20 сентября, пятница

М. Дегтярев: Я термин «хозяйственник» вообще не понимаю

30 июля 2013 / 19:34

Выборы мэра Москвы, запланированные на 8 сентября, привлекли внимание политиков самых разных взглядов, убеждений и степени оппозиционности. Центр политического анализа продолжает серию интервью с основными претендентами на пост московского мэра. Выдвиженец ЛДПР, «сокол Жириновского» Михаил Дегтярев считает Навального «агентом Запада» и готов «практически на любые компромиссы» с федеральной властью, если станет мэром. Однако тут же Дегтярев критикует действующую администрацию Москвы и полагает, что аудит городского бюджета выявит до полутриллиона неэффективно расходуемых средств, что даст возможность кратно поднять зарплаты бюджетникам. На чьей же стороне на самом деле Михаил Дегтярев, попытался разобраться Центр политического анализа.

Интервью проходило в здании Центрального аппарата ЛДПР, где вовсю шла предвыборная работа: листовки, разговоры о пикетах, бегающие активисты. Прежде чем приступить к интервью, Дегтярев участвовал в собрании своих штабистов, которое частично удалось понаблюдать и нашему корреспонденту.

Кандидат вручал «корочки» доверенных лиц, в частности - известному экономисту Никите Кричевскому. Вручил он такую и представительнице Ассоциации родителей слепых детей Светлане Прохоровой, которая явно была удивлена этим, поскольку, как она уверяет, ехала в штаб лишь на предварительные переговоры.

Последнее, что удалось понаблюдать корреспонденту – обсуждение плакатов. Штабисты долго не могли решить, как будет более "по-русски" – "Дегтярев Михаил" или "Михаил Дегтярев". Кричевский настаивал на втором варианте, но сошлись все же на первом из сугубо технологических соображений - в бюллетене сначала будет значиться фамилия кандидата.

На вопросы кандидат Дегтярев отвечал в интерьере, исполненном в партийных желто-синих цветах, на фоне многочисленных портретов лидера партии Владимира Жириновского. Их обилие создавало впечатление личного присутствия вождя, причем сразу во многих амплуа: вот Жириновский сидит с президентом, вот он в молодости, а вот - в образе русского боярина. К слову, именно так в шутку Дегтярев называет партийного босса, позируя для приглашенного фотографа рядом с его портретом.

«ВО БЛАГО МОСКВИЧЕЙ МЫ ГОТОВЫ К ПРАКТИЧЕСКИ ЛЮБЫМ КОМПРОМИССАМ С ФЕДЕРАЛЬНОЙ ВЛАСТЬЮ»

Вы обещали рост зарплат бюджетников до 62 тысяч рублей к 2015 году и до 125 тысяч рублей к 2018 году. Откуда планируете брать деньги? Как добиться роста зарплат на 300% за 5 лет (по разным данным в 2013 году доход бюджетников колеблется в пределах 30 тысяч рублей в месяц)?

М. Дегтярев: Начнем с того, что это предложение появилось из майских указов президента Путина. В своей программе я со своими консультантами, экономистами, советниками, профессором Никитой Кричевским, опираемся на майские указы главы государства. А они обязательны к исполнению и правительством и субъектами РФ. Там четко сказано, что средняя зарплата бюджетников к 2015 году должна быть не ниже уровня средней по экономике субъекта. В Москве это 64 тысячи рублей. К 2018 году – удвоение. Это 125 тысяч рублей.

Как? Два механизма. Первое – рост доходной части бюджета. Второе – новые внутренние резервы после проведения аудита. По нашим оценкам, до полутриллиона рублей в Москве ежегодно расходуются неэффективно (бюджет Москвы составляет примерно 1,6 трлн руб.). Мы уверены, что после проведения аудита не только самого бюджета, но и всех бюджетополучателей – государственных бюджетных учреждений – мы эти цифры найдем. И третье – в законе Москвы четко закреплено пропорциональное отношение зарплаты руководителя бюджетного учреждения и служащего. Будь то врач, будь то профессор московского городского вуза, будь то мастер производственного обучения, будь то воспитатель. Сегодня, конечно, мы видим, что многие руководители получают в разы больше своих подчиненных, что неправильно. Получается, что средняя зарплата не отражает реальный доход большинства бюджетников.

Вы предлагаете выдавать многодетным бедным семьям на территории Новой Москвы по гектару земли под «родовые имения». Под такое описание попадают прежде всего семьи трудовых мигрантов из Азии или переселенцы из южных регионов страны. Насколько я знаю, в ЛДПР к нахождению таких жителей в нашей стране относятся критически. Вы не опасаетесь, что если воплотить в жизнь ваше предложение по поводу имений, это будет способствовать появлению своеобразных этнических анклавов?

М. Дегтярев: Идея о родовых имениях высказывалась кандидатом в сенаторы от Москвы, председателем комитета Госдумы по делам общественных объединений и религиозных организаций, членом нашей фракции Ярославом Ниловым. Эту идею мы готовы прорабатывать после избрания.

Да, легальные многодетные мигранты, выходцы с Кавказа будут подпадать под эту категорию. Но давайте будем откровенны: во-первых, у нас перед законом все равны, во-вторых, эта мера будет стимулом для русских семей рожать второго и третьего ребенка. Да, кто-то из выходцев с Кавказа, кто легально проживает в Москве, платит налоги, соблюдает традиции и обычаи москвичей, попадет под действие этого закона. Но мы больше рассчитываем на всплеск рождаемости в русских православных семьях.

Основное же предложение по поводу жилья – давать всем молодым семьям ипотеку под 1% годовых. Это реально осуществить за счет площадей, которые отходят Москве по инвестиционным контрактам. Это порядка 750 тысяч квадратных метров жилья в год.

Самый экзотичный пункт вашей программы – введение дополнительных выходных для женщин. Вы уже это правило в ЛДПР внедрили, сотрудницы партии им пользуются?

М. Дегтярев: Пользуются очень многие. Мы относимся к своим сотрудникам по-человечески. Те, кто работает в моей команде – а в ней очень много девушек – волевым решением освобождаются от работы на эти дни.

По вашим подсчетам, ежегодно оплата дополнительных выходных для женщин (по 2 в месяц) обойдется городскому бюджету в 28 млрд рублей. Эта цифра считалась из расчета прожиточного минимума. На сегодня он составляет в столице 9625 рублей в месяц. Это примерно 480 рублей за 1 выходной. Как вы думаете, многие согласятся за такие деньги брать выходные?

М. Дегтярев: Дело не в деньгах. Я был обязан подсчитать эту сумму как кандидат. Дело в здоровье, социальном самочувствии прекрасной половины человечества.

ЛДПР – партия во многом антикоммунистическая, антисоциалистическая. Жириновский неоднократно критиковал коммунистов за преступления прошлого, называл коммунизм отсталой идеологией. Но то, что вы предлагаете – допвыходные для женщин, зависимость зарплат младших сотрудников от зарплат руководства в бюджетных организациях – это откровенно социалистическая мера.

К коммунизму это отношения никакого не имеет. Коммунизм – это утопия, которая доказала свою нежизнеспособность и разрушила российскую государственность дважды: в 1917 и 1991 годах. Поэтому к идеологии это предложение не имеет никакого отношения. Но в нашей Конституции записано, что Россия – это социальное государство. Это значит, что мы обязаны в этом направлении вести законотворческую, а в случае избрания в исполнительную власть, и управленческую работу.

Если говорить о бюджетниках вообще, то принцип социальной справедливости и указы президента России никто не отменял.

Я хочу еще добавить, что, несмотря на то, что я представляю оппозиционную партию, в случае избрания на высокий государственный пост в любом случае буду находить компромисс с федеральной властью и работать над исполнением обязательных указов президента. Я не могу сделать рядового москвича заложником партийных конфликтов с президентом.

Один из кандидатов на этом постоянно пытается набрать очков, показывая, что будет работать с федеральной верховной властью контрпродуктивно. Любой здравомыслящий человек спросит, а мне от этого лучше будет? И любой нормальный человек ответит, что будет только хуже. Потому что, например, если из Москвы уйдут 2-3 крупных налогоплательщика, то не на что будет ни мести улицы, ни стричь травку, ни латать трубы, ни топить ТЭЦ. Денег просто не будет. Доходная часть в разы снизится из-за конфликтов.

А как далеко Вы готовы зайти в этом компромиссе?

М. Дегтярев: Во благо москвичей мы готовы к практически любым компромиссам с федеральной властью. Рядовые москвичи заслуживают, чтобы Москва была комфортным городом, в котором можно будет жить в достатке, где будет порядок.

«УЗНАВАЕМОСТЬ В СОВРЕМЕННОМ МИРЕ ДЕЛАЕТСЯ С ПОМОЩЬЮ ВЫСОКИХ ТЕХНОЛОГИЙ»

А вообще вы считаете должность мэра Москвы политической или же, как это распространено, больше хозяйственной, как это повелось со времен Лужкова?

М. Дегтярев: В любом случае мэр Москвы – это политик. Это очевидно. Я термин «хозяйственник» вообще не понимаю. У нас очень многие хозяйственники довели города и регионы до такого состояния, что сегодня требуется антикризисное управление. Если говорить о Лужкове, то это точечная застройка, которая при нем процветала, необустроенность дворов. Где ж тут хозяйственность? Это какое-то клише, которое люди сами себе придумали и сами себя провозгласили «хозяйственниками».

Я считаю, что мэром, прежде всего, должен быть политик, а во вторую очередь, управленец, который грамотно сформирует самую широкую команду по профессиональному признаку. Из людей любых политических взглядов. Мы ни в коем случае пренебрежением к другим политическим силам или взглядам не страдаем. Ни о какой люстрации, как предлагает один из кандидатов, мы не говорим. Есть толковые управленцы во всех партиях.

Если вспомнить как пример бывшего мэра Самары, откуда вы родом, выдвиженца «Справедливой России» Виктора Тархова (работал до 2010 года). Вот он был весьма политизированным мэром, но карьеру закончил не очень хорошо (со скандалом проиграл очередные выборы). Как вы его оцениваете в контексте исполнения обязанностей мэра?

М. Дегтярев: Крайне негативную характеристику могу ему дать. Его сначала провозгласили хозяйственником, а когда поняли, что с хозяйством дела плохи, назвали политиком. Закончилось все 17% на выборах. Так что он - ни то, ни другое. С ним вообще сравнивать нельзя. Он хороший русский мужик, но не хозяйственник и не политик. Скажу об этом прямо.

Если вы согласны с тем, что должность мэра Москвы политическая, то как вы собираетесь захватить сердца и умы москвичей притом, что ваши рейтинги и узнаваемость пока, мягко говоря, невысоки?

М. Дегтярев: Узнаваемость в современном мире делается с помощью высоких технологий, интернета, агитации, наружной рекламы, интересных инициатив. Неизбежно в информационном пространстве нам приходится выступать с оригинальными идеями.

Кроме того, я сразу говорю москвичам, что иду на два срока, а после второго я уйду. Горизонт планирования – 10 лет. Ни один другой кандидат об этом не говорит: либо не рассчитывает на победу, либо понимает, что придется уносить ноги. Мы действуем по-другому.

 Сможете пойти по стопам Жириновского?

М. Дегтярев: У каждого свой стиль. Владимир Вольфович знает пять языков, профессор, доктор философских наук. В жизни он кардинально отличается от того образа, который ему сделали СМИ. Сегодня Владимир Вольфович является заложником своего имиджа. Из любой его речи, многие из которых тянут на учебники по разным дисциплинам, выдергиваются разные оригинальные высказывания и преподносятся как единственные из всего сказанного. Жириновский один в своем роде. У меня свой стиль.

Я имел в виду не стиль, а, скорее, успешность как публичного политика.

М. Дегтярев: Успешность будет меряться через несколько лет.

А как у вас складываются отношения с прессой? Нравится или нет с ней работать, получается или нет?

М. Дегтярев: В современном обществе без прессы никуда. СМИ – это реальная четвертая власть. Контакты с журналистами мне приходится налаживать с 2001 года, когда я впервые дал публичное интервью, будучи лидером молодежного движения «Идущие вместе» в Самарской области.

«НАМ НИКТО НЕ МЕШАЛ И НЕ ПОМОГАЛ»

Когда вы выдвигались кандидатом, были ли у вас какие-то проблемы со сбором подписей муниципальных депутатов (по закону для выдвижения в Москве необходимо собрать подписи 6% муниципальных народных избранников, это 110 подписей)?

М. Дегтярев:  Проблем не могло не быть. У нас партийцев и сторонников в муниципалитетах было порядка 70 человек. Гарантировано мы не могли обеспечить прохождение «фильтра». Мне пришлось провести порядка 150 личных встреч и разговоров по телефону с депутатами-самовыдвиженцами, членами других партий. И мы достаточно успешно все прошли, собрали около 150 подписей, сдали 112. Остальные оказались двойными, тройными, то есть, когда из одного района 2-3 депутата. По закону должно быть не менее 110 разных муниципалитетов.

ЛДПР позиционирует себя как партия оппозиционная. Вы не брезговали подписями членов других партий, например, партии власти?

М. Дегтярев: Для депутатов местного самоуправления главное не партбилет, а местность, где они живут, их избиратели.

Ну, Собянин же просил депутатов от «Единой России» подписываться за оппозиционных кандидатов?

М. Дегтярев: За нас никто не просил подписывать. Другое дело, что мы не ощутили административного давления. Во-первых, была предоставлена очень хорошая площадка – совет муниципальных образований Москвы. Она была предоставлена как логистическая. Каждый депутат знает, где она находится – Новый Арбат, дом 11, 6 этаж. Туда нам позволили посадить нашего дежурного нотариуса, который там дневал и ночевал.

Дело в том, что после того как с депутатом достигается договоренность о подписи, нужно было его подпись нотариально фиксировать. Как это сделать, если я встретился вечером с депутатом, например в 9 вечера, мы с ним договорились о поддержке. Как ему подпись поставить? Мы договаривались, что он на следующий день в любое удобное время приедет и у дежурного нотариуса оставит подпись.

С точки зрения логистики всем кандидатам были предоставлены равные возможности.

Вы упомянули, что на себе административного давления не испытали, а какие-то другие кандидаты испытали?

М. Дегтярев: Этот известный чудак – кировский узник – как мы его называем. Всеми своими действиями провоцировал власть. Он раньше всех направил письма, всех обзвонил, в том числе с угрозами. Просили мотивировать свой отказ, хотя депутат вообще не обязан ни перед кем отчитываться. Этим настроил против себя больше половины всех народных избранников в Москве.

Мы другой путь избрали. С каждым беседовали, уговаривали, очаровывали, в том числе депутатов-женщин. И прошли успешно фильтр. Нам никто не мешал и не помогал.

К слову о столичных властях. Вы ранее говорили, что многие столичные чиновники пишут вам письма, присылают резюме, чтобы заранее обеспечить себе место в вашей будущей администрации. Расскажите подробнее, кто что пишет?

М. Дегтярев: Несколько десятков уже. В основном пишут из государственных бюджетных учреждений.
 

А какого ранга эти чиновники?

М. Дегтярев: Это даже не чиновники, а люди, которые осваивают бюджетные деньги. Те, кого я намерен просветить рентгеном сразу же после выборов посредством независимого аудита. Мы проверим не только бюджет, но и бюджетополучателей: от школ и заканчивая парками, музеями и государственными бюджетными учреждениями по управлению ЖКХ. Вот где деньги неэффективно расходуются.

Всех директоров мы приравняем к чиновникам. Они буду отчитываться мне о доходах и расходах.

Но ведь ни мэр, ни его администрация не может увольнять директоров школ, а практически все жилищно-коммунальные организации частные.

М. Дегтярев: Я повторяю: государственно-бюджетные учреждения – она применима к любой сфере. В Зеленограде у нас есть ГБУ по управлению ЖКХ. Есть ГБУ Музей Москвы, есть ГБУ парк, ГБУ – это школы. ГБУ - это университеты.

То есть письма вам пишут люди уровня директора парка?

 М. Дегтярев: Да, директоры, замы. Все пишут.

Вы анонсировали несколько PR-мероприятий, вы намереваетесь посещать бани и кладбища. Но подобные вещи не отпугнут от вас, как от кандидата, более интеллигентную публику, которая может быть даже больше склонна ходить на выборы, чем люди, которые любят такого рода PR?

Журналисты выдернули из того, что я сказал, что я, дескать иду в баню или я всех послал в баню. Мы говорим, что у русского человека есть традиции, например, ходить в баню. Но в московских банях не всегда соблюдаются санитарно-эпидемиологические нормы, во многих очень высокие расценки. Вот мы хотим неожиданно проинспектировать какую-нибудь баню, и, возможно, сделаем это совместно с председателем партии. После сделаем или ряд заявлений или ряд запросов в московское правительство или же выступим с какими-то предложениями.

А почему бы не начать с чего-то другого, более существенного?

М. Дегтярев: А мы и не с этого начали, мы уже месяца полтора ведем избирательную кампанию.

А какие тогда у вас планируются еще публичные мероприятия кроме бань, кладбищ и старой квартиры Владимира Жириновского?

М. Дегтярев: Например, позавчера я встречался на площади возле железнодорожного вокзала с зеленоградцами. Мы с Владимиром Вольфовичем посетим какой-нибудь рынок, ярмарку выходного дня, заедем в дом детского технического творчество, которых должно быть больше, потому что они рождают в ребенке интерес к инженерным изысканиям. Потом человек всю жизнь изобретает, создает, становится творцом.

Посетим спортивные мероприятия, много еще куда поедем. На те же кладбища. Проблема с ними в Москве крайне серьезная. Сегодня у москвича практически нет возможности получить или купить место на кладбище в Москве. Едут хоронить своих родных за сотни километров от Москвы. Это серьезная проблема, мы не можем о ней не упомянуть в своей агитации.

А собираетесь посещать какую-нибудь организацию ЖКУ, которую потом планируете «просвечивать» после выборов?

М. Дегтярев: Обязательно. И ДЭЗы будем посещать, управляющие компании. В ближайшее время поедем по лучшим ТСЖ Москвы.

«КАК ТОЛЬКО ВНУТРЕННЕ ПЕРЕСТУПИЛ ПОРОГ И ОБРАТИЛСЯ ЗА ПОМОЩЬЮ К ИНОСТРАНЦАМ, ТЫ - ПЯТАЯ КОЛОННА»

Вы себя считаете оппозиционером?

М. Дегтярев: Конечно. Я со многими решениями, которые в Госдуме принимаются, региональными властями, в том числе московскими, не согласен. Оппозиционер - это тот, кто не встроен в исполнительную власть. Мы парламентская оппозиционная партия. Когда говорят, что мы голосуем как кто-то не так, мы предлагаем разбираться. По каким-то вопросам наше мнение совпадает с техническим большинством, по некоторым нет. Например, мы не поддержали экономическую амнистию или платную рыбалку.

В одном из недавних интервью вы довольно много рассуждали об оппозиции. Вы поделили ее на оппозицию как таковую и на так называемую пятую колонну, с которой, по вашим словам, нужно обходиться как можно жестче. Как их отличить друг от друга?

М. Дегтярев: Очень просто. Оппозиция, которая опирается на внутренний российский ресурс, которая патриотична по отношению к государству – это нормальная, конкурентная оппозиция. Оппозиция, которая апеллирует в свих выступлениях к другим государствам, к Госдепу США, каким-то европейским институтам, – это «пятая колонна», враги государства, с которыми нужно поступать жестко.

Как только внутренне переступил порог и обратился за помощью к иностранцам – ты «пятая колонна».

Алексей Навальный – «пятая колонна»?

М. Дегтярев: 100% «пятая колонна».

А у вас есть какие-то свидетельства того, что он общался с иностранными государствами?

М. Дегтярев: Да он сам об этом неоднократно говорил.

 Я такого не припомню. Кроме обучения в Йеле ему ничего не предъявить.

М. Дегтярев: Ну, так уже это первый признак того, что он завербован! Он сам себя отнес к «пятой колонне».

«ТАКОГО ПОНЯТИЯ «КОМАНДА ПУТИНА» - НЕТ»

И все же не очень понятная ваша позиция по отношению к действующей власти. С одной стороны, известный факт из вашей биографии – до 2005 вы состояли в «Единой России», до этого были в пропрезидентском молодежном движении «Идущие вместе», и сейчас из ваших выступлений чувствуется отношение к Путину с определенным пиететом. Но при этом довольно жестко высказываетесь про столичную администрацию, которую сейчас возглавляет очень близкий к президенту человек. Почему такой диссонанс?

М. Дегтярев: Это и называется вменяемая оппозиция. Мы отдаем должное тем шагам, которые разделяем.

То есть команда Путина, на ваш взгляд, не идеальна?

М. Дегтярев: Да вообще такого понятия «команда Путина» - нет.

Сергей Собянин – человек из ближайшего окружения Путина. Нельзя же его рассматривать как абсолютно отдельного политика?

М. Дегтярев: В этом и есть наше отличие. Мы критикуем действия, решения, а не людей. Зачем на личности переходить?

Но с Алексеем Навальным же, например, переходите.

М. Дегтярев: Абсолютно, потому что убеждены в том, что говорим.

То есть критикуете все же по какому-то избирательному принципу?

М. Дегтярев: Критикуем тех, кто представляет угрозу государству. Мы считаем этих людей «пятой колонной», теми, кто может привести к тому, что Россия как государство может пострадать.

Ну вот, например, Москва от собянинской администрации может пострадать?

М. Дегтярев: От действий отдельных чиновников может. И мы после выборов это исправим.
 

Материал подготовлен Центром политического анализа для сайта ТАСС-Аналитика