22 февраля, пятница

За что я (не) люблю Америку, за что Америка (не) любит меня?

13 октября 2014 / 14:18
писатель, журналист, телеведущий

Россияне определились с врагами. Такой вывод можно сделать из социологического исследования, проведенного Всероссийским центром изучения общественного мнения (ВЦИОМ).

Россияне определились с врагами. Такой вывод можно сделать из социологического исследования, проведенного Всероссийским центром изучения общественного мнения (ВЦИОМ) — 73 процента опрошенных назвали США главным врагом России. Для сравнения, в 2008 году такой точки зрения придерживалось только 25 процентов россиян.

Обязательно разберемся, что стало с нашим обществом, нужно ли бояться таких результатов, кто и зачем сформировал у нас образ врага. Но вначале послушаем одну историю.

Однажды наш президент, выступая перед выпускниками Военной академии Генерального штаба Вооруженных Сил РФ, заявил: Россия по большинству оборонных показателей не имеет соперников в мире. Мало кто может потягаться с нами в военном плане. Да практически никто — без гарантированного взаимного уничтожения. Шансы, что кто-то будет угрожать непосредственно нам — ничтожны.

Вопрос, который стоит перед нами, сказал президент, не в том, будет ли Россия лидером, а в том, каким образом она будет осуществлять свои лидерские функции. Справедливо ли сосредоточиться только на собственных проблемах? Не замечать, что у берегов Сомали захвачен корабль, что в Нигерии похищают школьниц, что в Колумбии дела идут совсем неважно и в Мексике скорее не государство воюет с наркокартелями, а наркокартели с государством? Не замечать, что к нам, к России обращают взоры, ожидая нашей помощи?

Президент повысил голос: «Будем ли мы заботиться только о собственном процветании и благополучии, или распространим процветание и благополучие на весь мир?»

Строй офицеров в парадной форме стоял не шелохнувшись.

«Безусловно, — чеканил верховный главнокомандующий, — в XXI веке самоизоляция России невозможна. Мы не можем позволить себе игнорировать то, что происходит за пределами наших границ. Россия была и остается единственной нацией, без которой невозможно обойтись. Так было раньше, так будет и впредь!»

Спустя какое-то не слишком большое время Американский институт общественного мнения, больше известный как Институт Гэллапа, предложил респондентам в США ответить на вопрос: «Вы считаете Россию нашим союзником, либо другом, но не союзником, либо недружественной страной, либо врагом?»

СМИ вышли с аршинными заголовками «Рекордные 68 процентов американцев считают Россию врагом»! Впервые! С окончания Холодной войны, чуть ли не со времен Карибского кризиса. Достаточно упомянуть, что в 2006 году лишь 20 процентов американцев считали Россию недружественным государством или врагом, в то время, как 73 полагали скорее дружественным. В далекие 90-е лишь 32 процента опрошенных говорили о России как о противнике.

В этой истории практически все вымысел. Не произносил президент Путин такой речи перед выпускниками Военной академии Генерального штаба Вооруженных Сил России. Вы вообще можете себе представить российского президента, выступающего с подобными словами? Боюсь, даже в парадном офицерском строю, по линеечке выверенном и неподвижном как гранит, слишком многих передернуло бы — слишком важны для нас всех воспоминания о нашествии таких вот «культуртрегеров» с комплексом собственной исключительности.

Нет, Путин такого не говорил, это краткий пересказ речи Барака Обамы перед выпускниками Вест-Пойнта в мае 2014 года.

А вот опрос «Гэллапа» — это чистая правда. Он был опубликован «Гэллап политикс» 27 марта 2014 года под заголовком «Рекордные 68% жителей видят в России врага и недружественную страну». И динамика общественных настроений в США, приведенная выше — 32 процента в 90-е, 20 процентов в 2006-м — тоже чистая правда. Нас любили-любили, да и разлюбили.

Но ведь Путин-то ничего подобного не говорил!

Он не призывал вмешиваться во внутренние дела Мексики, чтобы познакомить местное население с древней и могучей российской культурой, не говорил, что неплохо бы в забитую и нищую Колумбию привнести известное русское свободомыслие, он даже Сомали от пиратов не предлагал избавить при помощи авиации.

В марте Крым вернулся в состав России — но не полуостров же Юкатан в непосредственной близости от границ США? Или американский обыватель уже всерьез нацелился провести свой летний отпуск на вольном побережье Тавриды, а тут Симферополь и Москва смешали все планы? Нет, серьезно, что заставило почти 70 процентов обывателей в США считать Россию врагом, на какие их законные интересы мы покусились, чем задели?

Не можем же мы предположить, что американский агитпроп целенаправленно формирует образ врага? Или можем? И означает ли это, что результат опроса — всего лишь один из срезов официальной позиции США, преломившейся через общественное мнение?

Вернемся к опросу ВЦИОМ. Кстати, у наших социологов вопрос был сформулирован гораздо мягче, чем у «Гэллапа» — американцы прямо указывали на «недружественную страну» или «врага». ВЦИОМ попросил ответить «С какими странами у нашей страны в настоящее время сложились наиболее напряженные, враждебные отношения?»

И вот, казалось бы — ответ очевиден, у нашей страны вот прямо сейчас наиболее напряженные отношения сложились с Украиной.

Почитать украинские СМИ — так они вообще уверены, что находятся в состоянии войны с Россией.

Но наши граждане называют США.

Можно, конечно, порассуждать о вездесущем кремлевском агитпропе, что из своих соображений формирует у населения образ врага. Ну, мол, мир по-прежнему готов стать солнечным и полным улыбок, нам нужно лишь отказаться от несвободы, имперских амбиций, от застарелого милитаризма, антиамериканизма, гендерного шовинизма и преследования секс-меньшинств. Ну и там, по ходу пьесы, нас еще от чего-нибудь застарелого и косного попросят отказаться — но ведь ради солнечного света и демократии во всем мире. На что Кремль, конечно, идти не готов — ради сохранения своей власти. Вот и формирует.

Но меня вот что беспокоит: если почти 70 процентов населения США считают нас, Россию — недружественной страной или врагом. Без видимых на то оснований. И если это, не дай бог, одно из проявлений официальной американской позиции. То может быть наше отношение к США, зафиксированное социологами — это просто констатация факта?

Да, непростые отношения сложились, напряженные и, наверное, даже враждебные. Шутка ли — 70 процентов.

Материал подготовлен Центром политического анализа для сайта ТАСС-Аналитика

тэги
читайте также