14 октября, понедельник

Как хипстер в Парке Горького убил хипстера

31 августа 2017 / 15:12
публицист, историк

Убийство в парке Горького наделало слишком много шума в СМИ и социальных сетях. Здесь, конечно, есть влияние известного феномена летнего информационного затишья, когда в качестве основных тем для обсуждения в повестке всплывают такие, какие в иных обстоятельствах вообще никакого резонанса не вызвали бы.

Именно летом или в праздники можно ожидать активных споров по поводу внутригородской жизни на фоне внешне рядового случая.

Еще одно объяснение информационного шума: у погибшего – убитого – Станислава Думкина были друзья, заявления которых представляют для массмедиа интерес. Например, Антон Коробков-Землянский – бывший член Общественной палаты, автор и пиарщик какого-то немыслимого числа проектов (в том числе, например, пресс-секретарь российской делегации на одном из конкурсов «Евровидение»). И большой специалист в области новых медиа.

Наконец, важен контекст. Парк Горького – бренд как в историческом (недаром первая как бы советская хард-рок-команда на Западе выбрала себе именно такое название), так и в политическом плане. По крайней мере, в рамках московской общественно-политической жизни.

Именно парк Горького стал символом преобразований городской среды в столице при Сергее Собянине. Это пилотный проект, реализованный директором парка Сергеем Капковым и затем им же масштабированный уже на посту главы Департамента культуры города Москвы. Это первый, а потому символически очень значимый опыт по созданию нового городского пространства от новой мэрии, в котором современным городским буржуа было бы удобно и интересно проводить досуг. Многочисленные рекреации для хипстеров и остальных гуляющих москвичей, в массе расплодившиеся в столице, появятся лишь после. И сильно позже начнут по мере сил и бюджетных возможностей перенимать опыт парка Горького иные города России. Ну и, по меньшей мере, парк Горького стал наиболее «распиаренным» проектом. А потому к нему особое внимание.

Тем более что сообщение о том, что убили парня за очки и «неправильную» шляпу, не может не вызывать вопросов и самых неприятных ассоциаций. Например, с тем, как гопники гоняли разного рода неформалов, начиная со стиляг и битников. И тут возникает вопрос общегородского и общестранового звучания. И потому вопрос политический. Неужели «хипстерская революция» в столице закончилась и начинается «гопническая контрреволюция»? Вот Москва, Мекка молодых любителей митболов и смузи, а тут приходят варвары и начинают «по понятиям» отжимать территорию? Насаждать, так сказать, свои культурные нормы. Иными словами, всячески задирать и кошмарить всех, кто на них не похож, на кортах не сидит и семки не лузгает.

На деле, конечно, ничего подобного не наблюдается. По крайней мере, уровень агрессии в обществе стабилен, хотя и довольно высок. Нет и ощущения, что свершилось какое-то нашествие варваров. А если оно и произошло, то не вчера. Больше того, смутные пока сообщения о том, кого следствие подозревает в конкретном убийстве в парке Горького, слегка рушат стройную версию о гопниках против хипстеров. Или даже полностью обнуляют – это как посмотреть.

Дело в том, что, согласно сообщениям СМИ, следствие подозревает в избиении Думкина сына актера сериала «Интерны» Сергея Макарова, 23-летнего Корнея. Который, как отмечает ТАСС, тоже актер – успел сняться в нескольких сериалах: «Братья Карамазовы», «Фортуна», во втором и третьем сезонах сериала «Две судьбы», шестом сезоне сериала «Адвокат», а также в фильмах «Внук космонавта» и «С Дона выдачи нет».

Если так — выходит, что не гопники убили хипстера за неправильную одежду, а условно пьяные молодые горожане в бытовой ссоре случайно убили другого молодого горожанина. Люди примерно из одной социальной страты, примерно одного возраста. Шляпа не понравилась, лицо не понравилось, слово за слово. Получается условное «хипстер убил хипстера в парке Горького».

Интересен этот кейс, таким образом, вот чем. Оказывается, зон, свободных от опасного для здоровья и даже жизни времяпрепровождения, в Москве как бы нет. А гопниками могут выступать не только бравые провинциальные ребята в спортивных костюмах с патриотической символикой, но и вполне себе европейского вида молодые люди.

Москва в принципе до сих пор не является безопасным для жизни городом. Если посмотреть на данные рэнкингов компании Mercer, можно увидеть, что столица России традиционно становится в них одним из наиболее опасных городов Европы. По качеству жизни в целом Москва там где-то на 160-х-170-х позициях, по уровню безопасности совсем недавно была на еще более плохих позициях, входя в тридцатку самых опасных для жизни мегаполисов.

Стоит оговориться, конечно, что рейтинги городов всегда ненадежны. Методика оценки страдает от предвзятости авторов. В некоторых появляется такая волшебная формулировка как «самая плохая кухня», где Москва, мягко говоря, тоже не блистает. Но посудите сами: самая плохая по сравнению с кем? С Нью-Йорком? По словам львиной доли москвичей, что не раз бывали в США, тамошнюю еду в рот брать противопоказано. И как оценишь кухню – по средней температуре? Посетив триста ресторанов и пятьсот кафе? Сомнительно, что кто-то может это осуществить, тем более из года в год в нескольких сотнях городов.

Или иной критерий, который используют те же консалтеры из Mercer – политическая обстановка, состояние свободы слова и ограничения гражданских свобод. Как ни оценивай таковые в Москве, но что эти показатели говорят об опасности города для жизни? Ровным счетом ничего. Они говорят о том, что тот или иной режим может пасть в результате переворота, и на улицах воцарится хаос. Хорошо, бывает так. Но бывает и не так.

То же и с безопасностью. Как ее оценить? Скорее, тут используются методики опросов и оценок по статданным. И то и другое – важный инструмент, но не лучший источник для выводов. Статистика преступности у нас не самая надежная. А принимать за важный источник личные и даже экспертные оценки – наивно.

Существует внутренняя оценка работы органов правопорядка, согласно которой «все менты – продажны, их следует опасаться больше преступников, и они стремятся испортить всем жизнь». Но эта оценка устарела лет на 10-15. А вот инерция общественного сознания такова, что такой взгляд все еще доминирует. Хотя бы в силу того, что резонансные случаи «полицейского беспредела» почти всегда становятся достоянием гласности.

Есть и доопытные установки экспертов. Если приезжаешь в Москву с установкой, что город ужасен – увидишь ужасный город. А если в целом, то рейтинги – продукт глобальной экономики, созданный для условного гражданина мира. Естественно, сам гражданин – клерк из крупной западной корпорации. Они не о том, как живется местному, а о том, насколько неуютно или опасно будет экспату.

Все это не означает, что повод для рефлексии на тему убийства в парке Горького отсутствует. Конечно, Каракасу, Рио-де-Жанейро, Багдаду и городам Центральной Африки Москва даст фору в плане безопасности. Но и до Люксембурга с Веной нашей столице далеко. И никаких особых безопасных зон у нас не существует.

Нет «хипстерских резерваций», где ангелы поют гимны и струятся фонтаны небесного смузи в модных кофейнях. Есть лишь довольно опасное пространство, в котором вообще-то жить пока довольно некомфортно. Внешне, в инфраструктурном плане, кстати, за последние несколько лет ситуация сильно изменилась: тот же парк Горького с его аналогами это демонстрируют. Но в головах, похоже, еще очень много чего следует перестроить.

Ведь когда пьяный малолетний идиот задирает окружающих, а в результате выходит трагедия в формате «головой о плитку», то это вопросы не к трижды проклятой плитке. Вопросы и к охране, и к руководству парка. И далее вплоть до мэрии. Но, прежде всего, это вопросы к пьяному идиоту и его родителям, которые таким вот образом воспитали свое чадо. Не объяснили, например, что бить людей – плохо.

Источник


тэги
читайте также