30 ноября, вторник

Мой запрос в Следственный комитет РФ по г. Москве

11 марта 2021 / 17:50
политолог, генеральный директор Центра политического анализа

Крайне неприятно писать о таких вот вещах, но мне пришлось направить в СК Москвы запрос о действиях сотрудников полиции по району Люблино.

Итак, сам запрос, а ниже - суть запроса. От сути запроса встают волосы дыбом. Читать только и исключительно морально стойким людям.

Зарегистрированный номер обращения в ГУ СК по Москве R77N71269.

Стрижову Андрею Александровичу, полковнику юстиции, руководителю Главного следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по городу Москве от члена Общественной палаты города Москвы Данилина Павла Викторовича.

Уважаемый Андрей Александрович!

Ко мне обратились представители гражданки М.И. Маляровой с просьбой помочь в восстановлении справедливости и наказании для преступников, а также тех, кто проявил халатность, не отреагировав на сообщения о преступлении.

Уважаемый Андрей Александрович, судя по показаниям М.И. Маляровой, мы столкнулись с целым букетом преступлений, совершенных сотрудниками ОМВД по району Люблино, а также с преступлением, совершенным представителем СК РФ, отказавшим в возбуждении уголовного дела при очевидных обстоятельствах.

Прошу провести проверку заявленных М.И. Маляровой сведений, а также привлечь к ответственности, в случае подтверждения этих сведений: сотрудника ОМВД по району Люблино Валерия Васильевича Лещева по статье 131 УК РФ (Изнасилование). В настоящее время следователем Ворончихиной И.В. ему вменяется по какой-то причине статья 133 УК РФ (принуждение к действиям сексуального характера, хотя в уголовном деле четко сказано о насильственных действиях и имевшемся факте изнасилования в извращенной форме).

Руководителя ОМВД по району Люблино, полковника полиции Николая Ивановича Чувилина по статье 316 УК РФ (Укрывательство преступлений).

Представителей СК РФ, принимавших решение об отказе в возбуждении уголовного дела после обращения к ним гражданки М.И. Маляровой по статье 293 УК РФ (Халатность).

Также обращаю внимание, Андрей Николаевич, на то, что следственные действия с потерпевшей ведутся в унизительной манере. Ей задают странные вопросы вроде «почему она не укусила насильника за член» и прочие совершенно не соответствующие высокому понятию следствия высказывания. Прошу взять под личный контроль ситуацию с делом гражданки М.И.Маляровой.

С уважением, член Общественной палаты города Москвы, Данилин Павел Викторович.

 

Ниже приводится обращение гражданки М.И.Маляровой:

Очень прошу мне помочь в страшной ситуации.

Вечером 11 августа 2021 г. меня и моего молодого человека неожиданно без предъявления документов забрали в Отдел МВД России по району Люблино, который находится по адресу: Москва, Краснодонская ул. 51. Там отобрали все мои вещи. Я не могла связаться с родственниками и вызвать адвоката. Ночью, когда сотрудники полиции уехали на обыск, пьяный сотрудник Лещев В.В. изнасиловал меня.

Утром, когда пришли сотрудники полиции, я рассказала о случившемся, меня отвели к начальнику. Который дал мне деньги и сказал поселиться в отеле рядом с отделением, не общаться с родными и адвокатом, никому ничего не говорить о случившемся. В тот же день, когда меня отпустили, я обратилась в Следственный комитет. Через тридцать дней мне пришел отказ в возбуждении уголовного дела. На основании того, что на мне нет повреждений и моей жизни ничего не угрожало. В настоящее время мой адвокат Бунаков В.В. подал жалобу на решение Следственного комитета. Мне не возвращают документы, я боюсь одна выходить на улицу. Участники преступления остаются безнаказанными.

Пожалуйста, помогите мне привлечь к ответственности виновных, которые нанесли мне травму, которая останется со мной на всю жизнь, и вернуть веру в правосудие и справедливость.

Более подробное описание произошедшего прилагается.

 

ПРИМЕЧАНИЕ: ДАЛЕЕ ЧИТАТЬ ТОЛЬКО МОРАЛЬНО УЧТОЙЧИВЫМ ЛЮДЯМ.

В тот день 11.08. 21 я, М.И. Малярова, мой молодой человек Имран и моя подруга Маша возвращались домой. Как только мы зашли в подъезд, вслед за нами зашли ещё 3 человека: Александр, Даниил, а имя третьего я не запомнила. Мы прошли к лифту, где они нас остановили и предъявили свои документы, не называя причины, они арестовали Имрана и надели на него наручники. Когда мы вышли из подъезда, я спросила, можем ли мы с подругой уйти, на что мне ответили, что только подруга, а я тоже задержана. Мы сели в машину, за рулем был Даниил, у меня и у моего парня сразу забрали телефоны. Нам сказали, что мы едем в участок. Мой молодой человек много раз спрашивал, по какой причине нас задержали, но ответа они не давали. Я всю дорогу молчала. По приезде мы увидели в коридоре человека с пакетом на голове, это меня ещё больше повергло в шок, нас развели по разным комнатам. И стали говорить, что мой парень и я украли деньги у пожилого человека, и это особо тяжелая статья. Я была в ужасе, в панике, так как впервые оказалась в подобном месте, и меня впервые в чем-то обвиняли, хотя я понятия не имела, о чем идёт речь, я начала плакать. Спустя какое-то время появился Валентин, начал говорить, что мы обманули именно его дедушку. Он говорил, что мне придётся очень несладко в женской колонии, что я буду «ковырялкой», после чего я услышала, как он разговаривал по телефону, говорил, что нужен наряд, чтобы забрать девушку в сизо. Я была безумно напугана. Неоднократно я просила вызвать мне адвоката, на что мне отвечали, что это не допрос и что они имеют право задавать мне вопросы в таком формате и все записывать без адвоката. Практически сразу я согласилась сотрудничать и отвечала на все их вопросы, после чего Валентин сказал, что я буду секретным сотрудником и мне нужно придумать псевдоним. Звучали такие псевдонимы, как «сиська», «пизда», «жопа». Ещё тогда я заметила, что он не в трезвом состоянии и что от него пахнет. Мне не давали видеться с молодым человеком, говорили, что его посадят надолго. Они залезли в мой телефон без моего разрешения, начали просматривать мои фотографии и мой телефон, после чего они сказали, что будут вызывать понятых и начали искать. Прошу заметить, что в показаниях сотрудников сказано, что меня отпустили сразу, но понятых они нашли только на утро следующего дня. Я спросила, когда меня отпустят, они сказали, что только после понятых и допроса у следователя рано утром, так как его ещё не было в кабинете. Сказали, что у нас в квартире будет проходить обыск. Спустя несколько часов они собрались на обыск. Я поняла, что мне нельзя оставаться тут одной, так как Валентин тоже был тут. Я вышла в коридор и просила меня забрать на обыск. Мне отказал сотрудник Валентин. Я по-прежнему не могла никуда уйти, так как мне сказали, что нужно дождаться понятых, а потом будет допрос у следователя. Все время в участке меня провожали до туалета, и я всегда была под присмотром сотрудников, поэтому, когда уехали Данил и Александра, со мной был Валентин. Валентин сказал, что мы будем сидеть в его кабинете. Как только мы вошли в его кабинет, Валентин сразу же включил очень громко музыку, а также закрыл дверь. В этот момент мне стало очень страшно от того, что больше в участке поздно ночью я толком никого не видела, практически все уехали на обыск. Внутри меня все сжалось, и казалось, что нужно что-то срочно предпринимать. Я заметила бритвенный станок в его угловом шкафу. Тогда я еще не знала, что мне с ним делать… Но казалось, что в случае чего, я смогу защититься. Он спросил, пью ли я, я ответила, что очень редко. Он открыл шкаф, и там я увидела наполовину опустошенную бутылку водки. Сидя на стуле, я полностью осознавала, что передо мной взрослый мужчина, гораздо сильнее меня, в нетрезвом состоянии. Пока он отвернулся, я схватила бритву и положила ее в карман. Он налил мне выпить. Прошу заметить, что в его показаниях сказано, что я наливала ее себе сама, но я к бутылке ни разу не прикоснулась. Кроме того, в его показаниях говорится, что он купил ее гораздо позже и по моей просьбе водку и коктейли, но на бумажке написано только название коктейля, никакой водки в магазине он не покупал. После того, как он налил мне и в приказном тоне велел выпить, он начал задавать вопросы: «Ты не хочешь сесть? Тебе нужно со мной дружить», «Знаешь, что делают в женской тюрьме с такими, как ты?», «Будешь слушаться?». Мне было так страшно… Ранее я никогда не была связана с правоохранительными органами, и я просто не знала, что ожидать… Далее он сказал мне сесть на диван, он налил еще мне и себе, выпил, потом резко взял мою голову. В этот момент я вспомнила про бритву. НО ЧТО Я, ДЕВУШКА, МОГУ СДЕЛАТЬ ВЗРОСЛОМУ МУЖЧИНЕ? И что он может сделать со мной, если я достану ее? Кто мне поможет или защитит меня после всего, что со мной может стать? Как все это преподнесут? Меня посадят или нет? Что скажет мой молодой человек? Всё это крутилось в моей голове, и я будто онемела, я ничего не чувствовала, кроме дикого страха за свою жизнь. Он силой вел мою голову по своему телу. После всего этого я попросилась в туалет, там я достала бритву и нанесла себе порезы. Я надеялась, что если я порежу вены, это его остановит, но вскрыть вены таким станком оказалось делом непростым, мне было так больно, страшно, что это может продолжиться. Я не знаю, может, я и хотела сделать себе максимально больно, внутри просто все перевернулось, все представление и понимание своей безопасности, защиты да и в принципе… Потом он проводил меня до кабинета, я села на стул и начала сильно плакать, я рыдала... Увидев мою руку, он спросил, зачем я это сделала. На тот момент я даже не знала, что говорить… Я просто плакала, он обработал ее своим парфюмом и потом аммиаком, затем написал на бумаге заявление от моего имени, сказал подписать. В его кабинете он еще налил мне выпить. К тому моменту он был уже очень сильно пьян. Спустя время он налил мне в какую-то грязную банку воды из-под крана и сказал пить, я подошла к дивану, и он силой повалил меня на него... Произошел половой акт. Чувствовала ли я что-то в тот момент? Нет. У меня текли слезы… Как только все закончилось, практически без слов он оделся и сказал, что пойдет еще за алкоголем, спросил, что купить, и я написала на бумажке название. Это единственное, что он спросил и сказал после всего произошедшего. Я по-прежнему была под присмотром сотрудников и не могла оставаться одна. Он проводил меня в другой кабинет, где было 2 дивана, на одном из них спал другой сотрудник, я легла на диван и начала рыдать, я не слышала, что мне говорили, просто плакала… Спустя время он вернулся с коктейлем и пивом ему и этому сотруднику. Он отвел меня к себе в кабинет, я попросилась в туалет. После произошедшего мне необходимо было воспользоваться водой. В это время Валентин просто открыл дверь и зашел ко мне, он все видел, был сильно пьян, я просила его выйти, он схватил меня за талию и повернул к себе, после чего начал насильственные действия. Мне удалось толкнуть его в дверь, она была открыта. Он резко отошел, мы вышли. Он ушел за сигаретами. Пока его не было, приехали другие сотрудники, я сильно плакала и сразу рассказала им обо всем произошедшем. Они сказали больше никому об этом не говорить, следователям в том числе. Когда он вернулся, он зашел к ним в кабинет и потребовал, чтобы я пошла с ним, на что они ему отказали. Он начал кричать: «ВЫ ЧТО, МНЕ ТЕПЕРЬ БОЛЬШЕ НЕ ДОВЕРЯЕТЕ?!» и ушел, больше я его не видела. Что происходило дальше... Я верила всему, что мне скажут... Я не знала, где искать помощи... Меня водили по разным кабинетам, к начальнику. Там сидело много взрослых мужчин... И просили ни о чем не рассказывать, особенно адвокату, говорили, что его обязательно сразу уволят и что молодые сотрудники ни в чем не виноваты, говорили, что если я буду молчать моего парня отпустят. Я много плакала, мне было просто страшно, что будет дальше. Меня отвели к следователю на допрос и говорили, ничего ему не рассказывать. На тот момент я ничего не ела и не спала уже второй день. Следователь начал допрос… Как только он все распечатал и дал мне на подпись, в кабинет зашел адвокат, на что ему сказал следователь выйти, объяснив это тем, что я уже все подписала... Адвокат вышел и ровно через пять минут зашел обратно, сказал ничего не подписывать, позвал меня в коридор. Я сразу рассказала ему обо всем, что произошло. Я почувствовала, что мне необходима поддержка. Так как я осознавала, что уже ничего не понимаю и не знаю, чем все может закончиться. Он дал мне бумагу, и я записала на нее часть и поставила подпись. Далее мы зашли к следователю уже вместе. Он начал вслух читать то, что он напечатал… И спросил, ты это говорила? Минута осознания, что это вовсе не мои слова... Я говорю четкое «нет». Адвокат отдал бумагу следователю, и он начал печатать все по новой. Далее, как только мы вышли оттуда, меня сразу забрал другой сотрудник и сказал, что я ДОЛЖНА пойти за ним. МЕНЯ УЖЕ В ТРЕТИЙ РАЗ ОТВЕЛИ К НАЧАЛЬНИКУ. ТАМ МНЕ СКАЗАЛИ, ЧТО ЭТО НАШ ПОСЛЕДНИЙ РАЗГОВОР, И УЖЕ ЗАВТРА НИ ДЛЯ КОГО ЕГО НЕ БЫЛО… Мне сказали ни в коем случае не ехать к маме, родным, близким или друзьям, сказали, что иначе меня снова заберут, но уже в наручниках, т.к. мой парень обокрал несколько районов и меня могут так же забрать. Мне дали деньги и сказали ехать в отель, помыться, умыться и приехать утром к ним забрать своего парня. Я вышла от них, и меня проводили обратно к адвокату. Попутно человек, что меня вел, спросил, рассказала ли я что-то адвокату, я сказала, что нет. Я поняла, что могу доверять только адвокату. Когда меня привели к нему, я сразу рассказала, что мне дали деньги, сказали ехать в отель… Он сказал не трогать деньги и больше не отходить от него. Когда мы вышли из участка, мне не отдали телефон, паспорт и деньги, у меня ничего не было. Адвокат дал свой телефон, и мы позвонили моей маме, до нас было ехать далеко, и мы решили встретиться на другой станции. В метро адвокат мне сказал от него не отходить и посмотреть направо... За нами ехал один из сотрудников этого участка, он его узнал, и я тоже... Мы встретились с мамой, мне было так страшно, даже в машине с мамой и адвокатом меня не покидал дикий страх и какая-то непонятная паника... Мы сразу поехали в следственный комитет. На тот момент, когда записывали мои показания, я уже не спала третью ночь и ничего не ела... Поэтому в показаниях не описано много моментов, т.к. меня мутило, и я еще не до конца осознавала, что со мной… Потом уже поздно ночью, ближе к утру у меня сняли все следы с тела...

На данным момент прошло уже больше месяца, и меня до сих преследует тот день, я просыпаюсь по ночам от кошмаров, слез. Я часто беспричинно могу начать плакать, мне становится очень страшно, это просто накатывает волной, я даже не замечаю, как хватаюсь за волосы на голове, это может длиться 5 минут, 15, полчаса, и я абсолютно ничего не могу с этим сделать. А самое страшное, что не известно, сколько я еще смогу жить в таком состоянии, все время я ощущаю состояние тревоги. Я понимаю, что мне нужна помощь специалиста, и сейчас нахожусь в поиске, все мои близкие, семья поддерживают меня. Но иногда им так сложно объяснить, что я не могу это прекратить, даже несмотря на всю поддержу....

 

Вот такая история, господа и дамы.

Если кто то желает присоединиться к заявлению в СК Москвы, то может это сделать на странице СК.

Можно скопировать мое обращение.

Можно написать свое.

Те, кого М.И. Малярова обвиняет в совершении преступления - указаны мной в самом начале пофамильно.

Источник