16 декабря, понедельник

Война в Сирии: партнеры и ревнители

10 мая 2015 / 20:05
военный обозреватель ТАСС

Турецкий МИД выразил решительный протест российскому послу в Анкаре. Этот дипломатический демарш был вызван нарушением воздушной границы Турции российским военным самолетом, которое якобы произошло 3 октября в 12:08 московского времени.

«Принадлежащий Российской Федерации самолет нарушил наше воздушное пространство в районе Яйладыгы провинции Хатай. После того, как два F-16 ВВС Турции, проводившие патрулирование в регионе, пошли на перехват, российский самолет покинул турецкое воздушное пространство в сирийском направлении», — утверждается в заявлении внешнеполитического ведомства.

Более того, как сообщил корреспондент ТАСС, министр иностранных дел страны Феридун Синирлиоглу позвонил министру иностранных дел России Сергею Лаврову, чтобы сообщить об этой позиции и высказать реакцию Турции на данный воздушный инцидент. «Министр также провел телефонные разговоры со своими коллегами из США, Великобритании, Франции, Италии, чтобы обсудить ситуацию. Он также обсудит этот вопрос с генеральным секретарем НАТО и своим немецким коллегой», — по словам нашего коллеги, заявило внешнеполитическое ведомство Анкары.

Реакция российского МИДа и российского Минобороны, в тот момент, когда пишутся эти строки, пока на турецкое заявление не известна. Не известна и реакция на демарш турецкой стороны Вашингтона, Лондона, Парижа и Рима. Надо полагать, она будет, если будет, весьма сдержанной. Как глубоко наш самолет проник в воздушное пространство Турции и как долго он там находился, не известно. Что это был за самолет — боевой или военно-транспортный, с подвешенными под крыльями боеприпасами или только с топливными баками, — тоже. И вообще — «был ли мальчик»?

Нервное, если не сказать жестче, отношение официальных лиц турецкой республики к присутствию в Сирии российских боевых самолетов, к участию наших летчиков в воздушных ударах по позициям террористов Исламского государства и к поддержке Москвой законноизбранного сирийского президента Башара Асада давно известно. На днях президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган в очередной раз назвал военную операцию России в Сирии «серьезной ошибкой» и заявил, что эти действия могут привести к изоляции Москвы. По его словам, Анкара обеспокоена действиями нашей страны и считает их неприемлемыми.

Понятно, почему. Турция была одной из первых в числе ближневосточных государств, которые настаивали на смене законного правительства Сирии. Она всячески поддерживала оппозицию сирийскому режиму, которая даже расположила свой штаб на ее территории, всячески помогала противникам Асада не только морально, в том числе и дипломатической и информационной поддержкой, но и материально. Вместе с Саудовской Аравией, Кувейтом и Катаром снабжала оружием и финансами. Даже провела, то ли по своей инициативе, то ли по подсказке союзников, как говорится, разведку боем — в самом начале операции против правительственных войск Сирии послала свой боевой самолет в воздушное пространство соседней страны. А когда сирийские ПВО сбили его, заявила решительный протест Дамаску за то, что его войска обстреляли турецкий самолет в нейтральном небе. Но потом, когда факт нарушения границы скрыть было уже невозможно (самолет обнаружили на сирийской территории), признала, что пилот случайно заблудился, хотя и продолжала настаивать, что сбивать его не было необходимости.

Столь длинная преамбула понадобилась автору для того, чтобы высказать очевидную и понятную многим, кто следит за ситуацией на Ближнем Востоке и, конкретно, в Сирии, мысль — участие российских воздушно-космических сил в поддержке сирийских войск в их борьбе с террористическим Исламским государством вызывает недовольство не только у Анкары. Категорически против выступают некоторые государства Персидского залива — Саудовская Аравия и Катар. В первых рядах противников Великобритания, которая на словах тоже готова бороться с боевиками ИГ и даже в коалиции с Россией. Но она готова поддержать операцию Москвы против террористов только при условии, что российские летчики будут выполнять те задачи, которые им поставят Вашингтон и Лондон. Американские политики и генералы также не в восторге от участия России в борьбе с Исламским государством. Тем более, на стороне Асада. Но после нью-йоркских договоренностей Владимира Путина и Барака Обамы и консультаций между министрами обороны двух стран о разграничении районов воздушных ударов и недопущении инцидентов между двумя армиями, вынуждены слегка приуменьшить свою критическую и воинственную риторику в адрес Москвы. Правда, исключая Маккейна и тех неоконсерваторов, для кого русофобия — часть их неотъемлемого политического имиджа.

Чего тут больше — ревности и зависти к успехам российской политики на Ближнем Востоке, демонстрирующей неготовность и неспособность США и их союзников предложить местному населению пути выхода из хаоса, который возник после разрушения государственной власти в Ираке в результате нападения на него США и их союзников. Из-за межрелигиозных и террористических войн, возникших по той же причине, или из стремления не допустить возвращения России в Средиземноморский регион, который в последние годы Вашингтон превратил в свое внутреннее озеро. Вопросы, как говорится, на засыпку. Западная пресса с беспокойством пишет о том, что российская операция в Сирии нацелена не только на поддержку сирийского правительства, но и на укрепление позиций Москвы в Средиземном море. Об этом, кстати, рассуждает автор «Foreign Policy».

В издании отмечается, что в последние годы Россия восстановила Средиземноморскую эскадру и обновляет военную базу в сирийском Тартусе, у границ южного фланга НАТО. На прошлой неделе стало известно, что в Восточном Средиземноморье готовятся масштабные военные учения с участием ракетного крейсера «Москва». «Есть ощущение, что США уходят из региона, и Россия, учитывая ее текущую позицию в Сирии, может расширять там свое военное присутствие», — приводит издание мнение аналитика Центра стратегических и международных исследований в Вашингтоне Джеффа Манкофа. Эта цель, по мнению «Foreign Policy», в определенной степени стала следствием присоединения Крыма и базы в Севастополе. Военно-морское господство России в Черном море является средством, а не конечной целью, считает автор журнала. Поскольку Черное море имеет лишь один выход — через Босфор и Дарданеллы, для России важнейшее значение имеет присутствие в восточной части Средиземного моря.

Конечно, разговор о том, что Россия стремится вытеснить США из региона — слишком большое преувеличение, даже, скажем так, ненаучная фантастика. Для этого у Москвы нет ни материальных, ни финансовых ресурсов и сравнивать боевой потенциал 6-го американского флота и Средиземноморской эскадры России — тоже не серьезно. Тем не менее, слова о том, что Москва стремится закрепиться в этом регионе, что у нее есть здесь свои национальные интересы, в том числе и в области собственной безопасности, не лишены оснований. И для того, чтобы достичь этой цели, Россия устанавливает близкие отношения не только с Сирией, но и с другими странами региона — Грецией, Кипром, Египтом, Алжиром. Но не для того, чтобы отдалить их от Запада, как пишет «Foreign Policy», а для того, чтобы обеспечить необходимые базы для своих российских кораблей и самолетов. И тут поддержка законноизбранного президента Башара Асада, демонстрация своих боевых возможностей в борьбе с террористами Исламского государства и примкнувшими к нему другими радикальными мусульманскими организациями — не самый слабый аргумент.

В проведении этой политики в России никто и не рассчитывал на аплодисменты и хотя бы моральную поддержку со стороны западных стран, в том числе и противников Башара Асада. Ей достаточно того, что она выполняет свой партнерский долг по отношению к законному правительству и народу Сирии. И не на словах, а на деле борется с заразой международного терроризма в лице Исламского государства и других аналогичных организаций, уничтожая их в их собственном доме. Укрепляя заодно и собственную безопасность, не допуская возвращения террористов из числа граждан России, сражающихся в рядах ИГ, к себе домой.

По сообщению Управления пресс-службы и информации отечественного Минобороны, за последние дни российские штурмовики Су-24, Су-25 и Су-34 совершили более 60 вылетов и нанесли ракетно-бомбовые удары по 50 объектам инфраструктуры террористов — по пунктам управления, системам связи, базам с оружием и боеприпасов, заводам по производству взрывчатых веществ, лагерям подготовки боевиков, подземным штабным бункерам. В частности, как сообщают в Москве, нанесен удар по центру подготовки боевиков группировки Исламское государство в районе города Эт-Табка провинции Ракка. Удалось подорвать материально-техническую базу террористов и существенно снизить их боевой потенциал, ограничить поступление к ним материальных и людских резервов. Кроме того, в рядах боевиков начались паника и дезертирство.

По сообщениям информационных агентств, «не менее трех тысяч боевиков из ИГ, „Нусры“ и „Джейш аль-Ярмук“ бежали в Иорданию. Они боятся активизации армии по всем фронтам и боятся авиаударов российских самолетов», — утверждают коллеги. В том числе и из арабских изданий. Еще на прошлой неделе ливанский телеканал «Аль-Маядин» сообщал, что боевики ИГ якобы вывозят свои семьи из Сирии на территорию Ирака, опасаясь бомбардировок российских ВВС. По словам других источников, после ударов российской авиации активизировался ее партнер — сирийская армия. Она нанесла удары по боевикам в пригороде Дамаска, в провинциях Дейр-эз-Зор и Хомс, в том числе в районе города Пальмира. Задача была отбросить силы противника от поселений Расафа, Ришдия, Ум-аль-Синаа. В ходе боя ликвидировано около 160 боевиков. Сообщается, что террористы подорвали три начиненных взрывчаткой БМП, есть данные о раненых среди сирийских военнослужащих.

В Хомсе сирийская авиация и артиллерия также нанесли удары по группировкам «Джебхат ан-Нусра», «Катаиб аль-Фарук» и «Ахрар аш-Шам», закрепившимся в поселении Файлак. По данным военных источников, между террористами сирийского происхождения и иностранцами начались стычки из-за руководства военными действиями. Сирийцы требуют от наемников покинуть поселения Хуле, Растан и Тальбиси из опасений новых авиаударов ВКС России и масштабного наступления армии Асада.

Правда, пока все эти действия радикального изменения на сирийском фронте борьбы с террористами не принесли. И когда принесут, сказать довольно трудно. Необходимо, чтобы в войну с Исламским государством и его приспешниками действительно вступила коалиция заинтересованных в этом государств и военных формирований. В первую очередь, кроме России и Сирии, еще и Ирана и Ирака, курдские пешмерга и «Хезболла». Чтобы им не мешали такие ревнители безопасности региона, как Турция, оставалась хотя бы нейтральной Иордания и Ливия, США, если они реально заинтересованы в ликвидации ИГ, повлияли на Саудовскую Аравию и Катар, притормозили их поддержку террористов. В противном случае, борьба с боевиками Исламского государства продолжится бесконечно долго. И может перекинуться и на территорию Европы и Северной Америки. Перспективы такие уже проникают туда вместе с беженцами. Об этом стоит задуматься в Брюсселе и в Вашингтоне.

Но не будем о грустном.

Мнение автора не всегда совпадает с официальной позицией агентства


тэги
читайте также