15 ноября, пятница

Петербургский дневник. Оглядываясь назад

26 мая 2014 / 16:22
общественный активист

Воротилы западной экономики, как заведенные в течение всего Форума повторявшие антимарксистский призыв «разделять экономику и политику», сами себя вели исключительно по-марксистски, жёстко увязывая экономические вопросы с политическими. .

Пресса пестрит количественными показателями Форума - сколько и какого ранга акул бизнеса приехало, на сколько триллиардов договоров подписало, сколько поучаствовало первых лиц государств. Между тем о содержательной стороне Форума мало кто говорит, и, побывав на центральной пленарной дискуссии «Новая конкурентоспособность: альтернативы и перспективы», организованной Сбербанком, я сразу перестала этому удивляться.

Дискуссия шла в большом зале Дворца Конгрессов, вмещающем целую пару тысяч человек и председательствовал на ней, разумеется, Герман Греф. На сцене сидели министры Силуанов и Улюкаев, Якунин, Чубайс, Глазьев, Кудрин, скромно представляющийся деканом факультета свободных искусств и наук, уже неоднократно поминавшийся мной добрым словом лорд Мандельсон, управляющий директор компании «МакКинзи» Бартон.

По ходу обсуждения зал то и дело взрывался хохотом, как будто люди сидели на просмотре уморительной комедии, беспрестанно хохмили и смеялись сами спикеры, тем не менее, чем больше вдумываешься в смысл гэгов и лулзов, тем становится печальней…

Забавно, что воротилы западной экономики, как заведенные в течение всего Форума повторявшие антимарксистский призыв «разделять экономику и политику», сами себя вели исключительно по-марксистски, жёстко увязывая экономические вопросы с политическими. Несмотря на то, что на эту сессию их пригласили явно из вежливости, - панель представляла собой дискуссию тех, кто управляет экономикой России или, по крайней мере, формирует отечественный экономический дискурс, - лорд Мандельсон с самого начала завел унылую волынку про Украину и Крым. Лорда не перебивали, а Греф даже из вежливости ему поддакнул, мол, роль Украины оказалась куда выше, чем мы предполагали, в этом году наблюдаем рекордный отток инвестиций, более 65 млрд. долларов.

Аудитория заёрзала в предвкушении остренького, поскольку днем все уже отсмеялись над заочной дискуссией Медведева и Шувалова о роли санкций - находящийся тут же, на Форуме, вице-премьер Шувалов заявил, что западные санкции приносят серьезные последствия для российской экономики: «...Мы ощущаем и понимаем, что неформальный характер этого давления, которое осуществляют сейчас США и страны ЕС, – это всё для нашей экономики имеет серьёзные последствия...», - а при этом буквально в тот же день премьер Медведев сообщил агентству Блумберг прямо противоположное: «...Если говорить о прямом эффекте, то вопреки тому, что очень часто говорят в средствах массовой информации, что говорят некоторые аналитики западные, никакого существенного эффекта они пока не оказали...»

«Мне, - говорит руководитель Сбербанка Греф, - экономическая политика нашего Правительства вообще до конца не понятна - ни в части провозглашаемого, ни в части реализуемого». Вот это называется - «приехали».

«Мне, - говорит руководитель РЖД Якунин, - экономическая политика Правительства тоже не ясна». Типа, что происходит у меня в компании, я понимаю, а то, что снаружи, - нет.

«Я, - говорит декан свободных искусств Кудрин, - вообще давно уже внешний наблюдатель. Тем не менее, тоже наблюдаю мало понятного».

«Вы от меня ждете аналогичного признания? - смеется Улюкаев. - Вам всем хорошо, вы либо бывшие министры, либо будущие, а я действующий. Но, если хотите, могу в порядке самокритики сказать, что есть ощутимая разница между декларируемым и реальным».

«Есть ли необходимость пояснять, - говорит советник Президента Глазьев, - что я думаю о нашей экономической политике? Госсектор у нас вроде 50%, но он неэффективен без плановых индикаторов. Деньги, выделяемые на инновации, не тратятся, а размещаются на депозитах. Крупные банки крадут (да-да!! Можете не верить, но крадут) деньги, полученные под рефинансирование. 30% производственных мощностей простаивает. Положительное сальдо по внешней торговле под 200 млрд долларов, а длинный кредит организовать не можем….»

Надо, говорит Глазьев, снизить ставки по кредитам, полностью изменить монетарную политику. А главное - повысить личную ответственность каждого, а то у нас экономика - зона сплошной безответственности. Заставить людей исполнять законы.

Тут прорезается Якунин: мол, я тоже не понимаю, какая у нас сейчас экономическая политика, но я наоборот, считаю, что надо «категорически запретить любые проверки малого бизнеса хотя бы в течение первых пяти лет после его основания».

И тут не выдержала душа чубайсова. «Я, - говорит Чубайс, - категорически против всего, что сказал Глазьев. Какое, к черту, усиление контроля? Это же дополнительные контрольные органы, полицейский режим, новый ГУЛАГ! А у нас и так крайне осложнилась среда для бизнеса, какое вам ещё нужно усиление контроля?»

С этого момента дискуссия превратилась в бесконечную перепалку между Глазьевым и Чубайсом.

«Я, - говорит Глазьев, - про усиление контроля, если Вы не заметили, вообще ничего не говорил. Вы разницу между усилением контроля и повышением ответственности понимаете? Я, если хотите, сам за сокращение госаппарата, большой раздутый аппарат - символ безответственности!»

В этот момент лорд Мандельсон, видимо, желая перенаправить дискуссию в другое русло, снова завёл свою унылую шарманку про Украину и Крым, но шарманка почему-то очень быстро из унылой превратилась в угрожающую, а вытянутое лицо лорда стало зловещим. «Крым, - говорит, - это пиррова победа и экономический самострел России. И Россия в ближайшее время ощутит это на себе!»

Прозвучало у лорда это как-то слишком угрожающе, и он, видимо, сам это понял. «Главная опасность для России, - говорит, - это опасность самоизоляции. Время автаркических экономик прошло».

«Да у нас, - говорит Глазьев, - вообще никто не говорит об изоляции, кроме Запада, который так и норовит нас изолировать. В стране у нас нет политических сил, которые проповедовали бы самоизоляцию, -  на дворе 2014 год, и вообще не стоит нам угрожать, - мы-то никому не угрожаем».

Если бы Чубайс мог, он бы у Глазьева вырвал микрофон, но их предусмотрительно посадили на противоположные стороны сцены. «Кто кому угрожает? Мандельсон не угрожает, а предупреждает… Вот. Глазьев не видит политических сил в России, которые выступают за изоляцию, а я их вижу!»
Ты видишь суслика? Нет? А он есть!

Квинтэссенцией обсуждения стал блиц-опрос, которому Греф подверг участников: «Какой для России сейчас главный экономический приоритет?»

Бартон из «МакКинзи» говорит: дерегуляция.

Глазьев аж вздрогнул: «Мне вот сегодня улетать в Москву. Вдруг дерегулируют авиаперевозки?»

Бартон говорит: я, мол, не уход государства имел в виду, а снижение бюрократических препон и барьеров.

Греф процитировал Путина, призывавшего не путать дерегулирование и дебюрократизацию, а я подумала, может, трудности перевода сыграли свою роковую роль, когда западные рекомендации по снижению бюрократической волокиты наши власть предержащие, которым не терпелось распродать национальное достояние по дешёвке друг другу, в своё время умело переврали в свою пользу, вытесняя из экономики государство?...

Мои робкие сомнения развеял Министр Силуанов, провозгласивший основным приоритетом снижение доли госсектора.

Лорд Мандельсон говорит: вам надо забыть про индустриальную экономику, развивать сферу услуг. Российские участники вежливо, но красноречиво помолчали.

В общем, ответы российских участников (а они, замечу, все экономические руководители высшего ранга) не просто не совпали, а носили диаметрально противоположный, иногда взаимоисключающий характер. А мы ещё удивляемся, почему кто-то не понимает экономическую политику правительства, в том числе и тот, кто её формулирует и реализует. Да обычное дело…

Но меня гораздо больше потрясло голосование аудитории. После обработки электронного голосования, лидирующие с большим отрывом позиции занимали «развитие рыночных институтов» и «развитие малого бизнеса», а на последнем месте с жалкими 3% голосов были «развитие отношений с восточными странами» (вот тебе и китайский контракт) и «расходы на социальные программы». И это при том, что каждое второе выступление на Форуме начиналось с рассуждений про человеческий капитал, инновационное образование, качественную медицину!

Грустно, девицы…

Материал подготовлен Центром политического анализа для сайта ТАСС-Аналитика

тэги
читайте также