20 мая, понедельник

Реформа должна повлечь перераспределение финансов в структуре МСУ

21 февраля 2014 / 01:42
Директор Института приоритетных региональных проектов

Разрыв между региональными, городскими властями и гражданским сообществом преодолевается в рамках города.

Какие вы видите плюсы и минусы в предлагаемой модели?

Базовые принципы новой модели, которая не является единственной возможной, предполагают сохранение двухуровневой системы МСУ при усилении первого звена. Прежде всего, глав городов и районов.

На сегодняшний день муниципалы оказались на дне вертикали, хотя изначально этот уровень предполагался как базовый. Их подмяли районы, которые изначально предполагались как некий сервисный уровень власти, но в итоге стали такими начальниками. Возникла ненужная иерархия. Новый механизм эту ситуацию корректирует. Но нужно посмотреть, как это пойдет. Реформа должна повлечь перераспределение финансов в структуре муниципального устройства.

Второй базовый принцип – введение МСУ на внутригородских территориях городов, которые имеют районное деление. Любой большой город может перейти на районное деление.  Там одним из центров влияния должны стать общественники. Это удобно для городов, где есть конфликт между социальными группами.

Такое внутригородское управление часто сравнивают с системой в Москве и Санкт-Петербурге и говорят, дескать, зачем нужен такой уровень МСУ в городе, ведь он совсем невлиятелен. Я бы с этим не согласился. В столицах бюрократия рождается на среднем уровне, в т.н. управах (их наличие предполагает федеральный статус этих двух городов – ред.). В других крупных городах районное управление может оказаться очень эффективным. Районные администрации сейчас забюрократизированы, не всегда слышат проблемы конкретного заявителя. Местные депутаты могут помочь разобраться в ситуации или повлиять на то или иное локальное решение. Основная функция этого низового звена в городах – общественный контроль плюс различные функции общественного согласования, например, в области строительства.

Кроме того, этим снимается проблема, подчас, закрытости от людей городских дум, которые приходят на один срок и воспринимают свою легислатуру как возможность поучаствовать в приватизации имущества, распределении бюджетов, муниципальных закупках. А потом с добычей уходят куда-то дальше. Получается, что мэр города и городская дума сейчас неподконтрольны. Вышестоящие органы власти не могут повлиять, потому что начинается конфликт из-за вмешательства в дела МСУ. А снизу и некому влиять. Вот этот разрыв между региональными властями, городскими властями и гражданским сообществом преодолевается в рамках города.

Недостатки возможны. Они могут выразиться в слабости институтов гражданского общества, которые привыкли быть частью иерархии. Кто-то может начать давить на них. Тогда придется принимать дополнительные законодательные меры, чтобы этого избежать. Тут важный момент – качество работы общественных организаций. Часто они бывают слабы или непредставительны.

У нас любят говорить, что демократические институты не нуждаются в регулировке, т.к. само по себе их наличие формирует демократическое общество. Я бы не согласился, и приведу в пример латиноамериканские страны, которые еще в 19 веке скопировали у США все демократические модели. И вот они уже 200 лет в этих условиях живут и за это время они построили лишь олигархическую демократию, от которой общество отделено. Только в некоторых странах за счет развития общественного сектора удалось преодолеть этот разрыв. Так было в Аргентине, где действуют профсоюзы, разного рода общества защиты прав и пр. Поэтому усиление общественных организаций на уровне МСУ – это очень важно.

Как я понимаю, одна из целей реформы – деполитизировать МСУ. Откуда же будут браться новые политические лидеры?

Вопрос не в этом. Вопрос в том, чтобы перейти от политической модели, которая несет в себе риски политической конфликтности. К дестабилизации могут привести сами горожане, которые много лет подряд были чем-то недовольны, и их использовали в интересах узкой группы, либо вовсе недовольных не было, но  была создана такая видимость для прессы.

Модель, которая предлагается – более сбалансирована. Мы выделяем деполитизированный хозяйственный блок – это институт сити-менеджера, который несколько корректируется благодаря усилению влияния субъекта РФ. Это профессиональный блок, больше связанный с субъектом. Если, конечно, такая связка осуществляется для того, чтобы поставить город под контроль, то это не правильно. Но если цели, то для их достижения это целесообразно.

Политический смысл также присутствует. Речь об устранении конфликтов и формировании нового политического субъекта – консолидированного актива гражданского общества. Он консолидируется на площадке МСУ. Это коллективный выразитель интересов гражданского общества. Туда должны попасть и бюджетники и представители бизнеса. Главное, чтобы не началось засилие бюджетников.

У них запрос на популистскую риторику, в соответствии с чем они будут влиять на бюджет. Малый бизнес бывает зажат: налоги высокие, мешает кто-то, бюрократия, а бывает еще и проблемы на уровне муниципалитета: землю, например, выдают только по преференциям. Нужно, чтобы муниципалитет был заинтересован в развитии бизнеса на своей территории, потому что именно он дает деньги на развитие.
Я могу привести пример. В Волгограде мы реализуем эксперимент. При поддержке общественности городской, которая, мягко говоря, не очень довольна властью, мы сейчас формируем общественные районные думы и городскую думу. Мы там пытаемся сбалансировать представителей бизнеса и других социальных групп. В той системе, которая предлагается, этот принцип реализуем неоднозначно, потому что районные собрания формируются выборами и там может оказаться слишком много людей из бюджетной сферы, что опасно.

Как вы полагаете, отмена выборов мэров – это временная мера на период улучшения качества работы МСУ или постоянная?

У нас пока даже нет законопроекта, нет позиции федеральной власти по этому поводу. Поэтому пока сложно говорить, временная или нет.

Во Франции выборы глав на всех уровнях, кроме национального, непрямые. Мэров там никто не выбирает, они все из числа местных депутатов. Это не попытка создать авторитаризм, а с тем, что политическая культура такова, что люди склонны поддерживать популистов и демагогов. Часто мэрами становятся не те, кто хочет управлять территорией, а чтобы сделать себе политическую карьеру.

В России отсутствует политическая культура, большая часть населения относится к выборам как к ритуалу. Часто выборы используются, чтобы скинуть конкурента, а в дальнейшем всю конкуренцию ограничить. Выборы получаются не выборами, а толканием групп элит. Это проблема, в решении которой общество даже не пытается вклиниться. Население пассивно.

Конкуренция на выборах в России и не родилась, потому что конкуренция – это не тогда когда один у власти, а второй с ним борется. Конкуренция должна быть в голове, люди должны быть готовы слушать программы и между ними выбирать. Такую конкуренцию ничем не ограничить.

Материал подготовлен Центром политического анализа для сайта ТАСС-Аналитика