21 октября, среда

Оцифрованный человек

21 июня 2016 / 12:26
писатель, публицист

Новые социальные технологии как путь от сети иерархий к иерархии сетей.

Мир становится сложнее. Экономический кризис 2008 года, так структурно и не преодоленный, перешел в фазу международных торговых противостояний. Возобновилась война санкций, демпингового противоборства на сырьевых рынках. Борьба за упрощение логистики сырья и трудовые ресурсы после череды рукотворных вмешательств во внутренние дела стран передней Азии и Магриба продолжает обескровливать регион. Были обрушены сразу несколько секулярных диктаторских режимов, создан источник напряженности и токсичной миграции в развитые регионы мира. Блоковые торговые соглашения, навязываемые США, ставят под вопрос эффективность прежде действовавших институтов мирового экономического развития — ВТО и др. Налицо проявление блоковой психологии межгосударственных отношений не столь явно выраженной как во времена холодной войны, но торпедирующей в первую очередь экономические, деловые и культурные интересы глобализировано настроенных национальных элит.

Тем не менее, вопреки замедлению политических процессов глобализации технологическая революция не стоит на месте, а успешно развивается. Процесс «Индустрия 4.0», получивший свое название от инициативы 2011 года, возглавляемой бизнесменами, политиками и учеными, которые определили ее как средство повышения конкурентоспособности обрабатывающей промышленности Германии через усиленную интеграцию «киберфизических систем», или CPS, в заводские процессы — стал из академического термина массовым — в госуправлении и бизнесе. По сути это обозначает признание необратимости проникновения информационных технологий во все аспекты производственного цикла.

Существует несколько моделей, описывающих связь научно-технического прогресса, изменения структуры экономики и политической (исторической) реальности. Автор в нескольких публикациях предлагают модель, названную Законом 4 слоев, выделяющий несколько смысловых уровней вкладываемых в понятие развития: философско-мировоззренческий, научно-технический, экономический и политический уровни.

Мировоззренческий базис меняется крайне медленно с появлением новых нравственно этических рамок, связанных с отношением индивидуума, социума и вселенной — он представляет собой фундаментальный уровень оценки стадии развития. На нем в переломные периоды истории происходят научные и технологические революции — свои для каждого мировоззренческого формата (так открытие сферичности земли происходило несколько раз за два тысячелетия). Каждая мощная научно-техническая революция стимулировала новое перераспределение производственных сил, картину занятости, давая старт или второе дыхание экономическим формациям, выделенным еще классиками марксизма. При этом с еще большей частотой менялась политическая надстройка, смещавшая как ключевой регион и группы народов, где происходил прогресс (движение ядра мир-системы) так и качественно обновлявшая их социальные отношения. Был пройден долгий путь от военных и религиозных деспотий античности через феодализм, реформацию, буржуазные и социалистические революции к текущей доминирующей форме либеральных представительных демократий с небольшими экзотическими флуктуациями конституционных монархий и пока не сформулированной для внешнего пользования моделью китайского социалистического корпоративизма. Предлагаемая социальная модель исходит так же из верности социального закона индивидуального целеполагания и мотивации — «пирамиды Маслоу» для больших масс населения Земли — так как на основании этих законов формируется профиль занятости (национальный или мировой) в каждую индустриальную эпоху. Текущая последняя технологическая революция (или 5 технологическая волна по Карлотте Перес), компьютеризация и проникновение программных продуктов во все сферы товарно-производственных отношений, таит в себе ответ на этот вопрос — порождая два мощнейших тренда: высочайшую производительность труда, высвобождающую огромное свободное время работников и открывающую уникальные возможности его утилизации в виртуальном пространстве развлечений и социальных сетей. Производство товаров постоянно удешевляется, а спектр различий в основном уходит в область дизайна, при этом отнимая у потенциальных потребителей то самое избыточное время на формализацию процесса выбора. Этот процесс — «технологического замещения» — наносит чудовищный урон рынку труда и потенциально рынку потребления товаров — незанятым будет просто не на что покупать море товаров производимых роботизированной экономикой будущего. «Технологическое замещение» уже давно оценивается социологами и экономистами при этом ставится в первые ряды угроз текущей капиталистической модели хозяйствования.

В условиях столь быстрого развития технологий крайне актуальным являются задачи визионерской оценки тех приоритетов, на которых сосредотачиваются ресурсы государственных фондов опережающего экономического развития. В России после нескольких попыток выстроить структуру государственной поддержки инновационного предпринимательства наиболее активная работа в этом направлении ведется при реализации задач Национальной технологической инициативы — программы поддержки отечественных бизнесов, которые могут развиваться и занять доли на новых, еще формирующихся рынках.

Решая задачи сценарных прогнозов и говоря о выявлении прорывных/закрывающих технологий жизненно необходимо проводить оценку социальных и политических последствий их развития в мир-системе и крупнейших национальных государствах. Эта задача кажется, практически не решаемой, потому что несет в себе множество неизвестных в особенностях национального хозяйствования, политических традиций и наборе социальных обязательств отдельных стран. Тем не менее, можно показать, что прорывные технологии могут повлечь за собой появление новых методов управления, самоорганизации общества и отдельных его групп в некотором роде универсальных для различных стран. Эти методы можно назвать новыми социальными технологиями (далее — НСТ) и они являются реакцией самого общества и наиболее активных его участников на структурную перестройку мировой экономики, в свою очередь вызванную развитием 5 технологической волны — широким проникновением продуктов ИКТ во все сферы жизни.

Пытаться сразу составить сколько-нибудь полный список НСТ не реально потому, что они появляются или обсуждаются на академическом уровне перманентно. Однако можно вычленить уже хорошо проанализированный список прорывных/закрывающих метатехнологий (групп технологий) и понять к развитию каких социальных практик они могут привести. Видение этих направлений представляется более-менее консенсусным и приводится на основании публичных материалов институтов развития и ведущих отечественных экономических школ.

  • Роботизация несет в себе целый спектр рыночных направлений: промышленная робототехника, рынок беспилотных транспортных средств, рынок сервисной робототехники, рынок медицинских и социальных роботов, рынок роботизации вооруженных сил и силовых ведомств, рынок сельскохозяйственных роботов, рынок высокотехнологичных игрушек, рынок подводных роботов, роботов для космических исследований и другое.
  • Новые материалы: применение новых конструкционных и композитных материалов, созданных с использованием нанотехнологий и цифрового проектирования под интересы заказчика.
  • Альтернативная энергетика: солнечная и иная возобновляемая энергетика, новые ядерные и термоядерные источники.
  • Информационные системы больших данных — технологии интернета вещей (в том числе промышленного) и тотальное чипирование продуктов. Проектирование за гранью инженерной мысли.
  • Нейротехнологии и системы — технологии работы с сознанием и неинвазивные методы передачи данных напрямую связанные с мозговой активностью и высшей психической деятельностью человека.
  • Биотехнологии и техническое бессмертие — использование генетических методов диагностики, профилактики и лечения. Появление множества средств профилактической медицины и новых методов восстановления тканей, позволяющих серьезно отодвинуть сроки среднего порога смертности в исключительных случаях достигая значительного продления жизни.

Развитие и массовое внедрение этих технологий приведут к возникновению НСТ, часть и которых сейчас готовы к реализации, часть можно спрогнозировать на основании академических социологических исследований, а часть можно разглядеть из сегодняшнего дня с определенной смелостью. При этом можно смело утверждать, что по законам связности мир-системы эти новые социальные практики найдут свое первое применение в наиболее динамичном ядре — странах ОЭСР во главе с США, затем на полупереферии богатых национальных стран — БРИКС и только потом достигнут развивающихся и несостоятельных государств.

К НСТ могут быть отнесены:

  • Базовый основной доход (далее — БОД). Социальная концепция, предполагающая регулярную выплату определённой суммы денег каждому члену общества со стороны государства или другого института. Выплаты производятся всем без исключения, вне зависимости от уровня дохода и без необходимости выполнения работы. Есть положительные и отрицательные последствия БОД — усилится самостоятельная селекция граждан, на людей которым больше БОД ничего и не нужно (маргинальное меньшинство) и активное большинство граждан — впрочем, от страны к стране процентные расклады могут меняться. Практика расходования средств БОД может быть тщательно отслежена с помощью технологий «электронные деньги» и «большие данные» и послужить подспорьем к введению разных правовых режимов для пассивных и активных получателей БОД.
  • Экономика аренды. Стоимость владения имуществом в традиционном смысле становится непосильной ношей для физических лиц. В итоге формирование запроса на временное пользование растет, а на долгосрочное падает. По мере роста накопления информации о финансовых возможностях и привычках тратить средства отдельных граждан будет нарастать доверие к временному пользованию традиционными объектами обладания: недвижимостью, машинами, дорогостоящей техникой. А в традиционных индустриях контракты на приобретение средств производства будут сменяться контрактами на получение набора услуг с помощью этих средств или обновлением программных продуктов, без которых эти средства не имеют смысла (так NASA заключает контракты с компаниями новой космической волны Space 2.0 не на покупку космических аппаратов, а на сервис по доставке астронавтов на МКС или контракты американского производителя сельскохозяйственной техники John Deere, заключаются в том, что потребитель не приобретает технику (тракторы, комбайны и др.), а покупать лицензию на средство для обработки земли, собственность на которое остается за John Deere.
  • Цифровые деньги. Переведение подавляющего большинства платежей в форму электронных счетов и проводок позволит отслеживать и бороться с любыми противозаконными платежами и низовой коррупцией (где доминируют передачи наличных денег) а также послужить основным источником для формирования цифровых банков данных о деятельности граждан их платёжной практике и предпочтениях. При этом очевиден риск роста организованной киберпреступности и новый расцвет «хакерской культуры».
  • Полный цифровой банк данных активных граждан с универсальной кредитной историей. Цифровой банк данных по историям всех платежей, знаний и навыков, полученных отдельными гражданами, позволит структурировать группы лиц для получения каких-либо специальных правовых режимов — льготного кредитования, выдвижения на значимые административные позиции в государственном и частном секторе. Меры по стимуляции активности юридических и физических лиц по разработке продуктов и сервисов с добавочной стоимостью могут стать максимально индивидуализированными.
  • Структурирование условий кредитования сложно организованных групп граждан. Кредитование любых услуг из перспектив личности («Фьючерс личного роста») станет возможным после запуска и отработки национального Цифрового банка данных активных граждан. Участие в программах сбора данных абсолютно добровольное, но те, кто не захотят в нем участвовать будут лишены всех возможностей и привилегий, которые выдаются с использованием материалов БД. Нарастает запрос на создание инструментов финансирования профессиональной реализации специалистов, которые бы обладали чертами акционерного финансирования — привязка суммы к будущему, а не текущему заработку, отсутствие необходимости погашения основной суммы, дивиденды вместо процентов. Таким образом, получая средства на приобретение каких-либо навыков или прослушивание академического курса, клиент дает обязательства возврата части (измеримо малой) своего будущего дохода в какие-либо длительные сроки или в течение всей жизни. Этот же метод может применяться к кредитованию медицинских услуг особенно у средних слоев граждан, не пользующихся исключительно БОД, но и не покрывающим все свои потенциальные затраты из личных оперативных средств — своеобразная черта экономики аренды в вопросах здравоохранения.
  • Новые пролетарии. По мере нарастания потока цифровых данных от активных участников общества будет расти число их привилегий и прав и изменение собственного информационного потока, достигающего каждого отдельного гражданина. В итоге пассивные граждане могут оказаться в ловушке аберрации сознания (или как минимум не знания) о многих возможностях, им открывающихся. Так же значительно число граждан, занятых в оказании каких-либо услуг друг другу на основании личностных талантов или способностей могут оказаться на вновь возникающем рынке уникальных сервисов, когда каждый аккаунт в глобальной соцсети по сути является прилавком. Это приведет к тому, что значительная часть населения может добровольно отказаться или быть изолированной от полноценной медицины или сверхиндивидуализированного образования.
  • Расширение прав роботов/дронов — прямая делегация насильственных действий машинам в правоохранительных системах. Роботы, как сервисы «тонких услуг». Выведение огромной массы людей из пассивной задачи поддержания безопасности: локальной, национальной и международной, смещение работы по поддержанию безопасности в область аналитической и управленческой — от прямого применения насилия, откроет новые, в том числе правовые горизонты к применению самых разных роботизированных средств (только в России по данным МВД сейчас действуют 42 тысячи «общественных формирований правоохранительной направленности», которые объединяют 402 тысячи человек, а общая численность задействованных в системе безопасности превышает 3 млн человек). Функции безопасности коммерческих объектов, поддержания общественного порядка, военных действий и специальных операций будут все боле передаваться сложным роботизированным системам. При этом в правовое поле будут положены новые этические стандарты отношения роботов и людей, регламентирующих возможность применения разнообразных инструментов насилия и слежки в строго прописанных рамках. После этих изменений на повестку дня встанут вопросы законодательного регулирования наиболее этически спорных моментов в отношениях «люди — сервисные роботы», в том числе сексуальных отношений, что рискует навсегда перевернуть глубинные устои общественной морали.
  • Тотальный добровольный контроль перемещения людей и машин, чипизация. Введение технологии БОД, цифровых денег и цифрового банка данных может быть прямо привязано к добровольной чипизации населения вначале через документы/браслеты/метки, а затем биоипланты, подпитывающиеся за счет вырабатываемой энергии человеческого тела. Это позволит создать банк данных перемещения граждан, открытый к корректировке самими гражданином и являющимся его личной коммерческой тайной. Как и его записи в банке данных платежей. Эти данные могут добровольно передаваться гражданином специальным службам или коммерчески компаниям. Чипирование также будет увязано с банком данных медицинских показаний и стать обязательным для всех кто рассчитывает на применение новых технологий профилактики и терапии.
  • Меритократическое электоральное законодательство и резкое снижение значимости явки является прямым следствием появления цифрового банка активных граждан. Выборы становятся, по сути, электронными средствами прямой демократии среди активных граждан, а люди, не участвующие в активной экономической деятельности, не стараются принимать в них участие. Необходимость явки, пропорционального числа избирателей снижается при этом скорее всего сохранится принцип «1 человек — 1 голос», чтобы избежать монополизации процесса богатейшими гражданами. Выборы становятся меритократической площадкой, ориентированной на выбор представителей общества, ориентированных на принятие правил для наиболее активно развитых экономических субъектов. При этом наиболее ярко должны обнаружить себя кросскорпоративные связи по уровню доходов и занимаемой позиции, переход общества от «сети иерархий — к иерархии сетей».
  • Изменение традиционной структуры семьи, возникновение сложных гендерных сообществ. Следствие роботизации многих бытовых задач и глубокого проникновения интернета вещей и нейротехнологий могут поломать традиционные варианты семейного ведения дел, будь то гетеросексуальные или гомосексуальные пары. Могут возникать сложные дружеские сообщества «микрокомунны» на основании глубокой симпатии членов, друг к другу заключающих полиаморные союзы и воспитывающие общих детей. Также возможен отказ от живородящей функции женщин, когда зачатый ребенок будет выращиваться априори в искусственном инкубаторе — с соответствующим правовым обеспечением и закреплением этой практики.
  • Разные нормативно-правовые поля для разных групп граждан. Касты/Сети/Сообщества. Дальнейшее долгосрочное развитие и закрепление неравенства доступа к образованию и медицине может привести к биологическому закреплению неравенства. Данная ситуация является абсолютно новой для экономики, политики и культуры современного общества (по крайней мере, западного типа), основанного на концепции фундаментального равенства прав людей. Результатом может стать начало труднопрогнозируемых масштабных изменений в культуре и социальном устройстве.
  • Изменение законов о наследовании и конец традиционного капитализма. Может быть правовым образом закреплен отказ от традиционного права на наследование — так как на веру будет принята гипотеза, что капиталы больше 100/200 млн. евро травмируют наследника больше, нежели дают прав. Если человек по-настоящему талантлив, то с таким гандикапом он сможет достойно самореализоваться, если нет — то никакие миллиарды его не спасут. Текущими состояниями после смерти владельцев могут управлять фонды коллективной ответственности с регулярно обновляемым кадрами управления — что послужит финалом «революции менеджеров», в ходе которой крупные капиталисты исчезают подобно доисторическим динозаврам, столкнувшимся с более совершенными формами жизни. Попутно меняется отношение к концентрации капитала — как средствам операционного достижения целей, а не долгосрочного накопления, потому что все долгосрочные цели покрываются не личными, а государственными или корпоративными фондами. При достижении по-настоящему серьезного продления жизни, возникает так же прессинг по отношению к наследникам и наследованию как таковому со стороны долгоживущих крупных капиталистов и тут так же опрос потребует выставления новых не переменявшихся прежде правовых рамок.

Для определения скорости предсказанных изменений, очень важно понять: какие практики уже сейчас используются и ожидаются к внедрению в США и союзнических с ними странах западной Европы?

Так Швеция проводит серию практических экспериментов с целью стать первой страной, полностью избавившейся от оборота наличных средств. В целом в ЕС проводится последовательная политика по уменьшению оборота наличности, но чем крупнее экономика, тем более осторожны регулирующие органы, прислушиваясь к мнению потребителей: если в Швеции и Дании потребители активно переходят на электронные расчеты, то в Германии по-прежнему предпочитают платить наличными: по данным Бундесбанка, в 2014 году 79% трансакций осуществлялось кэшем, в том числе в розничной торговле — 53%. Руководители торговых объединений Германии считают, что только клиенты должны определять будущее наличных платежей. В части продвижения Базового основного дохода (БОД) также эксперименты в небольших группах отдельных городов проводятся более-менее успешно, но резкие шаги — как то референдум в Швейцарии, по сути сочетавшийся с проектом «монетизации льгот» провалился. При этом отмечалась интересная динамика: «за» массово голосовали жители ряда кварталов Женевы и Цюриха, то есть крупных городов — т.е. наиболее урбанизированная и «глобалистки» настроенная часть общества этой в целом консервативной страны. Практика разных образовательных стандартов для выходцев из Латинской Америки, стран Карибского бассейна и коренных американцев является реальностью уже сейчас: выбираемые студентами специальности сервисных услуг бессознательно закрепляют их в непреодолимой ловушке бедности — что по различным регионам и социальным группам является предметом отдельных социальных исследований — но сомневаться в централизованной политике задерживающей межклассовое (в мировом масштабе) и межрасовое (это как национальная специфика) перемешивание в США через образовательные фильтры не приходится.

Говоря языком обобщений, в мир-системе и России, как её полупереферии, в основной существующей модели госуправления либерально-представительской демократии действует множество «партий» в рамках закрепленных ими общественных страт с лозунгами и целеполаганием вчерашнего дня, их наименования и платформы отражают расклад сил индустриального мира начала ХХ века. Сейчас при ставшей необратимой перестройке глобальной экономики мы увидим глобальную перестройку общества и методов управления им — новых социальных технологий. Если раньше на национальном уровне общество можно было представить как набор пирамидок иерархий промышленных корпораций или специальных профессиональных сообществ (военные, спецслужбы, высшая бюрократия и партийные структуры), где низовые, средние и высшие элементы разных пирамид слабо представляли интересы друг друга и зачастую имели прямые противоречия, то теперь в силу большей информационной связности, будет расти открытость между общественными слоями: людьми, имеющими только возможности БОД, малый, средний или крупный доход. Люди средних административных позиций и доходов будут чувствовать сродство, единство интересов вне зависимости от их профессиональной деятельности большее, чем люди внутри одной корпорации со своими выше и нижестоящими коллегами. Таким образом осуществиться переход общества от сети иерархий — к иерархии сетей, что будет предшествовать новому непредсказуемому пока общественному договору второй половины XXI века. При этом основная сценарная развилка будет проходить между ускоренной глобализацией с учетом гармоничных интересов обновлённых технократических элит самых богатых, развитых, вооруженных стран мира и возникновением нескольких политических региональных центров, что ведет к опасному росту вероятности глобального военного конфликта.

Для России с ее гипертрофированным государственным сектором и занятости в экономике эти проблемы могут казаться отложенными рисками из антиутопии. Тем не менее, уже сейчас стоит понять, какие НСП могут быть восприняты для реализации наших национальных интересов? Какие из них будут нести позитивный вклад в развитие человеческого капитала нации, а какие — увеличивать наши риски? Российское общество в последние годы демонстрирует с одной стороны рост консервативных настроений, во многом тормозящих внедрение продуктов новых технологий и, как следствие, возникновение новых НСП. Но с другой стороны мы наблюдаем истощение потенциала текущей экономической модели, ориентированной на экспорт сырья, человеческих ресурсов и импорт высокотехнологической продукции и сервисов. Именно это заставляет все большее число граждан, в том числе decision makers от государства и бизнеса задумываться о неизбежном повороте к развитию в тренде новой технологической волны. Вместе с развитием этих бизнесов неизбежно должно меняться нормативно-правовое поле, культурное и политические составляющие в жизни российского общества — и времени откладывать оценку этих изменений уже нет, надо действовать.


тэги
читайте также