А оно нам надо, это НАТО?!

13 апреля 2016 / 10:34

В Риге в эти апрельские дни начал работу четырехдневный семинар руководителей командных структур НАТО под названием «Allied Reach 2016». Мероприятие собрало порядка 250 военных лидеров альянса, экспертов по вопросам безопасности, в том числе и 63 генерала

Среди них председатель Военного комитета НАТО генерал Петр Павел, верховный главнокомандующий по трансформации НАТО генерал Дени Мерсье, командующий командования Объединенных сил НАТО в Брунсуме генерал Сальваторе Фарина, замкомандующего Верховного командования союзных сил в Европе генерал Адриан Брэдшо, командующий Национальными вооруженными силами Латвии генерал-лейтенант Раймондс Граубе и другие натовские вип-персоны. Своеобразный партактив Североатлантического альянса. Он обсудит стратегически важные вопросы и вызовы международной безопасности, сообщает министерство обороны Латвии.

«Семинар проводится в примечательное для нас время, — утверждает министр обороны Латвии Раймондс Бергманис, — поскольку идет интенсивная подготовка к Варшавскому саммиту НАТО. Он предоставит уникальную возможность военным лидерам НАТО обсудить необходимые перемены, которые нужно внести, чтобы НАТО могла противостоять нынешним и будущим вызовам». По утверждению министра, на семинаре в Риге представители командных структур альянса обсудят, какие конкретные решения будут приниматься на предстоящем саммите НАТО в Варшаве. «Будут обсуждаться вопросы командования и логистики, проведение международных учений, сотрудничество с нашими соседями и партнерами», — отметил он в эфире Латвийского телевидения. «Одним из важных вопросов станет сотрудничество с Евросоюзом, который является стратегическим партнером по сотрудничеству с НАТО. Поэтому нужно понимать, как функционировать совместно с ЕС. Также будет обсуждаться политика сдерживания, которая является сейчас главным вопросом».

Остановимся на этом утверждении — на политике сдерживания, которая является сегодня для НАТО главным вопросом. И это в устах латвийского министра обороны не просто фигура речи. Кого и зачем собирается сдерживать НАТО, никто в альянсе не скрывает и это хорошо известно. Адрес сдерживания — Россия. Не терроризм, который взорвал Европу — в том числе Лондон, Мадрид, Париж и город, где расположена штаб-квартира НАТО, — Брюссель, а именно Россию, которая, видит Бог, никаких угроз, вопреки распространяемому в западных СМИ и в руководящих структурах альянса мнению, самому НАТО не представляет. Не проводит бесчисленных учений на границах альянса, не сосредотачивает на российских землях и на натовских рубежах никакие крупные контингенты войск и боевой техники свыше уже там существующих и, в отличие от главнокомандующего силами НАТО в Европе четырехзвездного американского генерала Филипа Бридлава, никто в российском министерстве обороны не говорит о готовности сражаться с НАТО и победить его. Более того, опять же в отличие от генерального секретаря альянса Йенса Столтенберга, который призывает альянс проводить в отношении Москвы политику устрашения, никто таких слов в российской столице не произносит. Ни устно, ни письменно. Ни на уровне остающихся в боевом строю генералов, а также вменяемых политиков и даже серьезных экспертов.

Особенно удивительно, что все эти слова о «политике сдерживания России», о «политике устрашения» произносят руководители НАТО, которые пытаются наладить с нашей страной диалог в рамках не собиравшегося уже два года Совета Россия-НАТО. Уже даже пообещали, что заседание Совета на уровне послов состоится в ближайшие две недели и что с нашими представителями согласована повестка дня этого заседания. Там собираются обсудить, как заявил Столтенберг, кризис на Украине и необходимость полного выполнения минских соглашений, а также военную деятельность с упором на сокращение рисков и повышение транспарентности и ситуацию в области безопасности в Афганистане, включая локальные террористические угрозы. В нашем МИДе подтвердили, что заседание Совета планируется, но вот о согласии с повесткой дня, озвученной генсеком альянса, что-то слышно не было.

На взгляд автора этого материала, странно было бы соглашаться на такую повестку разговора для СРН, какую предлагает Столтенберг. Неужели нам интересно выслушивать в очередной раз обвинения за кризис на Украине, который спровоцировали и поддержали сами страны НАТО и сами же вдохновили националистическое руководство этого государства, пришедшее к власти в результате государственного переворота, на войну на востоке страны против собственного народа? Нам интересно выслушивать эти набившие оскомину мифы об ответственности Москвы за выполнение минских соглашений? Киев при благосклонном отношении к нему Вашингтона не хочет или не может выполнить ни одного из двенадцати пунктов этих договоренностей, а виновата почему-то Россия? Мы готовы поддерживать эту извращенную логику? А разве мы готовы соглашаться со Столтенбергом в том, что накануне начала внезапных оперативно-тактических учений мы будем обязаны предупреждать о них НАТО? Тут что-то одно — учения внезапные или нет. А с другой стороны, кто или что для нас Столтенберг и НАТО, чтобы мы перед ними отчитывались?! Сват и брат или как? Россия — не член альянса, не его вассал и не обязана перед ним ни в чем отчитываться и оправдываться. Он перед нами не отчитывается, так почему мы должны это делать перед ним?!

Более того, как и о чем можно разговаривать с альянсом, который открыто называет Россию своим противником? Который раздувает в западных СМИ, с парламентских и общественных трибун легенды и мифы о «российской военной угрозе». При этом сосредотачивает на границах нашей страны четыре с половиной тысячи американских солдат и офицеров, 250 единиц бронетехники — танков, БМП, самоходных артиллерийских установок, разворачивает в Эстонии, Латвии. Литве, Польше, Румынии и Болгарии пункты военного управления, дислоцирует на двух авиабазах в Литве и Эстонии — Зокняй под Шауляем и Эмери под Таллином истребители F-16 и Tornado, способные нести к цели американские атомные бомбы свободного падения В-61, которые в количестве 200 штук США держат на своих арсеналах в Италии, Германии, Бельгии, Нидерландах и Турции. Легко подсчитать, сколько времени требуется сверхзвуковому истребителю, чтобы долететь от Шауляя или Таллина до крупных российских городов — к примеру, Смоленска и Санкт-Петербурга.

При этом, если натовцы утверждают, что переброску американской механизированной бригады в страны Балтии они вынуждены были осуществить из-за «российской агрессии на Украине и аннексии Крыма», то боевое дежурство F-16 и Tornado они развернули задолго до цветной революции в Киеве и братоубийственной войны в Донбассе — больше десяти лет тому назад. Точнее, в 2004 году. Разве тогда перед альянсом тоже маячила «российская военная угроза»?! Вопрос, что называется, риторический. А сорок тысяч американских войск, которые постоянно присутствуют на европейских базах в Бельгии, Германии, Греции, Италии, Нидерландах, Португалии, Сербии, Испании, Турции и Великобритании, тоже защита от «российской военной угрозы»? Они ведь там еще с девяностых годов прошлого века, когда рухнул Советский Союз, а Россия провозгласила курс на стратегическое партнерство с Западом и НАТО. Хорошо партнерство под прицелами атомных бомб!

Когда сопоставляешь реальные факты со штампами и стереотипами, которыми оперируют натовские чиновники самого высокого уровня, понимаешь — Североатлантический альянс был, есть и всегда будет фактором сдерживания суверенной России, а еще инструментом давления Соединенных Штатов с помощью НАТО на нашу страну. В таком случае возникает простой и естественный вопрос — почему мы участвуем в работе Совета Россия-НАТО? Не проще и результативнее ли создать Совет Россия-США, где две страны будут разговаривать не через посредников, вроде Североатлантического альянса, который самостоятельно ничего не решает, а напрямую — Москва и Вашингтон?

Это когда-то на Россию и ее армию на Западе смотрели с нескрываемой иронией, называли «колоссом на глиняных ногах». Министр обороны США Эштон Картер, высокомерный русофоб, даже отказался сотрудничать с нашей страной в проведении совместной операции против террористов запрещенных у нас организаций ИГИЛ и Джебхат ан-Нусра. Мол, Россия ставит на Ближнем Востоке не на тех, кого надо поддерживать. Вынужден был только разрешить Пентагону подписать с русскими летчиками соглашение о разделении воздушного пространства над Сирийской Арабской республикой, чтобы его пилоты не оказались случайно на прицеле наших асов. А сейчас после высокоточных ударов наших ракет, не только с истребителей и бомбардировщиков, но и в акватории Каспийского и Средиземного моря, после освобождения 500 сирийских городов и уничтожения бандитской инфраструктуры, вдруг американцы захотели с нами сотрудничать. Обмениваются с русскими информацией, в том числе и разведывательной, три-четыре раза на дню созваниваются с нашим пунктом по примирению в Дамаске… Госсекретарь Джон Керри чуть ли не каждую неделю прилетает в Москву советоваться со своим коллегой Сергеем Лавровым или говорит с ним по телефону. И даже Барак Обама снизошел с мании своей исключительности, чтобы заметить, что у России сейчас вторая по мощности армия в мире.

Не будем вспоминать реплику вице-премьера Дмитрия Рогозина, который не согласился с мнением Обамы. Но заметим, американские генералы и адмиралы, которые на слушаниях в конгрессе говорят об успехах России в становлении ее Вооруженных сил, хотя и делают это из корыстных и конъюнктурных соображений, добиваясь увеличения ассигнований на свои войска, все же недалеки от истины. Но если это так, то причем тут НАТО? Оно во время проведения антитеррористической операции в Сирии, как говорится, ничем себя не проявило. И хотя Столтенберг утверждает, что все страны- члены альянса в составе антитеррористической коалиции, возглавляемой США, сам Брюссель со своей штаб-квартирой и руководящими органами НАТО оказался совершенно ни при ближневосточных делах. Другими словами, — пустое место. Так же, как он оказался пустым местом во время террористической атаки в брюссельском аэропорту, возле парижского стадиона Стад-де-Франс, в других местах.

Согласимся, не дело военной организации заниматься полицейскими операциями. Но разведка и контрразведка альянса, она где была? А системы радиоэлектронной борьбы? Как подслушивать президентов и премьеров европейских правительств, так США, ФРГ и другие страны альянса — тут как тут. А как помочь своим союзникам в поисках террористов, в перехвате их переговоров и предупредить о приготовлениях к совершению террористических актов — так кишка тонка. Совсем не потому, что ума и высокотехнологичной техники не хватает, — с этим, будем надеяться, все в порядке. Просто, заточено НАТО не на борьбу с террористом, а на сдерживание и устрашение тех, кто их никогда не боялся и не боится. То есть на бесполезную и очень затратную (300 миллиардов в год) пустопорожнюю работу.

Вот и зададимся вопросом: оно нам надо, это НАТО? О чем говорить с бюрократами и чиновниками с большими генеральскими звездами и без них, которые с разной степенью артистического таланта регулярно озвучивают нам позицию и мнение своего спонсора и сюзерена — Соединенных Штатов Америки. Надо обходиться без посредников. Один на один — Москва и Вашингтон. Как договоримся, как решим, так и будет. А Столтенберг и прочая компания пусть слегка покурят в стороне, в разрешенных для этого местах. Проводят семинары, похожие на партактив. Занимаются другой пустой работой. Их позовут, когда понадобится.

Мнение автора статьи, военного обозревателя ТАСС Виктора Литовкина
не всегда совпадает с официальной позицией агентства ТАСС.


тэги
НАТО; 
США; 
Прибалтика; 
ИГИЛ; 
Сирия; 
терроризм; 
ВС РФ; 

читайте также
Анализируя это, или Как не потеряться в море информации
Немецкие СМИ о ситуации в Мосуле. Избранные цитаты
Как Украина торопится в НАТО
НАТО значит война
Второй Вьетнам для США