5 декабря, суббота

Эксперты обсудили итоги Валдайского форума

26 октября 2015 / 16:36

За речью Владимира Путина на итоговом заседании дискуссионного клуба «Валдай» в Сочи пристально следили в России и за ее пределами. Президент высказался по поводу основных мировых проблем, волнующих все мировое сообщество. Это и ситуация на Ближнем Востоке, в частности, в Сирии, и украинский кризис, и общеполитические и экономические проблемы. Путин выступил с речью, а затем подробно отвечал на вопросы участников форума — политиков, журналистов и политологов из разных стран. Эксперты, подводя итоги форума, в один голос заговорили о смене трендов в отношениях с Россией и о явном смягчении позиций.

Как отметил в интервью сайту «Политаналитика» доцент кафедры политической теории МГИМО и директор центра «Rethinking Russia» Ян Ваславский, хотя ничего сверхреволюционного в целом на форуме не произошло, участие российского лидера стало кульминацией мероприятия — Путин ясно и недвусмысленно подтвердил основные тезисы о месте, роли и целях нашей страны на мировой арене.

«Президент подчеркнул, что Российская Федерация, проводя военную операцию в Сирии, прежде всего выполняет задачу по защите национальных интересов, обеспечивая национальную безопасность в том числе. Воздушная операция российских ВКС также преследует цель стабилизировать обстановку в этом регионе в рамках борьбы с международным терроризмом.

Кроме того, Путин в очередной раз констатировал, что Россия всегда готова к диалогу с зарубежными партнерами, в том числе с США, на принципах взаимного уважения интересов друг друга в глобальном отношении, в региональном отношении. Россия готова к совместной работе, сотрудничеству по самым разным направлениям — от Сирийского кризиса до диалога по ПРО, от которого наши партнеры упорно уклоняются, и других вопросов, которые могут сегодня волновать международное сообщество. Президент достаточно жестко высказался по теме ПРО — он упрекнул США в том, что они категорически не хотят вести диалог с Москвой.

Путин также отметил, что США поддерживают экстремистов и нередко пользуются этим инструментом в ряде регионов мира: дружат с одними террористами, борются против других. И не пытаются делать каких-либо принципиальных различий, как это делаем мы, между реальным исламом, который привержен прежде всего миру, и теми ложными ценностями, которые проповедуют террористические группировки, в том числе ИГИЛ (экстремистская организация запрещена в РФ).

Путин высказался по целому ряду вопросов, включая тематику окончания „холодной войны“ и распада СССР. Я бы не сказал, что эти заявления были резкими, это были заявления понятные, ясные», — сказал он.

«И президент вчера пошутил: хорошо, что в России есть люди, которые любят Америку, и в Америке есть люди, которые любят Россию, значит, обе страны есть, за что любить. Но раз есть, за что любить — значит, есть, о чем дискутировать, спорить, иначе бы таких клубов просто не было», — сказал Ян Ваславский1.

У директора Института политических исследований Сергея Маркова другое мнение на счет явного смягчения позиции Запада в отношении России. Вот что он сказал.

«Диалог на экспертном уровне, безусловно, состоялся, поскольку были представители Запада. Но в то же время, я полагаю, что больше присутствовало на форуме представителей Запада, которые и так в течение последних лет выступают за такой диалог. С теми, с кем у нас серьезный конфликт, такого диалога еще не было, поскольку они отказываются принимать участие в каких-то созданных Россией форматах, каковым является Валдайский клуб. На Западе вообще считают, что Валдайский клуб создан во многом Путиным, для улучшения имиджа президента в мире. Поэтому те, кто находятся в конфликте, — а в таком конфликте находится 80–90 процентов мирового сообщества, — не готовы к такому диалогу.

Мы ведем диалоги с нашими друзьями, а не с нашими противниками. И вот в этом проблема.

Для Владимира Путина, прежде всего, важны эти встречи, чтобы он смог объяснить логику своих действий для Запада. Это ему полностью удалось. Если западные политические элиты, журналисты хотят узнать логику действий Владимира Путина, характер его политической деятельности, то смогут где-то прочитать и хорошо все понять. Эта цель была достигнута. Но дальше не пошло. Этот диалог не был построен до конца»2.

Политолог Алексей Мухин отметил, что позиция иностранных партнеров в отношении России и действий ее руководства сменила вектор. В интервью проекту «Политаналитика» он объяснил наметившиеся тренды в международных отношениях.

«Должен отметить очень динамичное развитие, очень динамичную организацию дискуссий. Стало понятно, что Россия продолжает оставаться хедлайнером с точки зрения мировых новостей, и это несколько травмировало наших американских и отчасти европейских партнеров. Они надеялись, что у нас экономика в клочьях, а мы с вами изолированы. Но это не так. Даже по составу — 83 иностранных эксперта на 50 российских — уже ясно, что ни о какой изоляции речь не идет.

Из главных трендов я бы отметил, что наши западные партнеры оказались склонны к интеллектуальному перемирию. Что я имею в виду? Дело в том, что если раньше американские партнеры довольно жестко критиковали действия российского руководства, то теперь, после того как выяснилось, что ПРО — это все-таки угроза, что ПРО все-таки существует и развивается вне связи с так называемой „Иранской угрозой“, уже и Асад не такой плохой, борется с террористами. Российские эксперты чувствуют себя гораздо более уверенно, чем раньше, и в этой связи ситуация поменялась. Колесо Сансары повернулось. И если теперь США просто предпочитают наблюдать, не критикуя, за действиями российских властей, а в кулуарах даже признаваясь в любви к Путину, ну или в симпатиях, то европейские партнеры ищут контактов и пытаются восстановить то, что так неосмотрительно разрушили под американским давлением»3.

«Из рабочих сессий мне наиболее интересна была сессия, посвященная ближнему Востоку. Я считаю ее наиболее значимой, потому что там было представлено достаточное количество специалистов из разных стран, которые будут влиять на ситуацию, и на то, что можно оценить пока, как скепсис в отношении перспектив военной операции Москвы. То есть некоторое первоначальное удивление по поводу решимости и военных возможностей Москвы, которое несомненно имело место, сейчас сменилось неким скепсисом по поводу возможности выйти из этой ситуации, достигнув декларируемых целей. Выйти из этой ситуации таким образом, чтобы Россия могла сказать, что ее действия увенчались успехом. И тут подспудно прощупываются возможности договориться на условиях, которые будут предлагать государства, поддерживающие разные группы оппозиции Асаду, включая террористические.

Одно из таких предложений сегодня витает в воздухе и звучит как „раздел Сирии“. И пожалуй одна из главных новостей Валдайского форума то, что уже несколько раз говорилось и в конце было сказано на самом высшем уровне — президентом. А он еще раз обозначил позицию по разделу Сирии. Этот вариант Россия считает неприемлемым, Путин даже назвал это худшим вариантом.

До этого аналогичные заявления делались и другими спикерами, которые в той или иной степени могут представлять российскую официальную позицию. Какой вывод можно сделать из этого в целом — сегодня еще не достигнуты военные предпосылки для политических договоренностей. Когда Путин комментировал ситуацию в Сирии вначале, он дал понять, что для того, чтобы было политическое урегулирование, были достигнуты договоренности, нужно создать военные предпосылки. То есть приложить достаточно усилий, чтобы освободить достаточное количество территорий, критически ослабить потенциал противника и т. д. Судя по тому, что пока политические разногласия превалируют, и судя по ситуации на театре военных действий, где, как Путина сказал, успехи сирийской армии есть, но они пока достаточно скромные, эти условия еще не созданы.

Это значит, что скорее всего военная операция продолжится. Российская и соответственно сирийская при поддержке Ирана. Поэтому промежуточные итоги мы на данном этапе подвести не можем. Общий вывод — „еще повоюем, а потом посмотрим, удастся ли по итогам выйти на какие-то договоренности“», — высказался президент Института национальной стратегии Михаил Ремизов4.

В работе форума принял участие заместитель главного редактора газеты «Известия» Борис Межуев, в эксклюзивном интервью для сайта «Политаналитика» он подвел итоги мероприятия.

«Главная тема — тема войны и мира. Обсуждали в основном именно этот сюжет, и по этому поводу было много философских рассуждений и размышлений. В частности, Путин очень точно подчеркнул фактор резкого усиления военных настроений, в том числе использование военной лексики в обсуждении экономических и культурных проблем. Было подчеркнуто, насколько господствующие западные державы сегодня ответственны за это явление.

Много было сказано о конкретной операции в Сирии, и, самое главное, о возможных причинах продолжения этой военной операции. Кстати, здесь многие американские эксперты, Генри Киссинджер, наверное, самый влиятельный из них, представители российского руководства и руководства Ирана однозначно исключили вариант раздела Сирии. Вот это мне кажется очень важным».

«Много говорили и о многополярности мира. Об этом говорил экс-президент Чехии Вацлав Клаус, что это важная задача, и об этом говорил не на пленарном заседании, чуть раньше, премьер-министр Франции Франсуа Олланд. Это очень любопытно, об этом не только президент Путин говорил, но это тоже в его речи звучало, что процесс экономической глобализации, о котором сейчас все говорят, должен идти с возникновением политической глобализации, появлением многополярности».

«И, конечно, иранская тема. Система ПРО. После ядерной сделки с Ираном тут же проводятся испытания ПРО, тут же американцы демонстрируют полную неготовность отвечать за свои слова. Ясно, что теперь, после того, как иранская ядерная программа свернута, область вооружения формально отошла на второй план, но при этом тема ПРО продолжает разрабатываться. Здесь есть прямая угроза безопасности России, договориться о чем-то сложно, пока тут ни одна сторона не может отстоять свою позицию. Это вопрос коллективной безопасности»5.

Источники: 1, 2, 3, 4, 5


тэги
читайте также