для этой цели рекомендуется использовать агентов властителя из числа монахов: «Из всех этих, кто принадлежит к готовым на предательство, тех пусть царь подговаривает через шпионов, принявших вид бритых или с косой монахов, — в соответствии со степенью их преданности». То есть, с наиболее опасной группой необходимо работать через религиозные структуры. Далее недовольные делятся на «разгневанных», чью ненависть надо переправить на другой объект; «запуганных», которых следует еще более запугивать, вынуждая к эмиграции; «жадных», которых надо подкупить; «надменных», которых можно перевербовать.

Примерно та же тактика предлагается к использованию и вне страны, где через тех же шпионов надо искать недовольных и организовывать смуту. Глава «Привлечение во вражеской стране партий людей преданных и людей, склонных к предательству» дает такой совет царю: «Пусть он приобретает во вражеских странах лаской в дарами тех, кто может предать, не идущих на предательство — ссорой и силой, и пусть указывает им на ошибки вражеского царя».

Вообще, с работой против внешнего врага Артхашастра не рекомендует миндальничать. Это фактически первый случай, в котором предельно цинично описывается «медовая ловушка», когда: «подосланные агенты под видом содержателей притонов или же певцов, актеров, танцоров или жонглеров должны разжигать страсти главарей объединений при помощи женщин, отличающихся красотой и молодостью. Если кто-либо из данных лиц полюбит (такую женщину), то следует заручиться его доверием, а затем поссорить его с другим (членом объединения), выставив основанием, что (данная женщина) ходит к этому другому или похищена им насильно. Во время же ссоры подстрекатели должны (незаметно) делать свое дело (и покончить с обманутым влюбленным), а затем объявить: «этот влюбленный убит (соперником)». Здесь, конечно, напрямую о пропаганде не говорится, но этот аспект психологической войны – информационной войны – воздействия на противника посредством выведения его из морального равновесия, и использования сексуальных паттернов – является одним из основных используемых пропагандистами разных стран до сих пор.

Продолжение следует.

 

[1] Внесен в список всемирного наследия ЮНЕСКО в 2018 году под номером 1572. URL: https://whc.unesco.org/en/list/1572/

[2] Цит по: Луначарский А. В. Воспоминания и впечатления. М.: Советская Россия, 1968.

[3] Хрестоматия по истории Древнего Востока. Часть первая. М., Высшая школа, 1980. С. 31.

[4] Там же.

[5] Хрестоматия по истории Древнего Востока. Часть первая. М., Высшая школа, 1980. С. 151 – 178.

[6] Хрестоматия по истории Древнего Востока. Часть вторая. М., Высшая школа, 1980. С. 24 – 32.

[7] Сунь-цзы. Трактат о военном искусстве. Перевод и исследование. М.-Л. 1950.

[8] Хрестоматия по истории Древнего Востока. Часть первая. М., Высшая школа, 1980. С. 68.

[9] Артхашастра. Издательство Академии Наук СССР, 1959.


тэги
читайте также