21 апреля, среда

Литература сейчас никак не влияет на общество

24 ноября 2013 / 02:18
журналист, политический обозреватель

Я не понимаю, какой смысл власти заниматься писателями, которых все равно никто не читает, и читать не будет уже никогда.

В чем вам видится смысл такого мероприятия как «Российское литературное собрание», прошедшее в РУДН с участием первого лица и порядка 500 представителей литературного цеха? Грубо говоря, что это было?

К сожалению, я не знаю подробностей. Но мне кажется, здесь есть некое непонимание. Я большой читатель. Я читаю лекции. Подход к литературе предполагает понятные рамки. Скажем, сталинский подход тридцатых годов – это подход к литературе как к производству текстов. Но сегодня литература – это не организация по написанию текстов. Литература сейчас никак не влияет на общество. На общество влияют скорее фильмы, отчасти СМИ и многое другое. Давно потеряв влияние на общество, литература больше не нуждается в целенаправленных усилиях по ее сборке. Все эти люди не помогут власти ни в чем. Подходить со сталинской меркой к участникам сегодняшнего литературного процесса странно. Это не значит, что сталинская мерка плоха: Пастернак и Булгаков вполне вписываются в этот сталинский контекст. Просто она устарела более, чем на полвека.

Кого Путину нужно собирать, так это рекламшиков, представителей ведущих рекламных агентств. Именно эти люди влияют на умы и сердца людей. Люди, чьи билборды и баннеры видит каждый проезжающий в Москве автомобилист. Он слушает рекламщиков по радио, кликает на их ссылки в интернете. Именно в этом контексте существует сегодня человек, а вовсе не в том, где важно, кто какой текст написал. Текст сегодня живет от дня до недели. Хороший роман Сорокина «Теллурия» вызвал всплеск интереса, но через два месяца о книге никто не вспомнит. А ведь Сорокин один из лучших писателей в России. Я погружен в литературный процесс как читатель. Я не понимаю, какой смысл власти заниматься писателями, которых все равно никто не читает, и читать не будет уже никогда.

Сейчас появятся очки google glass  в массовом производстве и весь этот контент, - а ведь литература – это тоже контент, а никакая не духовность, - контент длиннее абзаца вообще перестанет восприниматься. Восприниматься будут  только куски, фреймы информации

Литературное собрание – это начинание не хорошее и не плохое, но с чем после встречи с Путиным могут прийти писатели ко мне как к читателю? Да ни с чем! Отродясь они ко мне ни с чем не приходили. Тусуются там у себя, и пускай.

Если литература в современном обществе не несет идеологической функции, возможно, есть какие-то сугубо профессиональные, цеховые проблемы, какие-то объективные трудности, которые государство могло бы помочь решить: некоммерческая литература, толстые журналы…

Толстые журналы объективно умерли в девяностые. Возрождать их нет смысла. Почему? Опять подойдем к проблеме с точки зрения контента. Что такое контент толстых журналов? Это стихи и проза, которые нигде еще не выходили. Эти тексты поставляются потребителю упакованными в специфическую культурную обертку. Потребитель получает целую тумбу контента. Он садится, укутывается в плед и читает. Так делали в 1972 году. Но сейчас не 1972 год, а 2013, и теперь так никто не делает. Если кому-то что-то нужно прочесть, он просто гуглит и читает. Толстых журналов вообще не должно быть, и не потому что они экономически нецелесообразны, бог с этим. Экономически нецелесообразным может быть что угодно. У них просто нет потребителя. Конечно, можно себе представить, что где-то в далеком Сарапуле живет интеллигентная женщина, которая привыкла читать толстые журналы. Ничего страшного, проведите ей оптоволоконный интернет, она будет смотреть сериал  «Гримм» на HBO, и навсегда забудет о толстых журналах. Широкополный интернет делает толстые журналы бессмысленными с точки зрения контента. Возрождать их – то же самое, что гальванизировать труп.

У писателей, конечно, есть цеховые проблемы. Главная проблема писателей состоит в том, что они никому не нужны. Поможет ли им решить эту проблему Путин – я не знаю. Сомневаюсь, что Путин поможет им создать тот контент, который им нужен. Как правило, они гонят какую-то жуткую пургу, откройте какой-нибудь «Новый мир» - это просто чудовищно, это невозможно читать, да и не зачем.

Конечно, есть отдельные писатели, способные создать контент, который хоть кому-то будет интересен. Я, собственно, мог бы привести список, там человек пять. Все остальные – это халтура, которая выдает себя за нетленку.

Сам тип контента, который производят наши писателиы, называется большой роман. Этот тип контента умер еще до смерти Чехова. Еще Чехов по этому поводу очень страдал. Это в целом проблема начала ХХ века. Большой роман в России был реанимирован благодаря Великой отечественной войне. Появились Симонов, Гроссман, вся эта плеяда, отчасти шестидесятники, выросшие из лейтенантской прозы. Чтобы реанимировать большой роман, нам нужна новая Великая отечественная война. Как-то не хочется…особенно ради какого-то романа. Просто сам тип контента, который производят наши писатели, устарел, и Путин им не поможет.

Материал подготовлен Центром политического анализа для сайта ТАСС-Аналитика