"Важны не бизнес и налоги, а самоощущение людей..."

31 мая 2019 / 12:30

Центр политического анализа продолжает серию интервью с общественными деятелями, имеющими свое оригинальное видение процессов, протекающих в столице, знающих город изнутри

Наш собеседник – директор проектов фонда «Добрососедство», председатель комиссии по вопросам миграции при Правительстве Москвы Юрий Московский.

- Какую трансформацию, по Вашему мнению, претерпела система управления городом Москва на рубеже десятых годов? Какие достижения вы можете выделить на предыдущем этапе развития города и на современном.

- Пришло понимание, что важны не бизнес и налоги, а самоощущение людей. Это главный фактор. Это связано с тем, что в стране стало больше денег и реальные доходы населения выросли, помимо мелкого бизнеса. Рост благосостояния населения позволил изменить политику. Появление денег у пенсионеров позволило запустить социальные программы по организацию их досуга. Появилось громадное количество бесплатных зрелищ, стали развиваться фактически бесплатные для населения театры и всевозможные кружки. Стало больше культурных событий, не фестивали пива как ранее. Город в результате стал на порядок добрее и лучше.

Большие изменения произошли в сфере мелкой торговли. Доход от нее, конечно, был, но, по большей части, шел помимо казны. Не всегда это была вина московского правительства. Черкизовский рынок, например, стоял на федеральной земле.

Московские власти, как и государство в целом, стали на порядок адекватнее реальным нуждам и чаяниям людей. Стали в чем-то более социальными, чем раньше, когда вход в некоторые парки был платным, а в павильоне «Космос» на ВДНХ шла ярмарка. Есть вещи, которые нельзя делать в принципе, если ты мыслишь государственными масштабами! В масштабах города прибыль была копеечная, а имиджевые убытки были неисчислимы. То же самое связано с безумным количеством рекламы, которая была повсюду. Город стал некрасивым! А в некрасивой среде и человек становится некрасив. И тогда, если даже мерить капиталистическими категориями, человек больше болеет и меньше приносит прибыль. Сейчас Москва отличается пониманием того, что город должен быть для человека, что человек должен жить в культурной среде и тогда он сам будет красивым. Городские власти это поняли и в результате всего комплекса мероприятий в столице резко снизилась преступность.

С конца 80-х говорили, что нужно сначала развивать общественный транспорт, а потом автомобильный. Но победила идея о том, что развитие частного транспорта вытянет страну. Опираясь на автопром, мы якобы обеспечим экономическое развитие. В результате своего автопрома не стало, а зарубежный мы развили очень хорошо. Те деньги, которые выручила нефтянка, были вложены не сюда, а туда. И вместо метро стали развивать автомобили. Это надо было делать, но не забывая об общественном транспорте. Сейчас строится и колоссальное количество дорожных развязок, что снимает массу проблем. Да пробки есть, но они не совсем такие, какими могли бы быть при имеющемся количестве автомобилей. Люди стали активно пересаживаться на общественный транспорт, потому что это просто удобно. Появились чистые и удобные автобусы, метро с вай-фаем. Произошло обновление транспортного парка.

Есть достижения в вопросах миграции. Она необходима городу, но должна быть в определенных рамках. Но это связано с изменениями в федеральном законодательстве, отменой квотирования и введения патентной системы для иностранных граждан. Москва не стала ограничивать список профессий, решила проблемы медицины, регистрации и страховки. Работодатели при прочих равных стали предпочитать граждан России. Правда, это привело к тому, что иностранным гражданам стало сложнее найти работу, они снижают расценки, уходят в нелегал, где тоже несладко – полиция навела определенный порядок.

Стало лучше медицинское обслуживание населения. На порядок проще стало решать вопросы с операциями, открылось колоссальное количество медицинских центров.

В целом, Москва стала городом для людей. Жить в котором стало удобнее.

- Бытует мнение, что снижается роль Мосгордумы и депутаты уже не столь активны как раньше…

- Это общегосударственная проблема. Со времен Ельцина повелось, что во всем виноваты депутаты. Образ чиновника почему-то распространяется на депутата. Но у депутатов другие функции. Они должны контролировать чиновничий аппарат, распределять средства и контролировать, как они тратятся. Но какой чиновник отдаст эту реальную функцию депутатам? Наша политическая система такова, что избирателям доносят уже согласованное мнение. Люди вне элитного консенсуса не проходят и их не понимает население, потому что они представляют не народ, а выступают в роли деревенских бузотеров.

Все зависит от активности депутатов. Если депутаты активны, то Мосгордума повышает свое влияние. Если депутаты сидят и молчат, то оно соответственно снижается. На мой взгляд, Мосгордума достаточно активно работает, проводятся встречи с избирателями. Шапошников весьма активно трудится на этом поприще. Были времена Моссовета 1991-1993, когда депутаты активничали. Тогда каждый кто активничал становился атаманом. Но это был кратковременный период. Уже с 1996 года система стала стабилизироваться и стали более ясны полномочия.

Роль Мосгордумы именно такая, какая она должна быть при сложившейся системе. Во главе города кто стоит? Мэр. А Мосгордума помогает ему в рамках своих полномочий, решая те вопросы, которые команда не решает.

Есть еще муниципальные депутаты, которые тоже, по сути, являются общественниками. Да, это почетно и хорошо. Но полномочия у них ограниченные. Но раньше у них и таких не было! Полномочий зачастую больше, чем при советской власти, вопрос как ими пользоваться. Кто-то может ими пользоваться, кто-то нет. Наверное, надо исходить из этого. Может быть необходимы тренинги. Депутатам надо понимать, что не чиновники - власть, а они власть, но они же этого не понимают! И понимать не хотят, потому что им так удобнее. Они свои проблемы решают. Поэтому, думается, дело в ментальности как таковой.

- Как Вы оцениваете работу Общественной палаты?

- Общественная палата – одна из связок общества с властью. Полезный институт, признание заслуг и степени влияния ее членов. Чем больше людей втянуты в систему формализованных отношений, тем лучше. Социальная напряженность снижается, человек находится при деле и решает проблемы людей.

- Какие, на Ваш взгляд, основные проблемы городской застройки стоят перед Москвой?

- Даже в московском регионе плотность населения ниже, чем в большинстве стран мира. Я не разделяю Москву и область. Нужно менять бюджетную систему – часть налогов человек должен платить по месту регистрации. Допустим, житель Химок, работающий в Москве, должен 20% налогов оставлять в Химках. А то получается, инфраструктуру он использует там, а налоги платит здесь. Это даст импульс развития подмосковным городам.

Что касается застройки, то небоскреб не должен стоять вплотную с небоскребом. Мы не находимся в сейсмоопасной зоне, но может тряхнуть. Реально же есть где строить. Москва в существующих границах, даже без новой Москвы, может вместить в себя в два раза больше жителей за счет колоссального количества неиспользуемых промзон, пустырей. Сверху видно, сколько в Москве пустых пространств. Или когда едешь по МЦК. Есть, где строить! Пяти- и семиэтажки были бы комфортнее для жителей, чем небоскребы.

- Стала ли городская власть ближе к народу, учитывается ли в полной мере мнение общественности?

- Проблема не в активности граждан, а в том, что полезная социальная энергия зачастую уходит в политику. Вместо того чтобы обустроить собачью площадку, некоторые люди начинают перестраивать мир. Но это, опять же, проблема части людей, которым так проще – протестовать против власти, чем заниматься более локальными вещами, которые скучны и не освещаются СМИ. Это проблема не сервиса «Активный гражданин», а социума как такового. Активность социума, хорошо это или плохо у нас ниже, чем во многих странах мира. Об этом свидетельствует уровень явки на выборы. В США, например, наиболее высока явка на местные выборы, у нас – на федеральные. На местные у нас приходит иногда порядка 10%.

Низовому уровню уделяется очень мало внимания. Самоуправление находится в зачаточном состоянии. Программа ТСЖ фактически провалилась. Люди не хотят самоуправляться! Они хотят, чтобы кто-то сидящий на зарплате честно занимался решением проблем, а они получали с этого удобство и комфорт. Это просто данность, от этого никуда не деться. Легче узнать фамилию президента Занзибара, чем человека, возглавляющего домоуправление. Люди не знают префектов, глав управ. Хотя информация об этом висит повсюду, да и интернет помогает. Дозвониться на низовой уровень не доставляет проблем, что тоже заставляет власть работать. Постепенно это будет развиваться.

Сколько бы нам не рассказывали про общинность, присущую нашему народу, в реальности традиции самоуправления у нас очень слабые. У нас хорошо получается организовываться и выдвигать начальников. Начальника выбрали – начальник работает. Плохо работает – повязали и выдали царю-батюшке. Или приехали от царя и бросили плохого начальника в кутузку. А сами не можем – не было команды.

Если на Западе социально активный человек из наемных работников отстаивает интересы своих коллег через профсоюзы, то у нас сразу инкорпорируется в чиновники. На предложение не хотите ли у нас поработать сразу следует ответ: с удовольствием, давно ждал вашего предложения. У нас разная ментальность. Поэтому многие западные методы у нас не работают, а этого зачастую не понимают. У нас хотят, чтобы начальник был честный, хороший, справедливый, не воровал не по чину и, когда приходит время, сам уходил бы на пенсию. Лучше бы также чтобы его назначали, а не выбирали – меньше возни. А потом все удивляются: почему местное самоуправление не работает как там? Да оно не может работать как там, потому что власть не дают, ее берут, а у нас брать не хотят!

- Какие аспекты московской жизни нуждаются в улучшении?

- Не хватает общественной активности. Это извечная проблема. Еще Ленин в 1911 году писал: «вой стоит всеобщий – людей нет». Это было и при Петре I, и при Александре I…

Не хватает разъяснения позиции властей. Хотя этого стало больше. Подключать надо в большей степени ресурс префектов, которые фактически возглавляют города с миллионным населением. А менталитет у них – никуда не высовываюсь, починяю примус, от греха подальше. В информационном пространстве их почти не видно. Жители должны понимать, что за их проблемы в большей степени отвечает префект, чем мэр. То же самое на уровне управы. Не мэр отвечает за выбоины на дорогах и неправильно положенную плитку. Это ответственность главы управы. Люди это, зачастую, просто не понимают.

Мэр решает общие вопросы. Но глав управы назначает не он, а префекты. То же самое и касается работы полиции, которая подчиняется не мэру, как в США, а федеральному министерству. У нас много разделенных полномочий и люди не всегда понимают, кто за что отвечает.

Одна из основных проблем – недостаточная платежеспособность населения. Но эта проблема не решается мэром. Ее должно решать федеральное правительство. Население с низкими доходами неспособно оплачивать публичные мероприятия. Их приходится проводить забесплатно. А в этом случае население не чувствует своей сопричастности.

Еще проблема – большое внимание детям и старикам, а средний возраст выпадает. Это идет еще от советской власти. Считается, что взрослые люди – сами разберутся. Это не так. Им нужно помогать, люди, зачастую, не имеют достаточной информации о событиях в своем районе.

Необходима также большая связь между Москвой и областью. Единый московский регион невозможно разделить в принципе. Это проблемы транспорта, проблемы работы и т.д. Но это надо решать на федеральном уровне.

Люди должны чувствовать и причастность к придомовой территории. Газон засеивается мэрией, но жители тоже должны в этом участвовать. Люди должны понимать, что качество их жизни зависит от местного уровня – как дорога будет проложена, обеспечена безопасность детей и т.д.

Беседовал Андрей Тихонов.


тэги
Москва; 
урбанистика; 

читайте также
Открытое письмо студентам ВШЭ
Урок политического
О наблюдении за массовыми акциями в Москве
Мое обращение к москвичам
О провале субботнего митинга на Сахарова