23 февраля, суббота

К столетию Лиги Наций

20 января 2019 / 21:45
Заместитель председателя Общественной палаты города Москвы

Ровно сто лет том назад в такие же январские дни (18 - 21 января) проходила Парижская мирная конференция, созванная державами-победительницами для выработки и подписания мирных договоров с государствами, побежденными в Первой мировой войне.

В конференции участвовали 27 государств (страны-победительницы, среди которых были и великие державы, и такие как Гондурас, Панама, Куба). Конференция рассматривала проекты мирных договоров с побежденными Германией, Болгарией, Венгрией (образовавшейся после распада Австро-Венгрии) и Турцией. Кроме того, в результате распада Австро-Венгерской и Российской империй появились новые государства – Финляндия, Латвия, Литва, Эстония, Польша, Украина (как раз объединились Украинская и Западно-украинская республики), Грузия, Армения Азербайджан, Австрия, Венгрия, Чехия и Королевство сербов, хорватов и словенцев (потом «Югославия»). Необходимо было твердо установить их границы и не допустить войны между ними.

Сразу можно отметить, что из последнего мало что удалось: Польша уже вела захват литовских и украинских земель, Чехословакия занимала польские земли, а Украина, Армения, Грузия и Азербайджан вскоре вошли в состав СССР. Практически у всех новых государств или их правопреемников сохранялись территориальные споры и взаимные претензии.

На подготовительном этапе главные решения принимали великие державы-победительницы - США, Франция, Великобритания и примкнувшая к ним Италия (скорее, как некий «довесок» Франции), то есть президент США (САСШ) Вильсон, и премьер-министры Великобритании - Ллойд-Джордж, Франции - Клемансо, Италии - Орландо. Дальше подключились оставшиеся участники, включая Японию, не торопившуюся вначале со своими далекоидущими планами формально войти в «клуб великих держав». Германия и её союзники были допущены на конференцию только после того, как остальными участниками были одобрены кабальные для Германии и ее союзников проекты мирных договоров. Под аккомпанемент прекраснодушных разговоров о том, что «эта страшная война должна стать последней в истории человечества» в будущий европейский мир закладывались мины замедленного действия.

На конференции между тремя основными великими державами наметились и серьезные разногласия. США и Великобритания опасались доминирования на континенте сильнейшей на тот момент европейской военной державы – Франции, и потому не хотели значительного ослабления Германии. Франция же хотела на будущее максимально ослабить Германию, установив новые границы с ней по Рейну и наложив на нее максимальную контрибуцию. Именно позиция Франции, стремившейся унизить и привести в ничтожество побежденного, впоследствии сыграла большую роль в приходе к власти в Германии нацистов, развязавших через 20 лет новую мировую войну.

Русских же, и белых, и красных, на Парижскую конференцию не пригласили. Позиция держав-победительниц заключалась в том, что хотя Россия и сыграла огромную роль в борьбе с союзом центральных держав в 1914 - начале 1917 годов, но, когда 3 марта 1918 года большевики заключили сепаратный Брестский мир, Россия якобы стала «предательницей интересов союзников». И вот в Париже на конференции присутствуют страны-победители (даже Гондурас и Сиам), Россия же, как было заявлено,- «страна, побежденная в войне», как и Германия. Так самими победителями была заложена основа для временного сближения Германии и СССР в 20-х годах.

Очень важным результатом Парижской конференции стало одобрение устава Лиги Наций (предшественницы Организации Объединенных Наций), прекратившей деятельность с началом Второй мировой войны и юридически переставшей существовать после ее окончания. Первая мировая война была тяжелой, выматывающей, бессмысленной для многих, и не случайно повсюду шли разговоры, что эта война должна стать последней в истории человечества. Потому-то и было принято решение создать всеобщую международную организацию - Лигу Наций, которая встала бы на защиту мира во всём мире.

Лига Наций была во многом детищем Вудро Вильсона, последнего идеалиста и первого глобалиста во главе Соединенных Штатов Америки. Неудачливого идеалиста и неудачливого глобалиста! Вскоре после Парижской конференции была учреждена Лига Наций прямо при заключении 28 июня 1919 года Версальского мирного договора с Германией, юридически завершавшего Первую мировую войну. Договор вступил в силу 10 января 1920 года после ратификации его Германией и четырьмя главными союзными державами - Великобританией, Францией, Италией и, уже на этом этапе вместе с ними, Японией. Однако при этом Конгресс США, президент которых был главным двигателем создания Лиги Наций, отказался его ратифицировать именно из-за статей, касающихся Лиги Наций, и в 1921 году США заключили с Германией отдельный договор, не содержавший статей о Лиге Наций. Это стало тяжелом личным поражением для Вудро Вильсона, который мечтал и о вечном мире, и о мировом глобальном влиянии Соединенных Штатов.

Некоторые исследователи сегодня полагают, что Сенат США, отчасти находившийся в плену Доктрины Монро и традиционного в то время для США относительного политического изоляционизма, совершил грубейшую ошибку, которая стала одной из причин Второй мировой войны. Но так ли это?

Полагаю, что не так. США в то время в военном отношении были вовсе не самой мощной державой, а политическое их влияние было несравненно меньшим, чем у той же Франции, обладательницы мощнейших сухопутных сил, или у «владычицы морей» Великобритании, двух крупнейших колониальных стран и признанных лидеров Западного мира. У США не было ресурсов для обозначения своего полноценного политического (не говоря уже о военном) присутствия во всем мире, и они предпочли чисто экономическую экспансию американского капитала в Европу, не связывая себя политическими обязательствами. Это казалось с их стороны разумным и весьма успешно осуществлялось вплоть до Великой депрессии 30-х годов. Вряд ли что-то серьезно изменилось бы, останься в 1920 году США в Лиге Наций.

Но то, что США было не по силам в 1920 году, они реализовали в 1945 – 1990 годах, став на 45 лет одной из двух мировых сверхдержав, а с 1991 года еще на два десятилетия - единственной мировой сверхдержавой. Теперь снова в ближайшей перспективе просматриваются три великие державы – США, Китай и Россия - все постоянные члены Совета Безопасности ООН. Мир вновь возвращается к чему-то похожему на Ялтинско-Потсдамскую систему.

Однако вернемся к истории, к проблеме границ в Европе и Азии, которые дважды прочертили державы-победительницы после 1920 и 1945 годов. В 1920 году эти решения было особенно неудачными - трудно было найти кого-то, даже среди самих «великих держав», кто был бы удовлетворен решениями по новым границам. Италия претендовала на область Фиуме, Франция желала дополнительных приобретений за счет Германии, включая Саарский угольный бассейн, Турция во главе с Кемалем вела борьбы с Грецией за Анталию, Польша была недовольна и восточными, и западными границами. Трудно перечислить все взаимные претензии, которые часто безуспешно пыталась разрешить раздираемая внутренними противоречиями Лига Наций. Германия была в депрессии, ярости и отчаянии, и от своих новых границ, и от репараций и разорительной контрибуции, а также различных ограничений и мер со стороны победителей, от потери колоний и прочих унижений. Ленин писал: «Это неслыханный, грабительский мир, который десятки миллионов людей, и в том числе самых цивилизованных, ставит в положение рабов. Это не мир, а условия, продиктованные разбойниками с ножом в руках беззащитной жертве». Ну, насчет «беззащитной жертвы» в лице германского агрессора, вождь мирового пролетариат «профессионально погорячился», но про условия Версальского мира сказано довольно точно. Результат неуемного аппетита победителей хорошо известен – реваншизм и нацизм в Германии.

Со времен Парижской конференции прошло столетие, но мы снова находимся в условиях, когда болезненные проблемы границ порождают мировую нестабильность, особенно в европейской части территории бывшего СССР. Ведь эти границы, часто случайные, возникли между постсоветскими странами не по замыслу внешних сил, а стали результатами предшествующего произвольного администрирования коммунистических лидеров СССР без реального учета мнения населения тех или иных областей и территорий.

В СССР в1991 году многим казалось, что разделиться по существующим границам советских республик - это единственный способ избежать немедленной конфронтации. Была ли разумная альтернатива? Могло ли тогда сохраниться единое государство? Можно ли было как-то иначе произвести «развод»? Это предметы многочисленных обсуждений и спекуляций, которые отношения к делу не имеют. Хорошо уже, по крайней мере, что границы Российской Федерации с Финляндией, Польшей и Прибалтикой (что бы ни говорили досужие витии в этих странах) прочерчены окончательно и пересмотру не подлежат. Есть проблемы с нашими союзниками, непризнанными большинством стран мира, в Закавказье и Приднестровье, остается территориальный спор с Японией, но эти проблемы для России не так остры, как проблема «больного постсоветского ребенка» - Украины.

В советское время эта богатая и привилегированная республика (получившая даже в 1945 году статус члена ООН), произвольным решением советский властей была расширена далеко за свои реальные культурно-этнические и историко-политические границы, которые хотя точно и было сложно установить, но пределы которых все-таки могли быть обозначены. Так, очевидна ситуация с российским Крымом, который произвольно был передан Украине в 1954 году и сегодня возвращен в Россию. Остается вопрос с Донецком и Луганском, сложной проблемой является Одесса, Харьков, Николаев, Херсон, другие города юга и юго-востока Украины с их регионами.

Надеюсь, сохранение территориальной целостности Украины все-таки возможно, если она преобразуется из националистического в полиэтническое, политическое (в классическом значении этого термина) государство, где все граждане объединяются на основе общих ценностей, интересов, согласия в вопросах права, как некогда говорил Цицерон, а не на основе воинствующего национализма, как было в странах «антикоминтерновского пакта» в 30-е годы. В противном случае ее может ждать распад с последующей «санацией».

Однако, судя по тому, как развиваются сегодня процессы на Украине, «больной постсоветский ребенок» вряд ли выживет без радикальных мер внешнего воздействия, в осуществлении которых просматривается будущая роль не только России, США и Европейского Союза, но и ООН.

Однако сегодня в определенных кругах на Западе стало модным сравнивать возвращение Крыма в Россию с передачей Судет Германии и аншлюсом Австрии. Вспоминают «Мюнхенский сговор», к которому были причастны отнюдь не СССР, а правительства Великобритании и Франции, где сегодня предостерегают мировое сообщества против уступок «путинской России», дескать, она идет путем экспансии и аннексий, и ее надо остановить.

Если уж проводить какие-то параллели, то уместно сравнить ситуацию Крыма с проблемой Эльзаса и Лотарингии столетней давности, а Россию сопоставить не с нацисткой Германией, которую она сама и разгромила, а с Францией в том же 1919 году. Отторгнутые Пруссией по итогам войны в 1871 году Эльзас и Лотарингия, принадлежавшие Германии почти 50 лет, на той же Парижской конференции было решено вернуть Франции, как ее исторические территории. Другой пример, более свежий - возвращение СССР по итогам конференции в Сан-Франциско в 1945 году исторически принадлежавшей России половины острова Сахалин, аннексированной Японией в 1907 году.

Полагаю, что есть все политические и юридические основания для мирового сообщества, с учетом результатов референдума 2014 года, признать Крым и Севастополь российскими и прекратить спекуляции на эту тему. Более того, референдум в Крыму может послужить моделью для решения вопроса востока Украины путем волеизъявления жителей Донецкой и Луганской областей, который мог бы инициировать, например, Совет безопасности ООН.

И, конечно, недопустимо, неразумно и неправомерно сравнивать современную демократическую Россию с тоталитарной нацистской Германией 1937 года. Германия стремилась к переделу мира, ей нужны были восточные территории, монополизированные германским капиталом рынки, природные ресурсы, дешевая рабочая сила и заморские колонии. Такие цели не ставит и не может ставить перед собой Россия, поведение которой на мировой арене носит не наступательный, а оборонительный характер.

Непредвзятый анализ показывает, что у России с ее территорией и огромными природными ресурсами, в том числе, энергетическими, сравнительно небольшим для такой территории населением, среднеразвитой экономикой в большинстве гражданских отраслях, ограниченным экспортным потенциалом, масштабными социально-экономическими задачами внутри страны, образованным и миролюбивым населением и профессиональным руководством нет и не может быть задач, связанных с территориальной экспансией. Нас ждет освоение Сибири, Дальнего Востока и Арктики, и у России нет никакого желания входить в конфронтацию, ни с Европейским союзом, ни с Китаем, ни с США, ни с Японией, ни с кем бы то ни было в мире.

Однако, история России учит нас, что наибольшая опасность в Новое время для нашей страны исходила от Запада: это нашествие Наполеона и сожжение Москвы, Крымская война и штурм Севастополя, это Первая мировая война, Великая Отечественная война и, наконец, холодная война, когда мы находились порой в опасности полного уничтожения. Спокойствие по периметру наших границ для России важнейший приоритет, любая опасность и угроза рядом с ними сплачивает нас, заставляет наши силы, нашу изобретательность и таланты направлять в сферу обороны, невольно обделяя вниманием ряд гражданских отраслей. Кто, как не мы, заинтересован в мире?

Но наш интерес к миру и стабильности должны разделить ответственные европейские и американские политики хотя бы потому, что военный потенциал России достаточен, чтобы в случае большой войны и обмена ударами погибло бы населения Северного полушария. Никому не нужно, чтобы через пару столетий австралийские и бразильские археологи вели раскопки мест, где были раньше Нью-Йорк, Москва, Париж, Токио и Лондон.

Именно поэтому необходимо Европейскому союзу, США, и другим странам перестать заниматься конфронтационной политикой в отношении России и предпринять все меры для урегулирования международной ситуации вокруг Крыма, Украины, Приднестровья, в Закавказье, на Ближнем Востоке и в Азиатско-Тихоокеанском регионе вблизи российских границ. Опасность для России очевидно пропорциональна опасности для всего мира, спокойствие России – безопасность для всех, никакого третьего варианта никому не дано.


тэги
читайте также