18 июля, четверг

Эксперты прокомментировали острые темы, поднятые Путиным на форуме ОНФ

04 ноября 2016 / 12:45

Одна из основных составляющих национального самосознания россиян, одна из ценностей и идей — это патриотизм. Об этом заявил Владимир Путин на Медиафоруме региональных и местных СМИ, организованном ОНФ. Также президент принял участие в дискуссиях и ответил на множество самых разных вопросов внутренней и внешней политики, среди которых праймериз партии ЕР, отказ поехать на «ядерный саммит» в США и так называемый «оффшорный скандал». Поднятые Владимиром Путиным темы обсудили известные политологи и эксперты.

Главный редактор портала «На Линии» Виктор Мараховский прокомментировал высказывания президента о патриотизме, — «Закрыла ли для себя российская власть тему идеологии? Идеология есть понятие инструментальное. Она является вторичной по отношению к ценностям. Ценности — это всегда вещь базовая. Помните: „Есть у нас национальная идея, нет у нас национальной идеи, есть, по меньшей мере, четко выраженные национальные ценности“. Их президент вполне точно обозначил. Он говорил о том, что патриотизм остается в России, хотя, к сожалению, уходит во многих других странах. И тут нужно понимать, что патриотизм граждан есть неизбежное условие существования любой страны, в том числе, и России. И сейчас, когда во многих странах кризис суверенитета, само их существование размывается.

Заметим, что в странах полноценных, патриотизм — несомненный элемент любой идеологии остается. И американский патриотизм никуда не делся, и китайский. И русский патриотизм тоже никуда не делся, и не может деться, потому что Россия не может существовать без осознания того, что существование своей родины — это ценность. В этом и заключается патриотизм. Это осознание своей родины как ценности, это понятие включает в себя и народ, и землю, и культуру. Те, для кого ценностью Родина не является, они сами отваливаются, уезжают и так далее».

«Если рассуждать на тему оффшоров — то это не скандал. Иными словами, заявка на „срыв покровов“, которую СМИ раскручивали всю неделю перед публикацией „панамского досье“, была несопоставимо более громкая, чем то, что в этих бумагах обнаружилось. Оффшоры — это обычная практика в мировом бизнесе, и сейчас мы наблюдаем слив документов, которые просто свидетельствуют о том, что в этих оффшорах присутствуют люди абсолютно из всех стран. И нельзя сказать, что россияне как-то особо там отметились. Я считаю, что этой теме уделяется избыточное внимание, потому что изначально ее очень сильно нагрели, в том числе оппозиционеры в надежде на какое-то сенсационное содержание этих документов», — прокомментировал тему оффшоров директор Национального института развития современной идеологии Глеб Кузнецов.

«Ничего, поражающего воображение, в „панамском досье“ нет. Кроме всем в мире известного факта о том, что оффшорными юрисдикциями пользуются в своих интересах абсолютно все мировые державы, все мировые предприниматели, реально все! В этом смысле Россию, Британию, Германию, США, Португалию и другие страны объединяет то, что даже для сравнительно небольших сумм используются оффшорные юрисдикции, ничего в этом нет нового», — добавил эксперт.

«Что касается темы отказа России от участия в „ядерном саммите“, то здесь никак не избежать повторения слов самого Путина. С одной стороны, президент продемонстрировал открытость, сказав, что он был готов в нем участвовать. С другой стороны, он вполне справедливо выразил сомнение в целесообразности этого участия, сославшись на экспертов, поскольку, скажем так, уже давно существует определенный протокол, согласно которому следует проводить по-настоящему значимые мероприятия в области ядерного разоружения.

А ядерные саммиты стран, у которых нет ни ядерного оружия, ни ядерного потенциала, действительно превращаются в этакий внутриамериканский междусобойчик. Это хороший повод для Вашингтона, чтобы вызвать к себе лидеров, прежде всего, малых стран, со всеми провести переговоры. Для России участвовать в этом не было большого смысла, разве что лишний раз слетать в Америку, а международная программа нашего руководства и так весьма насыщенна, чтобы еще тратить время на дипломатический туризм. Никаких решений не могло быть принято на этом саммите, учитывая, как его готовили», — прокомментировал ядерную тему Кузнецов.

Тема патриотизма как национальной идеи для нашей страны не в первый раз за последнее время поднимается президентом, напомнил главный редактор журнала «Историк» Владимир Рудаков, — «Владимир Путин уже не в первый раз за последнее время высказывает мысль о том, что патриотизм в России собственно и является той национальной идеей, поиски которой продолжаются вот уже несколько десятилетий.

Слова Путина очень важны. Вспомним: еще не так давно — примерно с конца 80-х годов прошлого века и вплоть до нулевых — верховная власть старались вообще обходиться без понятия „патриотизм“, о нем редко вспоминали и само слово произносили чуть ли не шепотом, как будто боялись им кого-то вспугнуть, и поэтому часто заменяли его эвфемизмами, а то и вовсе альтернативными терминами. С конца 80-х советский патриотизм, который был достаточно силен и в годы войны, и в послевоенное время, в лексиконе перестроечных политиков постепенно стал вытесняться представлениями об общечеловеческих ценностях. Сами по себе эти ценности не несли бы какого-то отрицательного заряда, однако, будучи противопоставлены не только коммунистической идеологии, но и всему патриотическому дискурсу, безусловно, сыграли весьма разрушительную роль.

И это при том, что патриотизм — это естественное чувство, свойственное всем нормальным людям, а таковых в России — абсолютное большинство. В нашем народе это чувство никогда и никуда не девалось и не исчезало. В национальном сознании россиян оно присутствует на протяжении многих столетий. То, что Путин, будучи президентом России подчеркивает важность патриотизма для национального сознания, для страны в целом — это важный сигнал всем нашим гражданам: власть мыслит с ними одними и теми же категориями».

«Владимир Путин использовал вопрос из зала как повод для того, чтобы еще раз объясниться на тему национальной идеи, идеологии, и еще раз подтвердил, что для него самая краткая и понятная формула национальной идеи — это патриотизм. Это связано с тем, что, в постсоветской России вопрос национальной идентичности все еще стоит достаточно остро, и многие им задаются.

Все мы вышли из общества (я имею в виду СССР), в котором с идеологией все было нормально, все понимали, что это коммунизм. Сегодня многие чувствуют растерянность, задаются вопросом о цели, о том, какое общество мы строим. Мне кажется, что у президента на этот счет ясное представление: он предлагает всем присоединиться к его пониманию ситуации. Суть в том, что нам не нужно изобретать никакую идею, мы массу их попробовали в своей истории и, в конце концов, пришли к тому, что для нас высшая ценность и высшая цель — это Россия и служение России», — сказал политолог, философ, заведующий кафедрой общей политологии ВШЭ, член экспертного совета фонда ИСЭПИ Леонид Поляков.

Также Поляков высказался по поводу цитаты Лихачева, которую использовал Владимир Путин, — «Цитата из Лихачева о разнице между националистами и патриотами говорит еще и о том, что националист, как это ни парадоксально, — это человек, который все время обращает внимание на других, все время завидует, переходя в состояние ненависти. Он отвлечен от самого себя. А вот патриот сосредоточен на России и способен испытывать это глубокое, естественное чувство любви, которое, вместе с тем, требует дел. Поэтому патриотизм — это больше, чем просто национальная идея, это еще и глубинная, естественная мотивация к действию. Это значит, что любовь должна быть деятельной, конструктивной, чтобы твое чувство к Родине выражалось в стремлении сделать ее лучше — это самый главный посыл. Это важно учитывать, потому что бывает резкое противоречие между тем, что мы представляем в идеале и повседневностью».

«Про „панамское досье“ все предельно ясно. Западный партнер не понимает, почему экономика падает, а рейтинг Путина стабилен. И решает, что надо бить не по системе, не по условиям жизни населения, а лично по Путину. Поэтому и возникла „светлая“ идея в чьих-то головах воспользоваться этой утечкой для того, чтобы хоть каким-нибудь образом прицепить фигуру президента к этой истории. У меня сложилось впечатление, что он отвечал на вопросы расслабленно. Было видно, что этот удар прошел мимо. Уж больно белыми нитками все шито, всё больно топорно. На что Путин и указал», — сказал политолог Алексей Чадаев.

«По поводу ядерного саммита Путин рассказал подробно, что не поехал туда просто потому, что ему надоело все время иметь дело с обманом. На переговорах обещается одно, а на практике выходит совершенно другое. При этом претензии не принимаются, делаются каменные лица. Невозможно сотрудничать с людьми, которые систематически не выполняют обещания или откровенно жульничают, как происходит, например, вокруг соглашений о сокращении использования ядерного потенциала. Они вроде бы утилизируют вооружение, подпавшее под эти соглашения, но делают это так, что в случае чего можно все взять и вернуть обратно.

По поводу темы оффшоров вопрос может быть только один: за кого они нас держат? Видимо, у Путина имеется такой же вопрос», — добавил Чадаев.

«Был на медиафоруме разговор и о праймериз. Там молодые ребята спрашивали „а как нам на праймериз записаться?“ Поскольку я сейчас наблюдаю, как эта процедура проходит в регионах, могу вам рассказать, как всё выглядит с участием таких вот молодцов. В одном регионе, где я сейчас нахожусь, выходит на дебаты человек — бывший губернатор, который 20 лет в теме по сельскому хозяйству, все об этом знает, он здесь абсолютно компетентен. И против него выходят ребята, с которыми ему даже спорить не о чем, просто потому, что они сути проблематики не видят, им еще много чего нужно выучить, узнать и посмотреть, чтобы хотя бы на равных вести дискуссию, без каких-то популистских лозунгов и выкриков.

Так что праймериз — это, конечно, способ увидеть молодых и талантливых. Но я бы сейчас задумался о каком-то минимальном интеллектуальном цензе для участников первичных выборов. Иногда же приходят самые настоящие городские сумасшедшие, борцы с инопланетянами, и что? С ними всерьез будут спорить, о чем-то дебатировать профессионалы экстра-класса, попросту тратить свое время и время избирателей», — подытожил комментарием о праймериз Алексей Чадаев.

«Каждое из высказываний Путина — это более-менее развернутое изложение позиции по поводу тех вопросов, которые оказались в центре внимания на форуме. Были разные вопросы, значительная часть касалась внешней политики, но не только.

Среди вопросов по внутренней политике фигурировали праймериз. Если не ошибаюсь, президент впервые в развернутой форме охарактеризовал свое отношение к предварительному голосованию. То, что это прозвучало на форуме, как мне кажется, может перевести праймериз просто по факту в новое состояние, на качественно иной уровень, чем есть сейчас», — сказал член экспертного совета фонда ИСЭПИ Алексей Зудин.

«Глава государства говорил о праймериз как об очень важном институте. Отмечу: не о технологии, а именно об институте российской политической системы, который, наряду с другими институтами, придает ей ключевые качества, особенно востребованные сейчас — открытость, конкурентность, легитимность.

Президент указал на две задачи, которые решают праймериз: с одной стороны, они призваны обеспечивать доверие граждан к политическим партиям и к процессу выборов, а с другой стороны, это способ отбора наиболее пригодных людей, способных решать реальные задачи в законотворчестве, в политике, в государственном строительстве», — добавил эксперт.

«Поведение президента в связи с ядерным саммитом — это маленький пример того, каким конкретным образом принимаются решения главой государства, в данном случае, по вопросам внешней политики. Это важно, поскольку в прессе и в общественном мнении, особенно за рубежом, доминируют представление о Путине как о таком исключительно сильном, деятельном, влиятельном, но, тем не менее, лидере-одиночке, который все делает сам. Так вот, на примере выработки позиции России в отношении ядерного саммита было продемонстрировано, что Путин действует как ведущий участник единой команды, и решения принимаются в рамках этой команды, и активную роль в принятии решения в данном случае сыграли другие члены команды. Давайте вспомним, что Путин конкретно сказал: „я в общем был за то, чтобы поехать, но наш МИД и специалисты по профильным вопросам меня отговорили, посоветовали этого не делать“. Это выглядит как некий частный, технический вопрос, но, как мне кажется, вся эта история и подробный рассказ о ней — это не только иллюстрация того, каким образом Россия и президент борются, обеспечивают продвижение и защищают внешнеполитические интересы России, но также и то, каким образом реально в Кремле принимаются решения», — рассказал о ядерной тематике Алексей Зудин.

«Путин остается Путиным — несмотря на множество вопросов по внешней повестке, все-таки в своих ответах президент России отдавал приоритет повестке внутренней. Мы вступаем в большой электоральный период федеральных выборов, который продлится до 2018 года и закончится выборами главы государства. Так, отвечая на довольно-таки провокационный вопрос журналиста о возможности его, журналиста, участия в предварительном голосовании, Путин дал довольно лаконичный ответ. Да, система праймериз для того и придумана, чтобы оставить в прошлом бюрократически-номенклатурный принцип формирования линейки кандидатов в депутаты от самой массовой и популярной партии. То есть любой толковый, известный и понятный людям (избирателям) человек, который может быть полезен в высшем законодательном органе страны через этот механизм предварительного голосования может стать кандидатом в депутаты от ЕР. В этом смысле. Никакой номенклатурной хитрости. Все прозрачно и открыто», — прокомментировал выступление президента директор Международного института новейших государств Алексей Мартынов.

Источник


тэги
читайте также