В марте этого года папа Лев XIV принял участие в закрытой встрече с рядом лиц из Международной ассоциации экзорцистов. Их целью было убедить римского понтифика увеличить число специально подготовленных экзорцистов, чтобы они могли обслуживать каждую католическую епархию
По их словам, мир стал свидетелем беспрецедентного роста «оккультизма, эзотерики и сатанизма». Поэтому экзорцистов не хватает, чтобы реагировать на растущее число «людей, серьезно страдающих от необычайного воздействия дьявола в результате посещения оккультных сект». Два года назад папа Франциск публично предупреждал, что «наш секуляризованный мир кишит магами, оккультизмом, спиритизмом, астрологами и сатанинскими сектами».
Существует мнение, что сверхъестественное набирает силу, и это заметили не только папа и священники. По некоторым оценкам, число практикующих викку в США сейчас превышает число традиционных пресвитериан. В 2021 году Pew Research Center сообщил, что примерно 33% американских христиан верят в реинкарнацию. По разным оценкам, к 2025 году 30% всех американцев, христиан или представителей иных вер, практиковали астрологию, таро или другие формы гадания, а 62% верили в одну или несколько идей из арсенала Нью-Эйдж, будь то экстрасенсы, кристаллы, духовные энергии, «позитивное мышление» или «закон притяжения». Народная религиозность, похоже, меняет свою природу, и нетрудно понять, в какую сторону.
Как это произошло? Ответ может вас удивить. Отношение западного мира к религии, и в частности к оккультизму, меняется на протяжении веков, и то, что мы наблюдаем сегодня, — лишь самое последнее проявление кардинальных перемен в западном мировоззрении. Рост современного оккультизма был инициирован почти полтора века назад группой революционных мистиков, которые поставили перед собой цель перекроить мир. Их успех превзошел самые смелые ожидания.
В 1875 году русская авантюристка Елена Блаватская и её соратник-масон Генри Стил Олкотт собрали у себя в гостях группу охотников за привидениями, каббалистов и египтологов-любителей для дружеской беседы. После обсуждений, темы которых варьировались от давно утраченной мудрости дохристианского мира до научных основ экстрасенсорных способностей, эти соратники создали организацию, которая стала самой влиятельной оккультной организацией в истории человечества: Теософское общество.
Теософское общество послужило центром культурной атаки, направленной непосредственно на религиозные и научные основы западной цивилизации. Теософы и их единомышленники воспользовались состоянием дезориентации конца XIX века — миром поездов и телеграфов, стремительной индустриализации и расцвета европейского империализма — и взялись за примирение всех мыслимых противоположностей эпохи fin de siècle: религии и науки, Востока и Запада, современности и архаики. Оккультное возрождение Блаватской смешало научную риторику с герметизмом и каббалой и добавило щедрые дозы индуизма и буддизма. Оно приглашало своих приверженцев шагнуть в царство алхимии, магии и астрологии; в мир чар, который противится ограничениям любого рода. В мире оккультизма границы оказываются проницаемыми, небеса имманентны, а всемогущество — всего лишь на расстоянии руки.
Ученые часто описывают оккультизм как явление, черпающее вдохновение из идейной помойки. Представлений, отвергнутых теологической, философской и научной ортодоксией по мере развития этих дисциплин от эпохи начала Нового времени до современности. Однако эта помойка никогда не опустошается до конца. Напротив, то, что в нее попадает, начинает бродить, и в 1875 году то, что там созрело, ворвалось в мейнстрим. Затем в мире оккультизма господствовали четыре организации: Теософское общество, Антропософское общество, Герметический орден Золотого Рассвета и Ordo Templi Orientis. Но Блаватская и ее теософия выделялись на фоне остальных.
Теософия сыграла ключевую роль в том, что индуизм и буддизм стали популярными на Западе. Астральный мир, хроники Акаши, реинкарнация, чакры и почитание индийских гуру — все это было подано теософами и с готовностью воспринято аудиторией, жаждущей новизны и экзотики. Блаватская, конечно, отрицала, что у нее были какие-то собственные идеи, и утверждала, что находится в контакте с невидимыми индийскими мастерами, или махатмами, которые избрали ее своим вестником в современном мире. Важно отметить, что Блаватская и ее последователи были не просто мистиками и медиумами с большой дороги — они утверждали, что обладают духовным мандатом на то, чтобы разрушить интеллектуальные и религиозные устои современного мира. Они были революционерами и связали свои духовные поиски с антиколониальным активизмом и социалистической риторикой, обещая всеобщее братство человечества и трансцендентное, постхристианское будущее. Результаты оказались далекоидущими.
Движение Нью-Эйдж, вера в реинкарнацию и «духовную эволюцию», представление о «превосходстве духа над материей» — всё это является прямым следствием деятельности Теософского общества и связанных с ним движений. Теософия также оказала влияние на то, как миллионы американцев воспринимают религию. Изменения в народной религиозности и посещаемости церквей в конце XX века отражали не только распространение светских материалистических взглядов. Взгляды американцев на религию также изменились под влиянием множества популярных фигур, которые отстаивали религиозный универсализм и личностное преображение вместо традиционных религиозных структур; многие из них находились под влиянием теософии.
Литературовед Джозеф Кэмпбелл как никто другой способствовал популяризации сравнительного религиоведения и мифологии в XX веке. В своей самой знаменитой работе «Тысячеликий герой» Кэмпбелл представил концепцию «мономифа» или «пути героя», который, по его мнению, лежал в основе всех основных религиозных нарративов. Из этого явно следовало, что христианство было лишь еще одной вариацией мономифа — то, чему теософия учила с самого своего появления.
Одним из людей, оказавших формирующее влияние на Кэмпбелла, был ведущий теософ Джидду Кришнамурти, с которым он познакомился в 1920-х годах на плывшем через Атлантику пароходе. Кришнамурти научил Кэмпбелла, что «истина — это целина», и что все религиозные особенности и догматические структуры являются эфемерными; он рекомендовал ему изучить индийские религии. Кэмпбелл откликнулся на это, посвятив свою жизнь изучению религии, причем особую тягу он испытывал к индуизму. Труды Кэмпбелла послужили основным источником информации для Джорджа Лукаса при подготовке сценария «Звездных войн».
Популярный писатель Олдос Хаксли также находился под влиянием теософии. Хотя сегодня он наиболее известен своим антиутопическим романом «О дивный новый мир», в середине XX века Хаксли был не менее известен своими экспериментами с ЛСД и поиском духовности, не связанной с традиционной религией. В своей работе 1945 года «Вечная философия» он утверждал, что все мировые религии указывают на единую универсальную божественную реальность, и что люди могут соприкоснуться с этой реальностью через мистические переживания. Это и есть теософия в двух словах. Хаксли познакомился с ней почти тридцатью годами ранее, когда преподавал в Итоне. В 1917 году Хаксли писал отцу о своих долгих дискуссиях на тему теософии. Хаксли не был впечатлен крайними эзотерическими аспектами этого движения, но что касается его основного принципа, согласно которому все религии являются выражением одной и той же божественной истины, он считал, что теософия «кажется достаточно толковой верой», и утверждал, что «немного разумной теософии в целом кажется отличной вещью».
Кристмас Хамфрис, ведущий британский буддист XX века, также начал свой духовный путь с теософии. Хамфрис был успешным адвокатом и известным судьей в лондонском Олд-Бейли, но прославился он не благодаря своей карьере юриста. У Хамфриса, когда тот был еще ребенком, умер старший брат, что побудило его обратиться к духовности в поисках ответа на великие загадки жизни. В студенческие годы Хамфрис вступил в Кембриджскую теософскую ложу. Благодаря сочетанию восточного мистицизма и научной риторики теософия казалась ему более рациональной, чем ориентированное на веру и догматы христианство. В 1924 году Хамфрис основал Лондонскую буддийскую ложу Теософского общества, но в 1926 году он порвал с теософией и переименовал ложу в Буддийское общество. Хамфрис и его общество стали наиболее влиятельными источниками популяризации буддизма в Великобритании. Сегодня его почитают как основателя западного буддизма.
Подобную же роль в США сыграл один из учеников Хамфриса. Алан Уоттс стал секретарем Буддийского общества в возрасте всего шестнадцати лет. Первоначально Уоттс приобрёл интерес к восточной мистике благодаря любви к китайскому искусству, но именно Хамфрис направил его на духовный путь; позднее Уоттс утверждал, что «крестный отец британского буддизма дал мне образование, которое ни за какие деньги не купить». В 1951 году Уоттс переехал в Калифорнию, где стал популярным радиоведущим, проповедуя восторженной аудитории о чудесах буддизма, даосизма и веданты. В 1957 году он опубликовал книгу «Путь дзен», которая познакомила целые поколения американцев с дзен-буддизмом и возможностью достичь личной трансформации без опоры на веру и церковь. Книги Уоттса разошлись тиражом в сотни тысяч экземпляров, их никогда не прекращали печатать.
В совокупности Кэмпбелл, Хаксли, Хамфрис и Уоттс способствовали смене парадигмы, в результате которой духовность вышла за пределы церковных стен и вошла в мир свободного самовыражения и позитивных эмоций. Они оказали определяющее влияние на движения контркультуры 1960-х и 1970-х годов. Хиппи — это нечто большее, чем просто длинные волосы, «сила цветов» и классная музыка: они сознательно участвовали в культурной революции, направленной на преодоление традиционной религии, государственных структур принуждения и ограничений повседневного сознания; они верили в коммунитаризм, естественный образ жизни и смешивали восточную духовность с увлечением астрологией.
Если хиппи не кажутся особенно теософскими, то это не случайно. Ценности и образ жизни хиппи можно проследить вплоть до немецкого движения Lebensreform — или «реформы жизни» — широкомасштабного культурного переворота XIX века, сосредоточенного на натурализме, альтернативной медицине и, порой, беге голышом по лесу. В Германии теософия тесно переплелась с Lebensreform, и эта связь послужила стимулом для создания теософской коммуны в идиллическом горном городке Аскона, Швейцария. В Асконе мы можем увидеть все хиппи-движение в миниатюре: теософский приют, где члены практиковали вегетарианство, курили гашиш, придерживались натурализма и часто ходили без обуви. Многие из этих немецких реформаторов жизни и теософов переехали в Калифорнию и привезли с собой свои идеи.
В Европе немецкий оккультизм получил еще более широкое распространение. Будь то опьяняющий восторг от недавно объединенной империи или дезориентация, вызванная стремительной индустриализацией, оккультизм в Германии был крайне популярен, весьма провокационен и опасно серьезен. Одним из наиболее значительных оккультистов того времени стал Рудольф Штайнер, уроженец Австрии. В качестве крупного исследователя Гете и страстного неоромантика, Штайнер с глубоким подозрением относился к популярности материализма и скептицизма у европейской интеллигенции. В 1902 году он был назначен генеральным секретарем Немецкого теософского общества и начал рекламировать себя как ясновидящего. Одновременно Штайнер пытался переложить оккультные идеи Блаватской на язык более понятных западному человеку духовных течений. В отличие от других теософов, Штайнер был убежден, что именно Запад, а не Восток, призван вести мир к новому духовному будущему. А уже в рамках Запада ведущую роль должна была сыграть Германия.
В 1912 году Штайнер порвал с Теософским обществом, создал собственное движение — антропософию — и позиционировал себя как пророка явно германско-европейского духовного возрождения. По мере нарастания напряженности перед началом войны в 1914 году Штайнер проявил себя как ярый немецкий патриот. Он представлял войну как важный шаг в духовной эволюции мира и воцарение Германии на ее законное место лидера Запада. Он также был духовным советником генерала Гельмута фон Мольтке, начальника немецкого Генштаба. Как и Штайнер, фон Мольтке считал, что война — это промысел судьбы, призванный поставить Германию на то место, которое ей по праву принадлежит на мировой арене. Соответственно, фон Мольтке сыграл ключевую роль в эскалации конфликта, отвергая политические решения в пользу военных операций. К сожалению, именно фон Мольтке командовал немецкой армией в первые месяцы войны и принял решение вторгнуться во Францию через Бельгию, что спровоцировало вступление Великобритании в войну. Вместо сокрушительного удара, Франция и Германия увязли в позиционной войне. Это покончило с любыми надеждами на быструю победу Германии и привело Европу к четырем годам кровопролития, поставившего под угрозу само существование цивилизации.
Помимо вовлеченности в геополитику, одним из свойств, отличавших антропософию Штайнера от ее теософского предшественника, было внимание к практической деятельности. В то время как теософия сосредоточивалась преимущественно на созерцательном мистицизме, под руководством Штайнера немецкие антропософы приступили к реализации программы по применению их паранормальных открытий в медицине, сельском хозяйстве и образовании. Объединяющей темой всех этих применений было убеждение, что современные, индустриальные и регламентированные способы производства всего, от продуктов питания до воспитания детей, оторвали реальность от ее естественных космических ритмов.
В медицине идеи Штайнера стали соратниками гомеопатии, с интересом к холистической терапии и натуральным лекарствам. Популярная медицинская и косметическая компания Weleda вдохновлена антропософскими практиками. В сельском хозяйстве Штайнер стал пионером биодинамики — мистико-органического метода, использующего «алхимические» удобрения и пытающегося использовать энергию солнцестояний. Этот метод особенно популярен среди виноделов, и вы, вероятно, сможете найти биодинамику в вашем винном магазине. Опасения Штайнера по поводу современных промышленных и химических методов предвосхитили современное движение за органическое сельское хозяйство, основатели которого были вдохновлены его идеями. В сфере образования Штайнер стал пионером вальдорфских школ — глобальной сети частных школ, практикующих уникальную педагогику, основанную на его представлениях о воспитании. Еще одна пионерка альтернативного образования, Мария Монтессори, прожила почти десять лет в штаб-квартире Теософского общества в индийском Адьяре.
Индия, священная земля теософского движения, также находилась под влиянием последователей Блаватской. В конце XIX века, после столетий колониализма, Индия все еще была крайне далека от современной уверенной в себе нации. В 1889 году молодой индийский студент-юрист Мохандас Ганди, изучающий английскую литературу, полный сомнений в индийской цивилизации и очарованный всем, что мог предложить Запад, познакомился с теософами, которые побудили его прочитать «Бхагавад-гиту» и труды Блаватской. Молодой Ганди был знаком с проповедью путешествовавших по Индии христианских миссионеров, но эта книга вернула его к вере предков. Ганди, безусловно, сыграл ключевую роль в освобождении Индии от британского колониализма. Однако еще до формального пробуждения индуистского национализма теософы активно работали в Индии – открывали школы и боролись с христианскими миссионерами, чтобы не допустить обращения индусов. В 1917 году первой женщиной-президентом Индийского национального конгресса стала теософка Энни Безант.