30 ноября, вторник

Какое отношение к олимпийскому движению имеют дисквалификации по паспорту спортсмена

02 декабря 2014 / 17:27
публицист, автор статей о политике, спорте и искусстве

Ты виноват уж тем, что хочется им кушать.

6 февраля The New York Times порадовал откровением бывшего главы олимпийской антидопинговой лаборатории в Солт-Лейк-Сити, сообщившего, что положительных проб на дарбэпоэтин на Играх 2002 года было пять, а не три. Дисквалификации в Солт-Лейк-Сити подверглись немец Йохан Мюлегг, разругавшийся с родной немецкой федерацией и выступавший за Испанию, а также россиянки Лариса Лазутина и Ольга Данилова.

«По словам Дона Кэтлина, положительные допинг-пробы в последний день Олимпиады сдали еще два биатлониста. Международный олимпийский комитет (МОК) принял решение не объявлять об этих случаях, так как сомневался в том, что выиграет дела в Спортивном арбитражном суде (CAS). Кэтлин и бывший президент МОК Жак Рогге предполагали, что могут возникнуть проблемы с научной достоверностью теста и процедурными вопросами.

В 2002 году Рогге спросил меня: «Ты сможешь выиграть дела в CAS?» Я ответил утвердительно, но сказал, что нам придется много работать, чтобы выиграть три первых дела. Поэтому мы решили остановиться на них. Мы не могли рисковать и говорить обо всех пяти пробах. Проиграй одно дело – и твоя репутация потеряна».

Отметим, что в последний день Игр-2002 прошла мужская эстафета, медали в которой завоевали команды Норвегии, Германии и Франции», - цитирует NYT сайт Sports.ru.

Итак, почему норвежцев и немцев на допинге не ловят? А потому что боятся дело в суде проиграть. Поручик, не ржать!

То, что с методикой и тестами дело не чисто, писал мне специалист ещё тогда, сразу после Олимпиады в 2002 году:

«Аранесп - это ЭПО, модифицированный таким образом, что эта молекула в несколько раз дольше, чем обычный ЭПО живет в кровотоке. Это достигается путем замены двух аминокислот и создания двух дополнительных "сахарных хвостиков", или, говоря по-научному - сайтов гликозилирования. В результате, аранесп циркулирует в крови 7-10 дней. То есть, в течение 7-10 дней в моче можно теоретически обнаружить его следы. А это значит, что положительная проба 21 февраля в принципе не может стоять одиноко среди отрицательных проб 8, 15 и 24 февраля, когда у Лазутиной также брали мочу на ЭПО-анализ. Либо метод не работает, либо ребята врут, и никакого допинга там не было в принципе».

Кстати, о шансах России в том деле он сразу отзывался не утешительно. И оказался прав.

«Парни из МОК и ВАДА все поставили на карту. Неудача для них означает позор и полный крах карьеры. Поэтому будет задействован весь имеющийся административный ресурс».

Интересна здесь позиция Жака Рогге, возглавившего в 2001 году олимпийское движение. К слову, ни одна Олимпиада при нём не обошлась без скандалов. Если ты уверен в методе, то нет разницы, защищать его в CAS по трем делам или по пяти. Если же ты считаешь, что дела в суде развалятся, как только на прочность их проверят те, кто имел отношение к дарбэпоэтину и методике его обнаружения, то какое отношение к олимпийскому движению имеют дисквалификации по паспорту спортсмена и по степени интегрированности его страны в «ближний круг» органов спортивной власти?

Материал подготовлен Центром политического анализа для сайта ТАСС-Аналитика