30 сентября, пятница

С легендой бессмысленно спорить, ее бессмысленно переоценивать

07 сентября 2014 / 18:54
директор учебно-научного центра «История и экранная культура» факультета истории искусства РГГУ, ведущий научный сотрудник НИИ киноискусства

Ремейки порождают иллюзию переоценок выдающихся, а иногда и великих произведений, но на деле – они просто на них паразитируют.

С моей точки зрения, ремейки порождают иллюзию переоценок выдающихся, а иногда и великих произведений, но на деле – они просто на них паразитируют. Можно, конечно, сослаться на Запад, на то, что производство ремейков – устойчивая тенденция. Но каждый нормальный ремейк – это неизбежно полемика, это новая глубина. В нашем случае ничего подобного не наблюдается.

Между тем, поветрие лишь набирает обороты. Отсутствие продуктивных идей у продюсеров, во-первых, и, во-вторых, что куда более важно, недоверие к тем сегодняшним кинематографистам, особенно молодым, у которых свежие идеи, безусловно, есть. Как кажется, ремейк – штука надежная, успех просчитывается заранее, но, судя по всему, что мы видели в последнее время, ничего подобного не происходит.

Поэтому я не думаю, что производство ремейков -  эффективный путь развития кинопроизводства, хотя остановить этот тренд, видимо, невозможно.

Моя позиция основывается, прежде всего, на том, как были приняты «Игла» и «Асса-2», сделанные теми же людьми, которые работали над оригинальными фильмами. Им было интересно «влить новое вино в ветхие мехи» (другой вопрос, что из этого получилось).

Когда же речь заходит о признанных шедеврах, особенно в отсутствие тех, кто их создавал, когда создателей давно уже нет – производство ремейков вряд ли можно считать приемлемым. Я не стал бы никого упрекать, потому что мало ли кто говорит о морали, но для меня этот момент существует безусловно. Просто на этику у нас почти никто не реагирует, потому, что апелляция к ней, как правило, оборачивается демагогией. В данном случае я говорю исключительно о зрительской реакции. Понятно, классика – к ней можно возвращаться снова и снова. Но «А зори здесь тихие…» - это современное произведение, оно было современным в 1969-м, и очень много тогда значило в том, что касается переосмысления некоторых идеологем, определяющих способ демонстрации войны на экране. Неслучайно был замечательный спектакль театра «На Таганке», и в школе это преподавали – рекомендовали для внеклассного чтения.

Что же касается «Кавказской пленницы», то Гайдая, похоже, пора заносить в Красную книгу, потому что у него всегда было уникальное чувство смешного. Надо быть очень смелым, очень наглым и очень талантливым, чтобы дерзнуть хотя бы попробовать сравняться с гением. Без этого и приступать не стоит

В тоже время есть фильмы, которые, которые совершенно необходимо переснять или продолжить – показать, что было бы с героями в наши дни. Я даже могу понять ситуацию с «Иронией судьбы», хотя сам категорически не принимаю эту картину. Тут нет единого правила на всех. Но коль скоро мы говорим о «Зорях…» (я бы добавил еще «Кавказскую пленницу»), то здесь работает принцип: во-первых, «не трогайте автора, которого уже нет для современников», а, во-вторых, надо обладать действительно очень большим талантом, чтобы рискнуть потягаться.

Я придерживаюсь дифференцированного подхода. Не то чтобы ремейки – это вообще плохо, и их нужно немедленно запретить, но просто есть вещи, которым совершенно бессмысленно подражать, которые бессмысленно переоценивать и совершенно бессмысленно надеяться на то, что придут люди и посмотрят. Эти вещи существуют в культурной памяти двух конкретных поколений. Что было, то было.

А что стоило бы переснять?

Вообще-то, это коммерческая тайна. Могу сказать обобщенно: есть фильмы о вредителях середины 50-х гг. Тогда за какие-то два-три года наш кинематограф задышал, ожил, очнулся от кошмарного обморока малокартинья. Тогда как раз было много приключенческих картин. Отчасти еще работала старая схема, эксплуатирующая образ диверсанта, врага и т.д., но уже была гораздо более раскованна камера, были прекрасные актерские работы. Назову, к примеру, фильм Александра Столпера «Дорога». Это фильм 1954 года, где играли молодые Евгений Матвеев, Андрей Попов, Николай Гриценко. Этот фильм действительно было бы интересно переснять сегодня. Действие там происходит в горах и, в принципе, схема шпионского детектива может быть легко спроецирована на современность. Для этого требуется смелость, оригинальность, знание ситуации, знание кино.

Эти картины середины 50-х гг., между прочим, привели людей в кинематограф в 50-е годы. Появился интерес к жанровому кино. Гайдай, между прочим, очень активно использовал приемы оттуда, что прекрасно было понятно его современникам в 60-е гг. Там есть внутреннее богатство возможностей, еще не израсходованных, и это интересно делать. А тут авторы сами себя загоняют в ловушку. Первая ловушка в том, что мало кто может потягаться, а вторая – в том, что это уже стало легендой. С легендой бессмысленно спорить, ее бессмысленно переоценивать. Там, где живое, где есть с чем спорить с позиций сегодняшнего дня - другие чувства героев, другие настроения – даже если тебе резко не нравится фильм, ты признаешь право авторов еще раз вернуться к любимому сюжету.

Тем более, мне непонятно, когда нет успеха. Это как с колоризацией. Что такое «17 мгновений весны» в цвете? Это просто аляповатая, бессмысленная картинка. А наше черно-белое кино было замечательным и очень интересным. Подобные споры, собственно, ведутся уже ни один год, но сводятся, как правило, к сотрясанию воздуха. Потому что все равно продюсерам запретить нельзя, да и не надо. Мне просто жалко молодых, у которых есть свои оригинальные идеи.

Материал подготовлен Центром политического анализа для сайта ТАСС-Аналитика